Пустошь
Шрифт:
Возможно, на отдыхе Алексей будет даже немного скучать по ним.
***
Василий Аркадьевич был круглолицым, слегка полноватым (но без большого пивного пуза) мужичком пятидесяти шести лет. Этот дядька был всегда аккуратный, напомаженный, со счастливым добродушным лицом, с залихватски уложенными чёрными, аки смоль, волосами. Он не любил носить бороду, но небольшие начинающие седеть усы никогда не сбривал. Василий Аркадьевич был активным и волевым человеком, ему по душе была кропотливая, но стремительная, напористая работа. И такой темперамент доставлял немало
Но именно эта живая целеустремлённость скрепляла весь коллектив. Именно благодаря ей шесть лет назад произошло столь душевное слияние Липатова с Зудовым.
Сегодня пожилой мужчина занимался тем же, чем и всегда - работал в поте лица, при том в самом буквальном смысле. На улице стояла такая необычайная даже для начала лета жара, что кондиционер не успевал справляться со стоявшей в кабинете духотой. Василий Аркадьевич заливался потом, но продолжал усиленно всматриваться в производственные отчёты, которые он запросил в бухгалтерии полчаса назад.
И в этот момент, когда цифры количества реализованного товара стали сливаться в одну сплошную массу, в дверь громко постучали.
– Войдите, - властно проговорил начальник своим глубоким, но с толикой хрипоты голосом.
Дверь немедленно отворилась и в проёме показалась фигура Алексея Липатова.
– А, это вы, Алексей, - лицо босса озарилось улыбкой.
– Доброе утро. Прошу, присаживайтесь, - и указал рукой на кресло возле своего стола.
Липатов кивком головы поблагодарил Зудова, сел.
– Чем я могу помочь?
– спросил шеф подчиненного, слегка отстраняя свои бумаги. Судя по его выражению лица, эта волокита не доставляла привычного удовольствия (тем более в такую жару) и он был рад от неё отвлечься.
– Василий Аркадьевич, - голос Липатова звучал умиротворённо, даже вкрадчиво.
– Вы помните свои слова о том, что "хороший сотрудник - отдохнувший сотрудник"? Я решил воспользоваться этим правилом с вашего позволения.
И его рука протянула начальнику заявление.
– Так значит, собрался в отпуск?
– усмехнулся Зудов.
– Эх, были бы у меня все работники, подобно тебе - шесть лет работать без отдыха.
– Именно, - Алексей вольно откинулся на кресле.
– Я посчитал, что за всё то время, которое было без расслаблений потрачено на фирму, мне полагается некоторый перерыв.
Зудов слегка привстал из-за стола и внимательно посмотрел в глаза своему подчинённому, Липатов же сохранял абсолютное спокойствие, глаз не отводил. После чего, босс добродушно рассмеялся и в одно движение поставил свою подпись.
– Но будь готов вернуться в рабочую колею спустя этот месяц, - сказал Василий Аркадьевич перед тем, как Алексей закрыл за собой дверь кабинета.
И теперь, когда прошение было подписано, Липатов на ближайшие тридцать дней стал абсолютно свободен. Не зря были потрачены шесть лет кропотливой работы. Зудов даже не устраивал отпускнику долгих расспросов, а без лишней волокиты сразу подписал поданное заявление. В этот момент Алексей ещё больше проникся уважением к своему начальнику. Оставалось лишь получить отпускные, но это чуть позже.
Липатов, не изменяя своей
Над головой с гулом пронеслось несколько военных кораблей. Алексей еще раз глянул наверх. По ходу, их стало даже чуть больше. Неужели какие учения в черте города им назначены? Да бред какой-то, он об этом бы ещё неделю назад узнал из новостных сводок.
Липатов прошествовал через дорогу в сторону небольшого кафе на углу улицы. Это было его любимое кафе, в котором он любил проводить свои обеденные перерывы. Изначально оно привлекло своим антуражем: при засилье модных забегаловок, соревнующихся между собой в вычурности обстановки, это заведение сохраняло атмосферу старых кафушек, что были еще в конце прошлого столетия. Эти большие бордовые атласные шторы на окнах, скромные деревянные столики, покрытые белой кружевной скатертью да приставленные к столам простые металлические стулья, аккуратно выложенный пол плиткой цвета дуба, из колонок лилась тихая музыка. Подобные мелочи придавали особый шарм и притягивали к себе таких любителей живой истории, как Алексей Липатов. А какая здесь была прекрасная кухня! Долгое время наш приятель думал, что эталоном кулинарии у него всегда будет стряпня матери. И его в том много раз убеждали: первые две девушки, с которыми он встречался, готовили из рук вон плохо: пересаливали, недожаривали, некоторые любимые блюда вообще готовить не умели. И даже когда сам Алексей научил их готовить, в частности, своё любимое соте, их кулинарные извращения всё равно невозможно было есть. С прочими забегаловками ему также не везло и всё по тем же причинам.
И тут появляется оно - Кафе Напротив Его Офиса, составившее квинтэссенцию всего самого наилучшего, что довелось за свою жизнь попробовать нашему знакомцу. Что ни блюдо, то амброзия для желудка офисного работника.
А ещё здесь подавали соте.
Вальяжно зайдя через стеклянные автоматические двери (не все здесь было столь аутентично), он с ходу приметил свободный столик у окна, за которым и расположился. Как только к нему подоспел официант, Липатов заказал чашку чая и соте (не удержался от своего любимого блюда), после чего расстегнул портфель в поисках планшета. Пока рука шарила в недрах портфеля, глаза внимательно рассматривали забитое до отказа любителями перекусить вне дома помещение, но быстро бросил это занятие. Всё понятно, и здесь не было достойных людей.
Официант с чайником вернулся необычайно быстро, включённый планшет только-только успел подгрузить поисковую страницу. Алексей отхлебнул лапсанга и принялся прочёсывать ближайшие рейсы до пляжей Северного Гоа.
За выбором подходящего маршрута он провёл около двадцати минут, официант уже успел вернуться к столику с заказанным блюдом. Из множества привлекательных вариантов, наш знакомец остановил выбор на Анджуне, уж больно ему симпатизировала ночная жизнь города. Открыв страницу с оплатой заказа, Алексей перевел планшет в ждущий режим, отложил его и принялся за принесённое блюдо.