Пустой гроб
Шрифт:
«Поразительный человек, — думал он, — с какой неподражаемой ловкостью играет он свою роль… Кто бы догадался, что он, как никто другой, прекрасно обо всем осведомлен… Поневоле подумаешь, что никакого ребенка он не видел, а у меня была просто галлюцинация».
Разговаривая с Жювом, Дро хмурился и выглядел озабоченным. Когда он спрашивал, есть ли новости, напал ли Жюв на след, голос его дрожал, как если бы он и впрямь надеялся услышать сенсационное известие.
Жюв отрицательно покачал головой:
— Нет, дорогой мой, пока ничего не знаю, хотя, похоже,
На миг морщинки на лбу хирурга разгладились, из глаз брызнула радость:
— Только бы это было правдой, — вздохнул он. — Мне так не терпится обнять малыша.
Мужчины остановились у квартиры хирурга; Жюв лихорадочно подыскивал какую-нибудь фразу, чтобы как не невзначай выведать у Поля Дро, зачем понадобилось ему подниматься на пятый этаж.
Долго раздумывать ему не пришлось. Внезапно Дро повел себя совсем иначе:
— Думаете, вы на верном пути? — повторил он. — Что ж, тем лучше… Время не терпит, дорога каждая минута, каждая секунда…
Тон его странным образом переменился, и Жюв подумал было, не услышит ли он сейчас неожиданное признание.
— Входите же, господин Жюв, — пригласил Поль Дро, — я хотел бы поговорить с вами с глазу на глаз, рассказать, что со мной приключилось.
Жюв молча поклонился.
«Наконец-то, — подумал он, — наконец-то Дро решился заговорить.»
Хирург, как ни в чем не бывало, достал связку ключей и открыл дверь. Проведя Жюва через роскошную галерею, он пригласил его в тихий, скромно обставленный кабинет, тщательно запер двойные утепленные двери, включил лампу с темным абажуром, пододвинул сыщику кресло, а сам, заложив руки за спину, с сумрачным видом принялся шагать взад и вперед.
Жюв избавился от пальто и шляпы и сделал вид, будто внимательно разглядывает огромную картину, изображавшую прелестную речушку и пастушку со стадом идущих к водопою откормленных черных коров, на самом деле исподтишка он пристально наблюдал за своим собеседником.
Внезапно Дро резко остановился перед Жювом.
— Исчезновение Юбера — вещь неслыханная, — начал он. — Тайна, окутывающая эту историю, непостижима и трагична. Для меня это большое горе, господин Жюв.
В глазах хирурга стояли слезы. «Черт! — заволновался сыщик. — Что хочет он мне сказать?»
Жюв смирно сидел, не произнося ни звука.
— Я так несчастен, — снова заговорил Поль Дро, — я без конца спрашиваю себя, чем кончатся мои злоключения… Сегодня, господин Жюв, я стал жертвой невероятного, дьявольского насилия… Ни за что не догадаетесь, какого.
— Я и не могу догадаться, — скромно ответил Жюв. — Говорите же, расскажите мне ваше приключение, а я наперед заверяю вас в моей преданности.
Хоть Жюв и был убежден, что, печалясь об исчезнувшем Юбере, Поль Дро безбожно его обманывает, на мгновение ему показалось, что хирург и впрямь невероятно взволнован, что страдания его непоказные, горе непритворно и что он переживает одну из тех внутренних драм, когда душа рвется на части.
Поль Дро опять заходил по кабинету и монотонным, усталым голосом начал свою исповедь:
— Довериться
Он замолчал, и Жюв осторожно подбодрил его:
— Так что же с вами случилось? Рассказывайте… Вы говорите с другом.
— Я знаю это, — вздрогнув, ответил Дро.
Хирург порывисто кинулся к Жюву и от всего сердца пожал ему руку.
— В таком случае, господин Жюв, слушайте, — заговорил он, — вот моя история. Она уложится в несколько слов, но от этого не станет менее ужасной. Сегодня днем я работал здесь, в кабинете, и слуга доложил мне о посетителе; он настойчиво желал меня видеть, но имя свое назвать отказался. Сначала я решил, что это вы. Потом подумал — наверно, какой-нибудь пациент, желающий сохранить инкогнито, и распорядился, чтобы посетителя впустили.
— Кто это был? — забеспокоился Жюв.
Снова вздрогнув, Поль Дро, точно в оцепенении, глухо проговорил:
— Господин Жюв, я увидел, как в мой кабинет, пятясь, входит немолодой мужчина. «Должно быть, разговаривает со слугой», — решил я. Какового же было мое изумление, когда он обернулся: посетитель был в маске!
— Как вы сказали? — привскочил Жюв.
— Я сказал, — с видимым усилием повторил Поль Дро, — что очутился лицом к лицу с человеком в маске, одетым во все черное… Лицо его было полностью скрыто, камердинер же в ответ на мои расспросы поклялся, что и он не видел лица незнакомца — явился тот, конечно, без маски, но лица не показывал, ловко прикрываясь цилиндром.
Выслушивая эти подробности, Жюв не переставал изумляться, он терялся в догадках. Что все это значит?
Перед глазами его невольно возник легендарный силуэт человека, одетого в черное, лицо которого обычно скрывает маска; он вспомнил о том, кто способен на все, содрогнулся при мысли о гении преступного мира, Короле страха, Повелителе ужасов, чье имя — Фантомас!
Невероятным усилием воли справился Жюв с волнением.
— Что хотел от вас этот незнакомец? — спросил он.
— Он подверг меня невыносимой пытке, — ответил Дро, по-прежнему с трудом подбирая слова. — Глядя мне в глаза, этот человек вынул из кармана револьвер, наставил его на меня, стал угрожать. Потом он заговорил по-другому и предложил мне то, что назвал сделкой. Господин Жюв, незнакомец пообещал вернуть мне Юбера, но вернуть в обмен на сто тысяч франков; передо мной сидел шантажист!
Признание Дро так ошеломило Жюва, что тот вскочил, не в силах сдержать волнение. Что стояло за этим признанием? Ложь от начала до конца? Неужели этот человек нагло выдумал историю с шантажом? Кто мог сделать ему такое предложение? Ведь Жюв только что своими ушами слышал голосок маленького Юбера — мальчик здесь, в доме, несколькими этажами выше, он в полной власти хирурга.
Казалось, Поль Дро говорил вполне искренне; он и не заметил, как недоверчиво посматривает на него Жюв, и продолжал рассказывать: