Путь Абая. Том 1

Ауэзов Мухтар

— «Вареная голова» злится не только потому, — поправил его Майбасар, — он, наверное, получил немалые взятки от Божея и Байсала, вот и упорствовал… Теперь ему и тут убыток, разве ты не понимаешь? — Майбасар рассмеялся. — Больше ему не с кого брать: мир с Божеем будет заключен сегодня вечером. Ты слышал, что он приедет и в мечеть и на праздник к мирзе?

Об этом не знали ни Жакип, ни другие присутствующие. Абай тоже услышал об этом впервые. Все замолчали, изумленные новостью. Каждому хотелось посмотреть на Божея, когда он прибудет для примирения с Кунанбаем.

Майбасар был очень доволен произведенным впечатлением.

— Алшекен

сопутствует каждому доброму начинанию, — заметил он. — Не зря погнали стада в его аул!

Он слегка наклонился в сторону Абая и пристально посмотрел на него.

— Понял? Попробуй-ка, сынок, не поехать теперь к невесте! — сказал он, снова принимаясь за свои шутки.

Но смутить Абая сейчас оказалось не так легко, как прежде. На этот раз в нем не было и тени робости.

— Майеке, опять вы начинаете! Вот возьму и вовсе не поеду, — ответил он и с усмешкой повернулся к другим.

— Ой, беда! Мальчуган совсем струсил! Пословица говорит: «Жених и в гробу не улежит, если калым отдавать начал…» Что с тобой? Тебя ждет невеста с шейкой нежной, как пух сокола. Она думает: «Попробуй не приехать и на этот раз!»— И Майбасар снова принялся вышучивать подростка.

Но Абай и туг не смутился. Он ответил Майбасару насмешливой улыбкой, взял домбру, стоявшую за его спиной, и начал молча наигрывать. Майбасар тоже молчал, ожидая ответа. Не добившись его, он заговорил снова:

— Отвечай же! Всех этих жигитов дам в провожатые, только согласись съездить!

— А я говорю — перестаньте, Майеке!

— И не подумаю!

— Боже мой, какая зам от этого выгода? Было бы еще понятно, если бы вы были женге. [66]

— Хоть я и не женге, но и мне будет неплохо!

Абай рассмеялся и спросил с необычным для него озорством:

— Вы и вправду не перестанете?

Он бросил играть, положил перед собою домбру и пристально посмотрел на Майбасара. В его живых глазах светились лукавые искорки.

— Не перестану! Ну? Поедешь? — И Майбасар вызывающе уставился на него.

66

Женге — невестка, почтительное обращение к жене старшего.

Абай прищурил смеющиеся глаза, совсем как Шоже, которого он только что видел, поднял голову и запел:

Уа, просил я вас перестать.— Вы же стали шутить опять! Или ваш карман, Майеке. Стало нечем теперь набивать? Вы обшарили все углы. Обобрали Каркаралы, Все вам мало — и вот вдали Вы еще кого-то нашли! Хороша Алшинбая дочь,— Вы и там поискать не прочь! Иль зарок дан вами вперед Все отведать, что жизнь дает? О невесте оставьте речь. Что

вас может туда привлечь? Не шутите больше со мной! Что я, право: бык племенной Алшинбаю в его стада? Кайнага, [67] не стоит труда Выбиваться дальше из сил: Я и так уж вас наградил!

— и Абай со смехом прижался к плечу Майбасара.

Жигиты расхохотались, пораженные неожиданной выходкой, песня понравилась всем. Майбасар, растерявшись, не нашелся, что ответить. При последних словах песни он только покачал головой и крепко выругался.

67

Кайнага — здесь родственник жениха.

— Ну и ну! Вы смотрите, что выделывает этот озорник! — усмехаясь, сказал он, — Как же мне теперь быть?

Абай насмешливо подзадорил его:

— Отвечайте, Майеке, если хотите! Но только в стихах, иначе и слушать не стану. — И он замотал головой.

— Так тебе и надо, — заливался Жакип, весь красный от хохота. — Будешь еще приставать к нему? Получил по заслугам? Поделом, поделом тебе!

— Так ведь он— потомок Шаншара! Это он в родню Улжан пошел!.. Вот погоди, вернемся в аул, я тебе отплачу: все расскажу твоей матери! — пригрозил Абаю Майбасар.

Остальные сразу поняли его намек.

— Ясно, он же Тонтай!

— Прямой потомок!

— Острая шутка! Прямо Шаншаровы колкости! — наперебой заговорили все.

— Ну, нет, я думаю, что он эту песню откуда-то принес! Разве этот бездельник умеет сам сочинять? — Майбасар все еще не мог прийти в себя от изумления.

Действительно, никто никогда не замечал, чтобы Абай сочинял песни. Мальчик сам не ожидал, что его шутка произведет такое сильное впечатление. Он даже смутился.

— Это не я сочинил, — сказал он и добавил, лукаво улыбаясь: — Я только что видел Шоже, это его песня.

Жигиты не знали, верить или не верить его словам. Посыпались расспросы.

Абай не растерялся. Улыбаясь, он спокойно продолжал:

— Я рассказал ему, что есть у меня такой дядя Майбасар, — дразнит, не дает покоя. Научите, говорю, что отвечать? Он и пропел мне эту песню!

И в самом деле: веселое остроумие, меткие, словно колющие слова и тонкая, умная насмешливость Шоже все еще жили в душе Абая. Он и сам был очень доволен тем, как ему удалось сразить Майбасара. «У меня и вправду получилось, как у Шоже. Вот если бы мне на самом деле стать таким, как он!»— даже с завистью подумал Абай.

Жигиты, пораженные его выходкой, недоверчиво слушали рассказ о Шоже. Внезапно дверь распахнулась и вошел Карабас. Все стихли. Не успев переступить порог, Карабас громко оповестил сидящих:

— Скорее! Намаз окончен! Гости собираются к мирзе! Вас зовут! Поторапливайтесь все!

Все вскочили и начали торопливо одеваться. Абай не знал, как ему быть. Жакип сказал ему:

— Прислуживать гостям и разносить блюда тебе не дадут, а сидеть вместе с отцом среди старших — тоже неудобно. Там и так будет много народу. Оставайся лучше здесь.