Путь Барса
Шрифт:
Отвернувшись от них, Пенгфей не проронил больше ни слова. Он так мечтал о мире и не желал сейчас спорить о том, что могло ждать их в ближайшем будущем. Но даже он понимал, что в случае гибели Дая и Минжа они не сумеют отстоять Долину и в лучшем случае снова станут изгнанниками.
А Дай шагал сквозь метель по колено в снегу. Клочья разорванной рубахи болтались, трепеща на ветру. От хижины он ушёл уже достаточно далеко, но превращение в барса всё не начиналось. Кроме силы чи внутри парень не чувствовал абсолютно ничего. И всё же упрямо шёл вперёд, надеясь, что высшие силы не позабыли о своём обещании и вот-вот накажут за совершённое убийство.
Впереди высились отроги гор –
Спотыкаясь от усталости, Дай направился туда. Он очень торопился, опасаясь, что не успеет обнаружить Ченга прежде, чем следы занесёт. Раз они ещё были видны, значит, прихвостню Бо не удалось далеко уйти.
Можно сказать, парню повезло: беглец и его приспешники обнаружились совсем скоро. Их лошади остановились на относительно ровной местности. Сейчас бандиты занимались поиском подходящего убежища от непогоды, неподвижное же тело мастера Минжа лежало поперёк седла одного из коней.
Сумерки и пелена метели отлично скрывали Дая, и он сумел подобраться вплотную к лошадям. Разочарованный, что так и не превратился в барса, но и обрадованный этим, он вскочил в седло, намереваясь оставить Ченга и без транспорта, и без добычи, но передумал. Нельзя было оставлять их в живых. Ни Ченг, ни его братия, не смогут преодолеть горы. Убить, прекратив грядущие мучения и перспективу замёрзнуть насмерть – самое лучшее решение. Но меч свой Дай оставил в хижине, а в поклаже на лошадях ничего не нашлось. К тому же, Дай начал догадываться, почему не превратился. «Ченглей ещё жив. Но теперь я нагнал врага, и нет больше нужды превращаться в барса». Он и не хотел. Вот только убийство Ченга становилось невозможным. «Значит, он должен убить себя сам. Только как же это устроить?» - размышлял парень.
Лошадь, почуяв седока, нетерпеливо топталась на месте, желая поскорее покинуть это гиблое место. Её волнение передалось и двум другим скакунам. Их ржание донеслось до ушей Ченга и приспешников, а Дай тем временем пытался привести Минжа в чувство.
– Мастер, мне нужна ваша помощь! Мастер Шифу! – в отчаянии назвал он старика его звериным именем. Но, видимо, его ударили слишком сильно и точно, и Минж в себя не приходил. Дай надеялся, что в старике достаточно сил, чтобы прикончить Ченга и остальных. К примеру, Дай мог бы измотать бандитов, а мастер – нанести смертельный удар. Но, похоже, парню вновь придётся действовать в одиночку.
Едва завидев возвращающихся врагов, он как мог привязал Минжа покрепче к седлу, затем натянул поводья и поднял жеребца на дыбы.
– Ты ещё кто? – ничего не видя сквозь метель, прорычал Ченг, заслонив лицо от снега. Его соратники тут же обнажили короткие клинки.
– Часовой, что обманул тебя на ступенях мэрии, - бросил Дай и пришпорил коня.
Огромный ломовой жеребец пронёсся мимо людей, едва успевших броситься в стороны. Двое солдат тут же метнули вслед свои клинки, один из которых врезался в круп лошади. Дай исхитрился вытащить лезвие, но перепуганного коня остановить уже не мог. Тот нёсся напролом, по заметённой дороге, и совсем не в сторону Долины – всё выше и выше, точно на север. Справа были горы, а слева, совсем близко – обрыв. Одно неверное движение – и они могли сорваться вниз. Развернуться и скакать назад не было никакой возможности, а позади на двух оставшихся лошадях
Выбора не оставалось.
Отвязав Минжа от седла, Дай сгрёб его в охапку и спрыгнул с коня. Держа перед собою бандитский нож, парень загородил мастера, вспомнив в этот момент, как любил его в прошлом, да и сейчас тоже. И пусть сегодня он падёт смертью храбрых, отец Ки должен выжить.
Всего пара десятков метров отделяла их от врага. Место, чтобы драться, было неподходящее - узкая тропка, да обрыв по правую руку.
Впереди показались всадники. Первым скакал Ченг с обнажённым мечом в руке, позади него сидел солдат, следом скакала лошадь второго. Увидев цель, оба сбавили скорость, дабы, чего доброго, не сорваться вниз.
Ченг захохотал, а следом и оба солдата.
– Посмотрите на него! И коня потерял, и одежду! Мне даже не нужно тебя убивать – скоро превратишься в мороженую тушку и пойдёшь нам на корм! Как, впрочем, и тот старик, которого ты у нас стащил!
– Я не собираюсь умирать! – крикнул Дай, делая несколько шагов навстречу. – А вот тебе посоветую быть осторожнее на столь узком участке!
Злорадно ухмыльнувшись, Ченг замахнулся мечом. Дай стоял почти вплотную к морде его коня, и злодей мог легко снести голову парню, если бы не лошадь, учуявшая в Дае зверя.
В минуту решимости, когда нервы парня напряглись до предела в предчувствии гибели, он действительно стал похож на себя прежнего – загнанного в угол раненого зверя, сил которого достаточно, чтобы смертельно ранить обидчика. Эту-то отчаянную смелость и опасность и почуял конь, видя перед собою не человека – барса, яростно рычащего убийцу с затравленным, хищным взглядом – раненого зверя, которому нечего терять.
Лошадь громко заржала и встала свечкой. Задние копыта её приблизились к краю – и конь полетел кувырком вместе с седоками в глубокую пропасть. Лишь меч Ченга, звякнув о ближайший валун, остался лежать в снегу.
Оставшийся всадник попятился, и тогда Дай бросил нож в коня. Лезвие вонзилось в крепление седла, перерубив ремень, и солдат свалился в снег. Дай шагнул к лошади, схватив её под уздцы, поднял вражеский меч и направил его на солдата. Парень всего лишь хотел прогнать его обратно в Долину, но тот, попятившись, сорвался, разделив участь со своим товарищем и командиром.
«Неужели всё, наконец, закончилось?! – с облегчением подумал Дай, поднимая в седло мастера Минжа. Меч Ченга он сломал о скалу и сбросил в пропасть. По пути в Долину он размышлял о том, что предстоит сделать, чтобы предупредить в дальнейшем набеги недругов, не полагаясь на продажного императора. Немало волновало парня и состояние мастера Минжа. Пробыв на морозе так долго, без тёплой одежды да ещё в бессознательном состоянии, он мог теперь вообще не очнуться. Да и Почтенная погибла – готовить целебное питьё теперь некому. А что будет с Ченглеем? Вдруг он всё же погибнет от нанесённой прямо в грудь раны? Тогда он, Дай, всё же превратится в барса, и мастерам придётся его уничтожить…
Он вернулся, когда метель уже утихла и наступил вечер. В хижине Почтенной горел свет. Погибшую старицу укутали её же одеялом и вынесли на улицу. Пенгфей копал могилу, Ланфен помогала. Ксия и Ки занимались уходом за раненым Ченглеем. Ему было очень плохо, но засчёт крепкого телосложения и здоровья мастер, казалось, мог пережить и рану посерьёзнее. Остановив кровотечение, Ксия и Ки отыскали ингредиенты из запасов Почтенной и теперь варили отвар по рецепту Ксии. Нашлись в хижине и нужные масла и мази для обработки ран, а также чистые полосы ткани для перевязок. Благодаря оказанной помощи Ченглей сейчас выглядел сносно и даже смог поблагодарить своих спасителей.