Путь домой

Бобылева Анна Михайловна

– Никита. С Кондратом ты уже знаком. – Мужик протянул ему свою лапу, и тот пожал её.

Ситуация безвыходная, у его товарища был в руке пистолет, эдакая вынужденная вежливость. Мила вышла из-за стенда и присоединилась к нему. Оказалось, что эти двое и ещё дюжина выживших расположились неподалёку от города, куда

и направлялись сейчас, и, за неимением других планов, они отправились с ними. Он пообещал самому себе, что будет предельно осторожен с этими двумя, знакомство у них произошло не в самой дружелюбной форме. Мила прочла его мысли и еле заметно кивнула. По дороге они обменивались накопленными знаниями. Никита рассказывал про зверюшек зеленого цвета размером со взрослую кошку, которые питаются мелкими тварями, и как его жена Лина приручила парочку таких дома. При этом воспоминании лицо здоровяка слегка побледнело. Домом он называл то место, где они жили. Ещё он говорил про мертвяков, что питаются плотью и водятся в этих краях. «Он что фильмов насмотрелся?». Мила хихикнула, но заметив серьезные выражения на лицах спутников, тут же состроила скучную мину. Кондрат всю дорогу молчал и поглядывал искоса, то на него, то на неё. Спустя некоторое время в пути, Никита объявил, что они уже почти на месте, оставалось всего пара километров, не больше. Это было крайне важно, потому что на улице уже темнело, ночью в этих местах не следовало оставаться на виду. Они шли по дороге, по обе стороны от которой расположились маленькие, полуразрушенные магазинчики. «Уверен когда-то давно это местечко было достаточно уютным, и я мог бы пригласить любимую погулять здесь, встреться мы немного раньше». Мила резко остановилась, прислушиваясь. «Что-то не так. Топот ног. Что это за?». Стена магазина буквально вылетела, разлетаясь на куски, столп пыли поднялся над дорогой. Видимость была нулевая.

Он нащупал её руку и припустил вперёд со всей силы. Немного погодя он различил впереди квадратные спины их спутников. Позади не прекращался топот, сопровождаемый противными, булькающими, рвотными звуками. Пыль они миновали, и, обернувшись, он ужаснулся. «Это правда! Никита говорил правду!». Изуродованные, мерзкие, преследователи нагоняли их, у кого-то не было конечностей, у кого-то кишки волочились по земле, булькающие звуки исходили из их ртов. Жуткое зрелище, глаза видели такое впервые и отказывались передавать информацию мозгу. Они бежали так быстро, как только могли, но твари не отставали. «В фильмах уроды ходили медленно! Хорошо, что нога зажила после нападения на болоте». Вообще-то она зажила на следующий же день. Да и другие травмы затягивались на нём, как на собаке, довольно быстро, а в последнее время даже молниеносно, прямо на глазах так сказать. «Радиация делает своё дело». Никита упал, его товарищ побежал дальше, спасая свою шкуру, и он хотел поступить также, но не его Мила. Она остановилась и потянула за руку здоровяка, и Швед, не имея другого выхода, пришёл ей на помощь. Мертвяки настигли их слишком быстро. События разворачивались стремительно, времени всё обдумать не было. Один из уродов укусил за руку Никиту, и Мила секундой позже срубила ему за это башку. План добраться до их дома был уже не выполним, два километра раненому не пробежать, и они свернули в проулок и забежали в первую попавшуюся дверь. Он припер её металлическим шкафом, сотрясаемым ударами жаждущих крови трупов, и огляделся. Раньше здесь был какой-то офис. Возле стены полусидя прилёг Никита бледный как мел, вокруг укуса пузырилась гнойная жидкость, лопаясь и бурля.

Конец ознакомительного фрагмента.