Путь генерала
Шрифт:
Вскоре на горизонте появилось десять подвод. Многовато для доставки обеда на легион.
– Эр каптенармус, ты никак весь наш обоз сюда направил? – поинтересовался Арт.
– А что ему стоять без дела?
– Зачем?
– Как зачем? А трофеи? – Лодик сделал удивленное лицо.
– Что с этих дикарей возьмешь?
– Что есть, то и возьмем. Одних ятаганов здесь тысячи, а это не худшее железо.
– Ну ты и хват! Один захотел все собрать? А другие части?
– А что я? Для себя лично я ничего не возьму. Все для легиона. Жалованье платить надо? Надо. А когда
– Ладно. – Саша махнул рукой. – Действуй, как запланировал.
За один только горячий обед можно было многое простить, да и прав Лодик – старается он не для себя. Саша все больше удивлялся своему другу. При такой-то коммерческой хватке Лодик был практически равнодушен к личному обогащению. Интересный он человек. Трудности на всех действуют по-разному. Кто-то, как бурундук, старается запастись всем возможным и полезным для себя самого. Кто-то, осознав бренность всего сущего, стремится к тишине и покою. За тем, что делал Лодик, явственно читался вопрос: «Ради кого?» Ради себя, любимого, – это в далеком прошлом. Жизнь убеждает в бессмысленности такого подхода. Увы, он приносит лишь пустоту и разочарование. Надо время на то, чтобы это осознать. Потери несут только грусть. А что дальше? Взвалив на себя хозяйственные заботы легиона, Лодик нашел применение своим усилиям, нашел достойную цель. Выбор цели – это важно. Порой это позволяет вернуть утраченный смысл жизни.
Легион расположился на обед. Несмотря на разговоры по поводу трофеев, грузить повозки стали совсем не ятаганами. Десятки раненых нуждались в эвакуации. В поселке, прежде занимаемом лироками, им можно обеспечить лучшие условия, чем в чистом поле. Тех, кто мог идти самостоятельно, отправили в поселок своим ходом. Остальных эвакуировали за два рейса гужевого транспорта. Здесь Лодик не стал считаться с тем, принадлежат ли люди к легиону или к сводным частям. Вывез всех. Что касается уцелевших, уходить им было рано. Требовалось навести порядок на поле боя: похоронить павших солдат и захватчиков. Не ради чести, таков обычай.
В направлении Тронка сводная часть двинулась лишь через три дня после завершения битвы. Саша немного ошибся – мапри оказалось больше десяти тысяч. Только на месте состоявшейся битвы осталось более двенадцати тысяч зубастиков. Это был разгром мапри, какого они не знали с самого начала своих набегов. Потери сводного отряда составили тысячу сто семьдесят человек, в том числе – пятьдесят четыре легионера. Около пятисот человек потеряла кавалерия.
Второму шаману удалось уйти. Подробности Саша узнал только в Тронке.
Пехота графа Дюваля, как и было предписано, отрезала дикарям пути отхода. Три линии мечников растянулись метров на пятьсот. Мапри попытались обойти заслон, но пехота сманеврировала и преградила им путь. Клыкастые воины и так свирепы в битве, а здесь на пятки им наступала кавалерия… В общем, три линии мечников они буквально смели, не считаясь с огромными потерями. Сам граф Дюваль был ранен в бою. Шаман с телохранителями задержался немного и ударил навстречу
Мапри ушли, потеряв около семисот воинов. Оставшихся в живых в их отряде было не более пяти сотен. Правда, шамана им пришлось нести – тот или был ранен, или потерял много сил. Подоспевший Фонтен отдал распоряжение не преследовать дикарей в лесу – слишком уж легко там нарваться на засаду.
В Тронке сводный отряд встречали как победителей. Комендант лично вышел к воротам, чтобы приветствовать их. Фонтен ждал в крепости. Саша нашел его в кабинете коменданта крепости.
Глава 15
Арт знакомится со столицей и королем
– Присаживайся, Арт. – Фонтен махнул в сторону плетеного кресла, стоящего недалеко от стола. – Самое время поговорить о дальнейшей судьбе вашего легиона.
– Спасибо, эр генерал.
Демократично. Впрочем, обычаи бывают разные.
– Расскажи мне, у кого ты учился тактике. – Фонтен смотрел на лейтенанта весело, но пристально.
– Тактике? – смутился Саша.
– Должен признать, выбранное тобой построение оказалось удачным.
Что ответить на такой вопрос? Если не знаешь, что сказать, скажи правду.
– Специально я тактику не изучал, но меня всегда интересовала история. Предложенное мной для недавнего боя построение называется «македонская фаланга». Был такой полководец – Александр Македонский.
– Македонский? Кто такой? Почему не знаю?
Саша еле-еле сдержал смех, который был бы совсем неуместен в этой ситуации. Фонтен практически процитировал Чапаева – героя одноименного фильма.
– Александр Македонский жил очень давно и далеко отсюда.
Фонтен кивнул:
– Интерес молодежи к истории радует. Хотя лучше бы тебе изучать историю королевства.
– Со временем я надеюсь восполнить этот пробел, – согласился Саша.
– Со временем – это как-нибудь потом. Поговорим о том, что будет сейчас.
– И что же будет сейчас?
Вопрос действительно был насущным.
– Недавний разгром мапри дает нам надежду на то, что в этом году их активность будет меньше, чем обычно. В этой ситуации оставлять здесь такие боеспособные части, как ваш легион, представляется неразумным. Наши войска на юге сдерживают упорные атаки керберийцев. О наступательных операциях пока нет и речи. Формируется новый корпус для действий на южном фронте, и ты не будешь там лишним.
Саша вздохнул:
– В легионе много раненых.
Генерал кивнул, но продолжил:
– Много времени я вам дать не могу. Неделя на то, чтобы подлечить легкораненых и получить пополнение. Тех, кто ранен тяжело, придется оставить здесь на лечение.
– Пополнение? Какое пополнение?
– Численность твоего легиона и так невелика, да еще потери. А на юге вам предстоит действовать под моим командованием.
Саша улыбнулся. Если Фонтен решил набрать пехоту, естественно, он постарается укомплектовать части. Это разумно.