Путь генерала
Шрифт:
Генерал достал карту:
– Где сейчас находится корпус Арта?
– Думаю, где-то здесь, – показал точку на карте Арантье.
– Отбери из тех, кто у тебя остался, лучших наездников. Надо доставить легионерам пакет. Сможете?
– Мы навели шороху в тылу у керберийцев, разбили все их конные разъезды. Думаю, у курьеров есть шанс проскочить.
– Отлично. Пусть через полчаса будут готовы отправиться в путь. А сам отдыхай, ты и так сделал больше, чем смог бы на твоем месте кто-то другой.
Арантье отправился отдать распоряжения. Генерал же, хотя
Часа два генерал шагал по палатке, пребывая в тяжелых раздумьях, лишь глубоко за полночь он задремал. Курьеры вернулись под утро. Сделав большой крюк, они смогли миновать порядки керберийцев и доставить пакет генералу Арту. Более того, они уже привезли его ответ.
Фонтен распечатал пакет, прочитал первые строки и нахмурился – прочитанное ему не понравилось. Генерал начал читать сначала, раздумывая, так ли он понял то, что было написано. Постепенно выражение лица Фонтена менялось. Если вначале оно было гневным, то в конце чтения скорее задумчивым.
Генерал посидел минут десять, собираясь с мыслями, затем вышел из палатки и начал отдавать распоряжения.
Утром керберийцы вновь стали выстраивать войска. Центральный корпус королевства сопротивлялся яростно, но сегодня они были намерены с ним покончить. Несмотря на то что полностью разбить его не удалось, корпус понес такие потери, что мало отличался от разбитого. Особенно радовало то, что наконец-то получилось серьезно потрепать непобедимую кавалерию бравого Фонтена. Еще один, последний удар – и об этом мифе можно будет забыть.
Главнокомандующий керберийской армией осматривал порядки противника. Та самая кавалерия, о которой он только что вспоминал, строилась для атаки. Вражеский генерал довольно потер руки. Похоже, сегодня Фонтен решил нанести первый удар с помощью конницы. Через полчаса построения были закончены, и керберийские пехотные тысячи двинулись вперед. Но стоявшая напротив них кавалерия повела себя странно – она двинулась было навстречу его пехоте, но резко повернула вправо и начала наращивать скорость.
«Хитрюга Фонтен решил предпринять обходной маневр», – решил керберийский генерал.
Керберийская конница была тут же переброшена на левый фланг, чтобы воспрепятствовать фланговому удару вражеской кавалерии. Повторять вчерашнюю ошибку и разворачивать часть пехоты к западу главнокомандующий не собирался. Пехотные тысячи продолжали следовать прежним порядком и через полчаса достигли расположения, занимаемого противником. Но лагерь королевских войск оказался пуст. Часть палаток и повозок были брошенными, ни людей, ни коней в лагере не было. Удар пришелся в пустоту.
Тем временем подоспело донесение от кавалерии. Королевская конница не стала атаковать с фланга. Не останавливаясь, она рысью уходила на запад.
Керберийский генерал растерялся, ему был непонятен такой маневр. Кавалерия бежала с поля боя?
Одна кавалерийская сотня отправилась по следам пехоты противника, вторая – по следам его кавалерии. Но и здесь вышла заминка.
Разведка, устремившаяся на север, нарвалась на засаду лучников и вынуждена была вернуться за подкреплением. Точнее – вернулись немногие оставшиеся в живых. Отправленная на место засады кавалерийская полутысяча не обнаружила там никого. Лишь к вечеру генерал получил нужные ему сведения: пехота королевства отошла на двадцать километров к северу и закрепилась на берегу небольшой речушки. На берегу той же реки тридцатью километрами западнее остановилась конница Фонтена.
Керберийский генерал улыбнулся, думая, что разгадал замысел Фонтена. Тот думает, что остановит их у реки и нанесет фланговый удар кавалерией. Вражеский генерал рассмеялся. Не с силами Фотена планировать такие действия. Его кавалерия больше численностью, она не даст кавалерии Фонтена внезапно ударить с фланга. На следующий день керберийская пехота походным маршем двинулась вперед. Кавалерии был отдан приказ выдвинуться левее и блокировать действия оставшейся кавалерии противника.
Керберийский генерал разгадал план противника, но все дело в том, что он разгадал только часть плана. Один очень существенный фактор остался без его внимания – двигаясь весь день и половину ночи, корпус генерала Арта вышел правее дороги, по которой предстояло двинуться керберийцам.
Именно такой план и предложил генерал Арт в своем письме Фонтену. Им необходимо было выиграть день, они его выиграли. Если численное преимущество по-прежнему оставалось на стороне керберийцев, фактор внезапности и расстановка сил теперь были на стороне королевства.
Пехота генерала Арта расположилась за холмами в двух километрах от дороги, кавалерия – на два километра дальше. Костров не жгли, чтобы себя не обнаружить, сваренный накануне обед раздавали холодным. Утомленный длительным маршем корпус с удовольствием воспринял отдых до обеда, пусть и в ожидании предстоящей битвы. Все, кроме разведки, отдыхали.
День перевалил за половину, когда охотник-лирок скользнул юркой ящерицей с вершины холма и поспешил к Арту с докладом.
– Командира, враги идут. – Лироки за время, проведенное в легионе, научились неплохо говорить на языке королевства, но произношение у них все равно оставалось странным.
– Отлично, – отозвался Арт. – Пехота? Кавалерия?
– Люди идут. Кони не видно.
Как и предполагал Арт, керберийцы перебросили свою кавалерию на противоположный фланг. Лишь бы керберийский дозор не обнаружил их раньше времени. Ага, как знал.
Другой дозорный (лучник из сотни Свилта) подбежал с докладом:
– Эр генерал, конный креберийский дозор направляется в нашу сторону.
– Большой?
– Десятка три всадников.
Арт кивнул головой. Такое развитие событий было предусмотрено.