Путь Гладиатора. Калин
Шрифт:
Человек с худым лицом, продавец симбиотов, задумчиво уставился вслед удалявшейся фигуре капитана.
— Он преувеличивает, — засомневался продавец, — раздувает потенциальную опасность, чтобы держать нас под каблуком.
— Может быть, но он явно не шутил, говоря об изоляции судна.
Толстый коммерсант потеребил пальцами висящий на шее амулет — символ удачи, приобретенный в одном из Магических миров, — и проницательно посмотрел на Дюмареста.
— Ты долго путешествуешь по Галактике и многое видел, Эрл. Что ты посоветуешь?
Дюмарест взглянул
— Насчет чего?
— Ты слышал, что сказал капитан. Думаешь, он преувеличивает? Может, ничего страшного и не случится, если мы просто выйдем и посмотрим на это зрелище?
Дюмарест воздержался от комментариев. Верхняя площадка трапа, где они стояли, и так была удобным пунктом наблюдения. Город раскинулся перед ними как на ладони. Он расползся во все стороны бесформенным нагромождением плохо освещенных зданий по ту сторону высокого ограждения из проволочной сетки. Еще стояла ночь, но багровое зарево огня уже окрасило мрачные тучи. Легкий ветерок эхом доносил вопли, пронзительные крики — дикие звуки толпы, вышедшей на охоту.
Женщина вздрогнула.
— Ужасно! Как животные. Собаки, дерущиеся за кость. Зачем им все это? — недоумевающе спросила она. — Как можно в цивилизованном обществе вести себя так?
Ее компаньон пожал плечами:
— Это их традиция.
— Традиция?! — не успокаивалась она. Ее глаза встретились с глазами Дюмареста, который посмотрел на нее с возрастающим интересом. — Слово, которое ничего не объясняет. Почему они пренебрегают законами, нарушая все ограничения?
— Чтобы очиститься, моя госпожа, — объяснил Дюмарест. — По крайней мере, они так утверждают. Возможно, когда–то в подобных действиях и был смысл, но сейчас это превратилось в дурную привычку. Три дня обитатели Логиса будут охотиться и убивать, прятаться и умирать. — Он покосился на всполохи огня. — Поджигать и сгорать. Но не все станут жертвами. Лишь слабые и беспомощные, без друзей, готовых предоставить защиту. Прошли те дни, когда общество отбраковывало лишь опасных мутантов, сумасшедших, калек, физически слабых и морально порочных. Теперь будут сводиться старые счеты, оплачиваться долги, выплескиваться накопившееся недовольство и вершиться месть. Каких–нибудь политиков затравят за лживые обещания. Некоторых мошенников — торговцев, бизнесменов, глав компаний — принесут в жертву для ублажения толпы. Но когда все закончится, находящиеся у власти останутся на своих местах.
Женщина снова вздрогнула, услышав эхо пронзительного крика. Ее рука сверкнула, когда она прикоснулась к руке спутника.
— Пойдем внутрь, — попросила она. — Можно посидеть, поговорить и поиграть в карты. Или даже послушать музыку. Все, что угодно, только не это. Я не выношу насилия.
Дюмарест заметил, что ее компаньон тоже не испытывал к этому особой любви. По крайней мере, сейчас. Торговец был уже стар и боялся того, что может случиться в ближайшем будущем. По–видимому, этот человек не раз встречался с амниотическими танками и испытал страдания от физической боли при ранениях. Сейчас он искал прибежища, и эта
Дюмарест отвернулся, глубоко вдыхая ночной воздух. Он вдруг осознал свое одиночество и почувствовал легкую зависть к тем, кто путешествовал в компании.
Торговец позади него беспокойно переступал с ноги на ногу. В его глазах отражалось зарево поднимавшегося вверх пламени.
— Давайте спустимся вниз к воротам и посмотрим поближе, — предложил он. — Наверное, это не так уж опасно. Мы будем осторожны и, может быть, увидим что–нибудь интересное.
— Я не против, — согласился продавец с худым лицом, втянув щеки. — Было бы жаль проделать такой путь сюда и ничего не увидеть. Такая возможность появится снова лишь в следующем году. И кто знает, где буду я в это время? — Он кивнул. — Хорошо. Я иду с тобой. А ты, Эрл?
Дюмарест поколебался, а затем медленно спустился за остальными вниз по трапу.
Возле ворот стояли угрюмые вооруженные часовые в бронированной форме. Они были из числа подразделения, охранявшего защитное поле. Тщательно отобранные, эти бойцы должны были стойко держать оборону в течение всех трех дней. Охранники располагали редким для Логиса оружием — автоматическими винтовками. Оружие стреляло очередями и на близком расстоянии было таким же эффективным (почти смертельным), как и лазерное. Один из охранников свирепо посмотрел на троих приближавшихся мужчин:
— Вы выходите в город или остаетесь здесь?
— Остаемся, — быстро ответил торговец. Он искоса посмотрел на город за часовыми. Прямо от ворот шла широкая пустынная дорога. — Насколько это опасно?
— Совсем не опасно, — ответил охранник. Лицо под шлемом казалось жестоким и безжалостным. — Те, кому нужно, получают по заслугам. — Внезапный приступ ярости исказил его лицо. — Черт возьми! Что я делаю на этих вшивых воротах? Мне нужно выследить ублюдка, укравшего мою жену!
— Успокойся, — оборвал его сосед со знаками различия офицера на форме. — К чему эта болтовня? Ты же развелся.
— А какое это имеет значение?
— Она снова вышла замуж.
— Ну и?…
— И забудь, — посоветовал офицер. — Это, конечно, не мое дело, но ты сам вызвался охранять ворота, даже дал клятву, что у тебя нет причин мстить и есть на что потратить отнюдь не маленькую оплату. Именно поэтому ты здесь. И будешь стоять, сколько нужно. Понял?
— Пошел к черту!
— Брэд, это твой последний шанс.
— Пошел ты!…
Офицер стремительно потянулся и выхватил винтовку из рук часового.
— Хорошо, — холодно сказал он. — Хватит. Пошел отсюда!
— Что? — Человек недоуменно заморгал. — Минуточку! — заорал он. — У меня есть право…
— Ты уволен, — резко ответил офицер. — Таким, как ты, здесь не место. А теперь убирайся отсюда к черту, пока тебе дают возможность это сделать.