Путь игрушки
Шрифт:
Влад склонился над столиком, шаря рукой в кармане. Наконец, извлек, что искал. С улыбкой победителя он поставил между собой и Мишель бархатную коробочку.
Официант, чуть было не испортивший момент, вовремя удержал над столом поднос.
Влад покосился на парня с таким видом, словно увидел гадкое насекомое, затем щелкнул пальцами с видом хозяина жизни, мол, выставляй и проваливай. С вежливой улыбкой официант поставил на стол бокалы и наполнил их шампанским.
Мишель с замиранием сердца ожидала, когда официант, наконец, отойдет: алый бархатный островок на столе так и манил.
Влад предупреждал, что у него для нее сюрприз, и по случаю она провела четыре часа перед зеркалом, так что теперь, в ни разу не надеванном алом платье чувствовала себя не хуже любой прожигательницы жизни в этом пафосном месте.
– Ну же, куколка, - каким-то чудом Владу удалось преподнести подарок так, словно заминка возникла из-за неё.
– Неужели не хочешь посмотреть, что внутри?
Мишель хотела. Как хотела бы любая восемнадцатилетняя девчонка на ее месте. Восемнадцать ей исполнилось всего ничего как, у Влада тогда были срочные дела, по бизнесу. Он сожалел и обещал реабилитироваться, как только японцы подпишут контракт.
Лаунж-зона в самом фешенебельном ресторане города способствовала не столько релаксации, сколько гордости от сопричастности к окружающему великолепию. В вычищенных до блеска стеклах отражались хрустальные люстры, мебель из черного дерева, официанты во фраках и белоснежных перчатках с не менее белоснежными улыбками…
– Смелее, зай, - подмигнул Влад и жестом фокусника открыл коробочку.
Сережки с изумрудами в бриллиантовой россыпи были изумительны.
– Примерь.
Мишель протянула руку, ругая себя за то, что в красном платье, сейчас к случаю больше было бы зеленое, но роскошная вещь, что на ней, единственный ее приличный наряд.
Стоило пальцам прикоснуться к алому бархату, что-то изменилось.
Слишком ярко вспыхнули люстры, слишком протяжно завыла сирена за углом, влажная полоска зубов Влада напомнила оскал хищника, выдавая предвкушение благодарности за подарок… и это тоже было слишком.
А потом перед глазами возникла комната. Просторная, с черными обоями и черными же смятыми простынями на круглом ложе.
Нет, лаунж-зона никуда не делась, видение Мишель как бы наслоилось на реальность, оставаясь полупрозрачным, иллюзорным… но сразу завладело вниманием, когда на смятых простынях обнаружился Влад. С голым торсом и выставленным голым коленом, со взмокшими, растрепанными волосами. Черная атласная ткань небрежно наброшена на разведенные в стороны ноги, поверх лежит загорелая рука.
Влад, что по-прежнему сидел напротив, в шикарном костюме, с идеальной, волосок к волоску прической, нахмурился, глядя на нее. Видимо посчитал вытаращенные глаза и приоткрытый рот за реакцию на коробочку с серьгами.
Мишель вздрогнула, прогоняя видение, но в последний момент ее вниманием завладел голос. Женский, визгливый, с характерным аканием.
– Да как у тебя совести хватает дарить мне такую дешевку?! Мне?! Перед тобой что, закомплексованная первокурсница, о которую все ноги вытирают?!
– обладательница голоса полулежала рядом с Владом, тем, что на черных простынях и брезгливо крутила
Она вздрогнула. Пассаж девицы про первокурсницу был особенно унизительным: Мишель только-только сдала пропускные экзамены и была зачислена на первый курс археологического факультета.
Мишель так и не успела понять, что происходит, потому что следом раздался другой голос. Мужской. Принадлежащий Владу. Ее Владу. Который только сегодня вернулся из бизнес-поездки, не остался даже на обязательный в таких случаях прием, чтобы поздравить ее с днем рождения. Хоть и с запозданием, о чем он очень, очень сожалел. По скайпу.
– Дешевка?
– возмущался тот, другой Влад, сыто развалившийся на мятых простынях.
– Да ты знаешь, сколько я отвалил за эту дешевку?
– крысился тот, кто сейчас замер напротив с нетерпеливым видом, явно ожидая ее восторга.
– Это потому, что у тебя этих цацек - хранить негде!
Девица фыркнула, откинула за спину тщательно уложенные, чуть растрепанные локоны и, приподняв простыню, встала. Ничуть не стесняясь того, что из одежды на ней лишь кружевные трусики и какая-то сетчатая юбка, через которую можно эти самые трусики рассмотреть, причем во всех подробностях, виляя бедрами, она направилась вон из комнаты.
– Знаешь, дорогой!
– не унималась она по дороге.
– На годовщину свадьбы мог бы и раскошелиться!
Обернулась и швырнула коробочку прямо во Влада. Одна сережка выпала, сиротливо сверкнула между черных складок.
Влад проводил девицу злым взглядом.
– А сиськи, значит, которые в третий раз за год сменила, уже ничего не стоят?
– Ты что-то сказал?
– раздался голос девицы из-за двери.
– Нет, ничего, дорогая, - отозвался Влад, подбирая сережку и сердито возвращая ее на место.
– Ты действительно достойна самого лучшего. Я сегодня же заменю их на что-то более подходящее.
– Так-то лучше, - ответили ему и Мишель поморщилась.
Видение исчезло.
Влад, который все это время выжидал напротив и, должно быть, списал ее замешательство на восхищение роскошью подарка, широко улыбнулся.
На этот раз от демонстрации безупречной металлокерамики Мишель замутило.
Видение казалось таким реальным, что у нее не оставалось ни малейших сомнений в его истинности. А если так, человек, ухаживающий за ней… долго, между прочим, с завидной регулярностью… женат. И все его деловые бизнес-поездки - чушь. Россказни для доверчивой дурочки. Дуры. И она, Мишель, эта самая дура и есть.
– Значит, жене не подошло, - вырвалось у нее растерянное, а на лице Влада отразился испуг. В следующий миг он уже снова себя контролировал.
– Какой жене? Что ты несешь?
– нахмурился он.
Но первая реакция - она всегда самая честная. Мишель сразу поняла, что попала в цель.
Как так получилось, что она угадала? Не совсем понятно… Но угадала ведь.
Вспыхнув до самых корней волос, Мишель подхватила бокал с шампанским, а потом, с присущей рыжим импульсивностью, выплеснула его содержимое в лицо обманщика.