Путь императора
Шрифт:
– Куда бежим? – спросил Фаргал, без особого труда поспевая за Грониром.
– Увидишь,– пропыхтел тот, поскольку, в отличие от эгерини, нес на плечах полное облачение Алого.
И эгерини увидел.
Стражник на входе опустил было копье, но Гронир молча распахнул плащ. Алые доспехи, пояс тысяцкого. Часовой вытянулся и салютовал.
– Не думал, что еще раз побываю тут,– проговорил Фаргал, оглядывая знакомый двор.
Сбоку возник человек. Молча кивнул Грониру.
– Раздевайся, командир.
–
– Так надо.
Эгерини быстро скинул всю одежду. Помедлив, положил сверху медальон богини.
– Пей.– Тысяцкий протянул склянку.
Фаргал проглотил горькую жидкость без колебаний. Если он доверял, то доверял до конца.
– Что теперь? – спросил он.
Ночной ветерок приятно овевал кожу.
– Погоди чуток.
– Как скажешь,– проговорил Фаргал, и тут кровь шумно забила в висках и край звездного неба начал медленно переворачиваться.
«Ашшур,– успел подумал эгерини.– Лучше бы мне…»
И упал ничком на песок.
Оборотень мощным ударом лапы отшвырнул часового и вырвался под открытое небо. О как давно он не дышал воздухом ночи.
Желтый свет луны, казалось, обжигал кожу. Зверь проснулся и заскулил, но маг властным пинком загнал его внутрь.
Вскинувшись на задние лапы, оборотень завертелся, расшвыривая песок.
«Здесь, здесь, здесь..» – билось внутри.
Оборотень зашипел и низкими стелющимся прыжками помчался на волшебный зов.
«Вот он!» – запели внутри сотни голосов.
Оборотень увидел человека. Человек уходил. Уходил медленно. Он что-то нес.
Оборотень опустился на землю. Очертания его тела «потекли», меняясь, обретая новую форму. Несколько мгновений – и вместо зверя возник жрец Аша. Человек. Почти человек. Только тогда оборотень догнал идущего и положил узкую длинную кисть ему на плечо.
Человек обернулся… и закричал от ужаса.
А слуга Аша зашипел от ярости.
Не он!
Человек уронил свою ношу, и медальон Таймат тускло блеснул в лунном свете. С яростным рыком оборотень занес ногу, но магия талисмана защитила себя. Боль прожгла подошву слуги Аша. В бешенстве оборотень взмахнул рукой – тонкие пальцы жреца превратились в кривые когти зверя – и вырвал горло человека, оборвав крик.
Прыжок – и чудовище скрылось в темноте.
Смертельно раненный человек дернулся еще пару раз и затих.
Медальон богини искрился в лунном свете. Кровь убитого не коснулась его.
– Что, утра не дождаться? – недовольно проворчал стражник.
– На тебе монету и не скули,– сказал воин.
– А что в повозке? – спросил стражник.
– Жмурик.
Стражник откинул рогожу.
– А, гладиатор,– сразу потеряв интерес, пробормотал он, заметив царское клеймо на плече мертвеца.
Тяжелая монета легла на мозолистую ладонь. Спустя некоторое время ворота открылись, и телега выкатилась в город. Через четверть часа, прогрохотав по булыжникам и перебудив
Тут же две темные фигуры вынырнули из темноты и бросились к ней. Возница моментально схватился за меч, но тут же признал одного, виденного раньше на постоялом дворе.
– А где Мормад?
– Занят.
Проныра откинул рогожу.
– А здоров бык твой покойничек! – хихикнул он.
– Придержи язык. Что делать, знаешь?
– Не боись, Алый! Сработаем. Деньги с тобой?
– Деньги – снаружи,– отрезал Гронир.
– Ну ясное дело!
Проныра и его напарник запрыгнули на телегу.
– Погоняй,– распорядился помощник Мормада, и телега снова загрохотала по камням.
Как раз в этот момент Царю царей Йорганкешу доложили об исчезновении узника.
17
Нельзя сказать, что побег бывшего любимца, а теперь государственного преступника порадовал Императора. А уж обстоятельства побега… Живо припомнилась неаппетитная смерть дядюшки Аккарафа. Два охранника в один голос твердили о некоей чудовищной твари, а третий ничего не говорил, даже дышал с трудом, поскольку у него были сломаны четыре ребра. Немедленно собрали малый Совет, охрана Императора была утроена. Отправлен гонец к возвращавшемуся с юга войску: царскому магу немедленно, на подставах, скакать во дворец.
– Саконнин,– по привычке спросил Император,– что мне делать?
– Я предупреждал, государь,– сухо ответил Старший советник.– Еще не поздно помиловать Фаргала.
– Помиловать? Ну нет! – Ноздри Царя царей хищно раздувались.– Я велю схватить его! Пытать! Четвертовать, а голову – на кол перед воротами!
Йорганкеш взирал на Саконнина столь свирепо, что тот счел за лучшее промолчать. И еще Старший советник понял: его судьба больше не связана с судьбой Йорганкеша. Скорее, наоборот.
– Государь! – подал голос новоиспеченный капитан дворцовой стражи Соогоним Брег.– Я берусь выследить преступника!
– Каким образом? – Император обратил к Брегу благосклонный взгляд.
– Магией, как обычно.
– Но Фанкиса нет.
– А разве он единственный маг в Великондаре, мой государь? Я велел привести во дворец моего собственного чародея. Конечно, он не фетс, но беглых рабов находит запросто! Дай мне сотню Алых – и пяти дней не пройдет, как я приволоку тебе преступника!
– Вот, Саконнин.– Император повернулся к Старшему советнику.– Вот настоящий преданный слуга своего повелителя!
Саконнин промолчал. Он мог бы напомнить – Фаргал неуязвим для магии, но не напомнил. Зачем?
– Зови его! – нетерпеливо бросил Император.
Колдун, тщедушный старичок лет шестидесяти с хвостиком, низко поклонился Императору.
Гаргалон протянул ему меч Фаргала.
– Найдешь хозяина? – отрывисто спросил Йорганкеш.
Чародей бережно принял меч, кустистые брови его зашевелились.