Путь к океану
Шрифт:
— Азули! — человек обернулась, махая руками андерете, — Дэрлиан! Мы должны найти остальных!
— Сейчас!
Девчонка заколебалась, нервно оглядываясь на Азули. Потом резко выдохнула, и, развернувшись, бросилась в сторону воюющих. Как только светлая макушка Лиды скрылась среди хрипящих, орущих, машущих оружием противников, андерета снова присела рядом с Риком. Она не могла оставить его в таком состоянии. Теперь уже не могла. Тонкий стилет из настоящего серебра взметнулся в воздух, вонзаясь прямо в сердце темному. Азули брезгливо выдернула свое оружие, глядя, как на месте удара растекается бордовое пятно. И только после того, как глаза Эвирикуса
Я увидела Дэрлиана и, не теряя ни мгновения, бросилась к нему. Сотворитель поймал меня в объятия, тут же засовывая за свою спину.
— Дэрл, воронка, — пытаясь отдышаться, просипела я, — Это путь к океану, его действие. Надо как можно скорее уходить отсюда, пока нас не превратили в трупы.
— Поздно, Лида, — я выглянула из-за плеча леквера и ноги мои окончательно подкосились, так что я пребольно упала на пятую точку опоры. Дэрлиан вытянул перед собой меч, готовясь встретить надвигающийся кошмар во всеоружии. Хотя, это уже явно было бесполезно. Прямо на Сотворителя неслась проклятая воронка, изредка выбрасывая из своего нутра синие искры. Очень красиво, словно в смерче крутились кусочки черного авантюрина. Наверное, я бы полюбовалась воронкой, если бы не знала, что через минуту она не оставит от моего любимого и от меня самой даже воспоминания.
Ноги оказались умнее головы, продолжая отталкивать непослушное тело подальше от смерча. Светлые пряди подхватил ветер, бросавший в нашу сторону мелкий мусор и песок. А Сотворитель все так же неподвижно стоял, глядя на мерцающие воздушные потоки, готовящие ему последний приют.
— Дэрлиан… — голос дрожал как хвост у замерзшего щенка, — Уходи! Уходи отсюда. Ты еще можешь успеть скрыться от нее. Она не меняет своей траектории, ты можешь спастись.
— А смысл? — мужчина повернулся ко мне, горько усмехнувшись, — Спасай остальных. А мне уже нечего здесь делать. Разве ты этого еще не поняла?
— Не сходи с ума, Дэрл! — зло выкрикнула я, пытаясь перекричать бурю, битву, смерть, — Я ведь люблю тебя. Ты должен жить…
Я осторожно встала на четвереньки, а потом смогла-таки подняться, тут же повиснув на спине леквера. Он недовольно дернулся, но не отпустил меня. Наоборот, повернулся, прижимая изо всех сил к себе:
— Это ты ничего не понимаешь, — пробормотала я, — Нет ничего важнее для меня, чем ты. Если ты умрешь, мне уж точно незачем оставаться здесь.
Сотворитель поймал мое лицо в свои ладони, едва касаясь губами моего лба:
— Я тоже тебя люблю, солнечная моя… — его шепот был намного сильнее моих жалких попыток докричаться до него, отодвинув все окружающее на задний план. Меня, наконец, перестало колотить, как в лихорадке. Теплые глаза, едва я посмотрела в них, заискрились. И на какой-то момент я готова была поверить, что больше не смогу вырваться из их плена.
Сильнейший порыв ветра накрыл нас ледяной волной. Тишина наступила одновременно со слепящей темнотой. Воронка хлюпнула, принимая новые жертвы.
А я так и не закрыла глаза, глядя на Дэрлиана….
Гервен задрал голову, опуская меч. Примерно в сотне метров от него вращалась громадная воронка смерча. Ничего подобного в жизни он не видел, и, если честно, видеть не желал. Там, где она касалась своим основанием земли, пропадала трава, вяли кусты, деревья вырывало с корнем. Это была сама смерть, мгновенно уносящая любое живое существо
А смерч все несся вперед, оставляя после себя страшный шлейф из вопящих от невыносимой боли лекверов. Кто-то уже не мог сопротивляться и сам напарывался на мечи или лезвия, остальные пока еще дышали, пока их тела не превращались в иссушенные мумии. Армия Элистара-старшего редела буквально на глазах. Тех, кого не зацепило проклятие, начали добивать осмелевшие ренны. Гервен видел, как в нескольких местах одновременно затрепыхали победные голубовато-серебристые флаги жителей Эверет-э-Ренн.
Воронка резко изменила направление, будто что-то (или кого-то) учуяла. Синие звездочки ярче заполыхали внутри нее, а затем смерч резко остановился, продолжая нерешительно "плясать" на небольшом пятачке. Зеленоглазый леквер сузил глаза, пытаясь высмотреть причину странного поведения проклятия, и остолбенел. Почти в самом центре пещеры стояли, обнявшись, две одинокие фигурки, в которых Крашеный опознал Лидку и Сотворителя. Именно на них и нацелилась воронка, крутясь все быстрее, словно хищная кошка, бьющая хвостом перед решительным прыжком.
— Идиоты, — только и смог пробормотать Гервен, прежде чем проклятие обрушилось на приятелей. Черные щупальца смерча ласково обняли ненормальную парочку, и вдруг вся конструкция задергалась, затрепыхалась и, громко булькнув, растеклась единым полотном. На горевшие здания словно плеснуло водой, и огонь немедленно обратился в дым. Светлячки погасли, оставив Элистара в кромешной тьме. А проклятие, даже не ослабев, начало медленно опускаться на поле брани. Секунда, еще одна…
Казалось, что сверху, действительно, летит громадный отрез шелка, однако, Гервен все же рассмотрел крутящие вихри, из которых он состоял. Один из краев проклятия опустился, и, рассыпавшись на тысячи кусочков, самоликвидировался. И только на земле остались лежать около пятнадцати тел лекверов. Бежать было поздно, и Гервен, не придумав ничего лучше, закрыл глаза и опустился на землю.
Тем временем черное полотно продолжало медленно падать, с каждым мгновением все больше приближаясь к оставшимся лекверам. И вдруг, словно молния разрезала проклятие, блеснув среди извивающихся потоков ветра. Белой птицей пронеслась над головами враждующих существ, которые в непонимании следили за ее полетом.
— Смотрите, что это?! — крикнул кто-то из реннов. Гервен обернулся на звук. Громадное крыло коснулось его плеча, и тут же над леквером вырос непробиваемый купол. Элистар не успел толком понять, что же произошло, как камни под ним тряхнуло, а потом он со всей силы ударился обо что-то твердое головой, отключившись.
Почти одновременно с этим дочь Дапмара Дерсева, грязная, перепачканная кровью, вылезла на восточном склоне одной из скал, принадлежащих королевству реннов.
А уже через минуту человеческая девушка и темноволосый леквер исчезли из этого мира.
Эпилог.
Через полгода после описываемых событий.
Я посмотрела на себя в огромное зеркало и лишний раз убедилась, что сделала правильный выбор. Из зеркального измерения на меня смотрела настоящая красавица. Купленное месяц назад белоснежное платье свободно струилось по ногам, превращаясь в подобие корсета сверху. При этом никакие излишества в виде фальшивых бантов и искусственных цветочков не портили его скромную элегантность.