Путь к себе
Шрифт:
– Нет, мы с Соней просто ходим-бродим. Не ожидала тебя встретить. Честно говоря, я соскучилась по тебе. Мы ведь дружили, а потом совершенно внезапно, перестали общаться. Я тебя ничем не обидела?
Майя хотела услышать правду. И она её получила, но совсем не такую, как рассчитывала.
– Слушай, – замялась Карина. – Ну, ты уехала и не планировала возвращаться. Я просто поняла, что время нашей дружбы прошло, как и студенчество. Да и разве это была дружба? Так, тусили вместе.
–
– Ну, и что, – удивленно сказала Карина. – Мне теперь до конца жизни лайкать твои фотки, поздравлять тебя с днем рождения и умиляться твоей дочери? Люди меняются. Это нормально.
– Нет, это не обязанность, но мне казалось, что мы дружим. Да ладно. Я могла ошибаться. Но я по крайней мере рассчитывала на разговор, – досадно пробормотала Майя.
– А какой разговор, – усмехнулась Карина. – Разве непонятно, что, если тебе не отвечают, значит, не хотят разговаривать?
– О, мне непонятно. Я звонила тебе – ты не брала трубки. Я писала тебе, поздравляла с Новым годом, с днем рождения, отвечала на сторис – ты не реагировала никак и не поздравляла меня в ответ. Это тупо не по-человечески. Я ничем не заслужила такого отношения. – Майя развела руками.
– Ты что, Май, правда, считаешь, что ты – центр Вселенной? Тебе нельзя отказывать, нельзя тебя разлюбить? Ты себя ведешь, как ребёнок. Мы че, в песочнице? Кто вообще приходит выяснять вопросы по поводу того, что ему в личку не ответили?
Майя осеклась. Внутри все бурлило.
– Слушай, – она вздохнула. – Ты, видимо, не думала, что я приду и буду выяснять отношения. Я вообще-то тоже не думала, но сейчас я просто в ахере. Ты права, мне в твоей жизни делать нечего.
Она развернулась и вышла из магазина.
Карина стыдливо окинула взглядом зал и вернулась в подсобку.
– Май, ты че? – ошарашено спросила Соня.
– Сама не знаю, – сконфуженно произнесла Майя. – Я не ожидала, что мне в лицо скажут, что я ничего не значу. Ну, не умею я отвечать, как принято. Знаешь, вот это вот: «Ой, ну да, было приятно тебя увидеть! Созвонимся, спишемся!» Ежу понятно, что вы больше не созвонитесь и не спишетесь. Зачем это лицемерие ради сохранения лица? Пусть думает, что у меня в декрете совсем фляга засвистела.
Майя рассмеялась. Соня улыбнулась. Она знала, что надо делать.
Через десять минут они сидели на втором этаже, за круглым деревянным столиком, на котором стояли две огромные
– Самое паршивое, – Майя ущипнула десертной ложкой шарик мороженого, – что Карина права. Я слишком многого требую от людей, потому что сама много вкладываю. Но это моё дело – сколько вложить. Совсем другое – право других ответить мне взаимностью. Никто не обязан постоянно быть со мной. И я действительно паршиво поступила с Матвеем.
– Да, – согласилась Соня. – Но это не значит, что люди могут поступать с тобой также. А что, если это карма? Вот, ты некрасиво поступила с ним и теперь также поступили с тобой. Все, дело сделано, грех искуплен, теперь все должно быть хорошо!
– Ты давно стала буддисткой? – Майя откусила кусочек шоколадного кружева.
– Да вот только что и стала, – нашлась Соня. – Реально, отпусти. Просто отпусти. Я понимаю, что неприятно, когда уходят дорогие сердцу люди. Но оглянись, с тобой я, Вика, Кристина, ща Алька приедет. Это немало!
– Немало, конечно. Просто, знаешь, я всегда с восторгом слушаю истории взрослых людей, пожилых, которые пронесли дружбу сквозь время. И вот они рассказывают, как молодыми познакомились и поняли, что они –родственные души. Сколько перипетий пришлось на их жизни, а они сохранили светлые отношения друг с другом. Кого-то жизнь раскидала по разным городам, но и это не помешало им ездить друг к другу на свадьбы, на юбилеи, писать письма…
– Это да, почему-то друзей терять тяжелее, чем парня. Но вот, что касается отношений, то мне вообще без них классно. Меня не парит, честно. Захотела с кем-то переспать? Переспала – и дальше живу жизнь. То, о чём ты говоришь, большой подарок жизни и работа самих людей! Такое бывает очень редко и потому вдохновляет нас. Но мне, например, такое не подходит.
Я не про дружбу, конечно – поспешно добавила Соня и уверенно положила свою руку на руку Майи.
– Да, Сонь, ты говоришь немного, но уж, если скажешь, то неоспоримо. Ну, и неужели тебе ок, ты не чувствуешь себя уязвимой?
– А в чём уязвимость? Мы не в каменном веке. Меня не утащит саблезубый тигр, детей у меня нет, так что в моей пещере и есть-то некого. Ты холодильник мой видела? Там шаром покати, – Соня засмеялась. – Ну, че там ещё, полочку прибить? Я отлично справляюсь сама, а если мне надо, могу попросить кого-нибудь, для этого необязательно иметь парня.
Подруги доели мороженое и вышли из желатерии. Они решили просто погулять по туристической части города, которая с момента пребывания Майи сильно изменилась.
Поразительно, как мнение о городе складывается исключительно по двум- трём открыточным видам. Вот тебе красивое здание – церковь или театр, а может быть, единственное отреставрированное напоминание о прежде живущих. Если есть большой мост – то используют его. Если такого нет, то довольствуются мостом маленьким, на котором новобрачные вешают свои замочки.