Путь к свободе

Зинина Татьяна

В тишине собственной комнаты мне всё-таки удалось успокоиться и привести разбежавшиеся мысли к относительному равновесию. И в этом более ли менее адекватном состоянии, я наконец поняла, что сорвалась... не выдержала... поддалась на провокации собственной злости... Но, я же не такая! Подобные вспышки пусть и случались раньше, но во-первых не в такой злобной форме, а во-вторых, не имели таких последствий. А после сегодняшнего срыва они будут колоссальными!

На Тамира никто, никогда не смел повышать голос. По крайней

мере, я такого не замечала. А тут, какая-то полукровка, которую он любезно согласился принять в свою семью, мало того что плевать хотела на его авторитетное мнение, так ещё и вздумала перечить и кричать...

Нет, после таких выкрутасов, мне определённо придётся покинуть и этот дом и этот город, без права "обратного билета". А, что самое смешное, я ни капли не жалею ни об одном из сказанных сегодня слов. Даже самую малость, и если бы появилась возможность прожить этот день заново - поступила бы точно так же... Может, только, кричала бы потише, а в остальном...

Присев на пол под окном и облокотившись спиной на тёплую батарею, я подтянула колени к груди и стала ждать. Чего?! Понятия не имею, но глупое необъяснимое осознание того, что точка в сегодняшней истории с выяснением отношений не поставлена, капитально давило на мысли.

Здесь было тихо... И в этой мрачной тишине тёмной комнаты капризная память, будто специально, снова поспешила подсунуть новую вспышку из прошлого...

Сердце забилось гулко, прямо как в тот день... точнее ночь. Луна светила так же ярко... Каша в голове была почти такой же как сейчас, но... Тогда у меня было спасение... универсальное лекарство от всего и вся... одно прикосновение к которому было способно вернуть меня к жизни... У меня был Рио.

Перед мысленным взором всплыла давно забытая картинка... Задумчивый брюнет, сидящий на подоконнике распахнутого окна, и неподвижно взирающий в ночь... Как же часто я засыпала, глядя на него, и тот факт что он здесь и никуда не уйдёт, был подобен тройной дозе успокоительного.

Он говорил, что я влюблена. Может, это и было правдой... в тот момент. Возможно, даже именно это и стало причиной столь серьёзных последствий в моей душе. Уже не выяснить...

Хм... Странно говорят: недоверие убивает любовь; и это чистая правда. Я на собственном примере подтвердила это высказывание ещё будучи девушкой Ника. Но, теперь могу добавить в этот кладец мудрых мыслей ещё одну: "предательство убивает душу"... А предательство любимого человека, вообще умерщвляет её с особой жестокостью.

Ох, как бы я хотела снова стать собой! Радоваться солнечным дням и упиваться порывами свежего морского бриза! Или снова насладиться ярким вкусом спелой клубники... Или просто улыбнуться искренне, хотя бы самой себе. Но, увы, мрак моей души настолько плотный, что сквозь него вряд ли когда то ещё смогут проскользнуть даже самые яркие солнечные лучи...

И снова череда моих безрадостных мыслей была прервана, и на этот раз надолго. Распахнулась дверь, и ни капли не утруждая себя лишней вежливостью, Тамир бесцеремонно вошёл в мою комнату.

Хозяйским жестом клацнул выключатель, зажигая свет, и скрестив руки на груди, уставился на меня.

Подобное поведение никогда не было свойственно моему учителю, а тот лёд во взгляде его необычайно ярких зелёных глаз, очень красноречиво намекал, что Тамир в бешенстве. И если любой другой на моём месте хотя бы ради приличия напрягся или испугался, то мне оставалось лишь грустно усмехнуться. Нет у меня больше своих эмоций! Нет! Я как пустой кувшин, из которого исчезло всё важное, а на самом его дне плескалась лишь сильнейшая злость на всё и вся и угрожающих размеров обида. И они бы так и сидели вблизи дна, если бы никто не додумался растрясти сей сосуд, тем самым извлекая наружу остатки его содержимого.

Но... теперь там не осталось ничего. Лишь тихое равнодушие и маленькая искорка надежды на счастливое будущее, которая медленно дотлевала в темноте окружающего мрака.

– Пришёл препроводить меня до выхода?
– абсолютно равнодушным голосом поинтересовалась я. Мне и правда было плевать на то, что он скажет или сделает. Ведь всё уже решено. Жаль, что он не может понять, что если я что-то решила, то на это есть причины, и довольно веские.

– А ты собралась уходить?
– ответил он вопросом на вопрос. Да и тон выбрал такой же: спокойное безразличие.

– Не имею наглости больше оставаться в этом доме. Да и дела предстоят срочные и не отложные...
– я опустила голову на колени, не желая больше видеть, как в глазах столь близкого мне существа разгорается презрение.

Тамир грубо усмехнулся, и медленно преодолев отделяющее нас расстояние, подошёл ближе. Опустившись на корточки напротив меня, он грубым и каким-то брезгливым жестом, приподнял моё лицо за подбородок, заставляя посмотреть в его глаза. Я подчинилась, да и не было больше сил сопротивляться. Да пусть хоть прикончит прямо здесь - мне всё ровно.

И только одно я упустила... Этакую мелкую деталь головоломки, которая тут же превратилась для Тамира в ясную картинку. Но как?! Как я могла забыть, что для моего учителя достаточно всего одного пристального взгляда в глаза, чтобы противник стал для него открытой книгой, причём с картинками.

И если с самого приезда и вплоть до этого момента мне удавалось избегать раскрытия перед Тамиром, то сейчас, видимо, настал момент истины. Не знаю что именно он там увидел или не увидел, но спустя минуту в голове раздался властный голос:

"Покажи!" - впервые он приказывал, да так, что ослушаться было невозможно, даже если очень захочешь. Приказ эмпата это прямое указание мыслям, и даже при большом желании и дикой силе воли подобным указанием почти невозможно пренебречь.

И я показала. Всё. Мелкими яркими вспышками перед глазами промелькнули картины прошлого: начиная с визита Рио в мою комнату и заканчивая возвращением домой, холодной зимней ночью. Хочет знать - пусть знает. Да вот только жалеть меня я ему не позволю. Лучше уйти... и не возвращаться.