Путь на север
Шрифт:
— Дилай-покровитель, отец войн, укрепи волю мою, — тихо прошептал Дарий, наблюдая, как прорвавшие кожу острые окровавленные кости медленно приобретают узнаваемый вид. — Вы не люди.
— Мало кто уже об этом помнит. Нам давно запретили вспоминать, — неожиданно проговорила спокойно наблюдавшая за мучениями сына женщина. Аркис к этому времени потерял сознание от боли. — Я знала, что лес впускает его. Он избран хранителем храма. Вот только нечего ему хранить. И так из поколения в поколение. Кажется, теперь все должно
— Его нельзя так оставлять, — произнес громовой волк, рассматривая очень медленно обрастающие кожей и не прекращающие своего роста кости будущих крыльев.
— Нельзя. Горячка продлится не менее трех дней. Уход в этот период ему жизненно необходим. Ну да, боги помогут — и справимся.
— Не пойдет, — взглянул на женщину Дарий. — Мы немедленно отправляемся к моим спутникам. Там есть маг, который меня выходил, от смерти спас, уж ему можно довериться.
— Как скажешь — так и сделаю, — кротко произнесла авийка.
— Я сейчас обращусь в волка. В большого волка. Постарайся не испугаться. Тебе придется посадить сына мне на спину и сесть самой.
— Поняла тебя, сын богов. Не устрашусь, не бойся.
Обернувшись, громовой волк с легким удивлением проследил за тем, как четко и бесстрашно выполняет женщина все его указания. Она не усомнилась в нем ни на минуту. Закрепив бессознательного Аркиса с матерью у себя на спине тем же способом, что и всегда, Дарий мощными рывками помчался в сторону пиратского лагеря.
Вылетев к ярко мерцающим в опустившихся ночных сумерках кострам, Дарий помог спустить бессознательного юношу со своей спины и сменил облик, подняв остроухого на руки, чтобы сочащиеся сукровицей внушительного размера будущие крылья не касались земли.
— Лин-Ши! Немедленно доставить ко мне мага! — его рычащий голос громыхнул над перепуганными пиратами. В лагере началась невероятная суета, а через пару минут к ним, шумно отдуваясь, торопился пожилой маг.
— Что произошло, господин… Славься, Единый! — воскликнул он, увидев, наконец, кого именно принес в лагерь громовой волк. — Это что у него на спине?!
— Крылья растут. Лин-Ши, позаботься о нем.
— Да-да, конечно, — кивнул чародей, немедленно взявшись раздавать указания матросам.
Дарий проследил, как начавшего бредить Аркиса аккуратно укладывают на живот в грубо сколоченные носилки. Было у него подозрение, что на этих же носилках переносили с корабля не так давно и его бессознательное тело. Мать Аркиса невозмутимо семенила рядом, что-то успокаивающе нашептывая над ухом сына.
— Не хочешь объясниться? — возник слева от парня пожилой капитан с неизменной трубкой в руках.
— Прости, Ястреб, я сам мало что понял из произошедшего. Одно не вызывает сомнений. Мой план придется корректировать или разрабатывать новый. Аркис мне больше не сможет помочь.
Могучий черный жеребец ташийской породы злобно рыл землю копытом и косился на пытавшегося подступиться к нему с подковой Зарта. Каждый кочевник с пеленок знает, как подковать коня, вот только именно этому коню совершенно безразличны знания светлого оборотня.
— Да не подпустит он тебя, — улыбнулась, наблюдавшая эту картину Мира.
За прошедшие полтора месяца она немного оправилась от горечи утрат. Новая жизнь, которую новоявленная волчица носила под сердцем, сейчас полностью захватила ее внимание. Хоть Дарий и говорил, что у светлых оборотней будут рождаться обычные дети, но, как объяснили изучающие их способности маги, это условие применимо лишь в том случае, если беременная мать не обращалась волком, пока носила дитя. Мира знала, что девочка родится волчонком, но это не имеет значение. Ведь это дочь Камиля.
— Сюда бы Ольда! — в сердцах сплюнул кочевник. — Вдвоем с ним мы бы этого айшака обязательно перековали.
— Скоро охотники должны его отпустить, — Айна, вышедшая из восстановленного и убранного дома кузнеца, смотрела на Зарта чуть прищурившись, от светившего ей в глаза заходящего солнца. — Они говорили, что у него обучение займет около месяца. Ведь ему не нужно учиться сражаться. Только получить специфические навыки охотников.
— Хорошо бы, чтоб его отпустили поскорее, — произнес Зарт, с плевком отшвыривая подкову от упрямой скотины. — Желательно до того, как вернется Хъяран.
— Что говорят жрецы? — тут же спросила Мира, крайне заинтересованная в скорейшем возвращении громового волка. Ведь он обещал спасти Фаню. Он обещал.
— Пока ничего нового. От нас требуется только ждать. Дилай ведь не отчитывается перед своими служителями. Спасибо и на том, что изволил вообще сообщить о его судьбе после попадания в портал.
— Надеюсь, он успеет до того, как в горах заметет перевалы…
— Мой император!
В комнату без стука ворвался гвардеец из личной охраны правителя, прервав крайне эмоциональный спор между ректором Академии Сил и Первожрецом. Сам Виктус в компании своего брата Славия смотрел на разворачивающееся действо с философским спокойствием и легким интересом.
— Ты как посмел? — немедленно взвился монарх, который тоже жаждал выплеснуть накопившуюся усталость хоть на ком-то.
— Война, мой император! — проигнорировал гвардеец гнев своего правителя. — Император Кван-Тао только что портальной аркой прислал нам объявление войны с условиями капитуляции. В тот же момент союзное войско ташийцев и кочевников пересекло наши границы в районе Нарсили. Их около ста тысяч, не считая обоза. И к ним продолжают прибывать новые подразделения.