Путь предателя

Роулэнд Лора Джо

— Мне больно уезжать, — ответил Сано, копируя слащавый тон губернатора Нагаи. — То, что город остается в таких умелых руках, как ваши, несколько утешает меня.

Губернатор нажился на контрабанде, а расплачиваться за свои грехи предоставил своим приспешникам. Поскольку все свидетели его позора погибли, а других доказательств не было, Сано не удалось убедить верховного судью

Такэду наказать Нагаи. Единственной вероятной угрозой для Нагаи был Киёси, который мог знать о контрабандистах больше, чем рассказал отцу. Но Нагаи купил молчание юноши, восстановив за ним статус своего протеже. Со своими связями Киёси и его новые родственники будут жить припеваючи. Коррумпированное управление осталось нетронутым.

— Да. Хорошо. — Глаза Нагаи сузились, когда он понял, как Сано поддел его, но тон губернатора остался любезным, как и полагалось на публике. — Я польщен вашей оценкой моих дел — я продолжу контролировать вопросы управления в обозримом будущем. — «И ты ничего не можешь с этим поделать!» — добавила его ухмылка.

Они со скрытой враждебностью обменялись поклонами. Взбираясь на паром, Сано сказал:

— Когда я прибуду в Эдо, сёгун узнает обо всем, что здесь произошло.

Нагаи хохотнул:

— Уверен в этом. Кстати, интересно ли вам, что стало с контрабандными товарами? Сейчас, когда мы разговариваем, они плывут к канцлеру Янагисаве. Он, несомненно, оценит мой щедрый подарок. — С торжествующей улыбкой Нагаи повернулся и удалился во главе своей свиты.

Пока паромщик вез Сано к кораблю, он со злым восхищением смотрел вслед удалявшемуся губернатору. Благодаря политической дальновидности губернатор заранее позаботился о своей безопасности! Богатые дары улучшат его отношения с Янагисавой, и тот в ответ пресечет любой ход, который Сано предпримет против Нагаи. Воздавая убийце по справедливости, прикрывая контрабандный канал и спасая себя и Хирату, Сано проиграл заключительный этап сражения. Но проигрыш все же стал дополнительным ценным уроком, который показал, что есть еще поводы защищать родину и Сано не зря дал обет.

Полицейский детектив, а позднее сёсакан, он пускался в каждое расследование, как солдат, скачущий в сражение.

Сано был готов даже один бороться против коррупции — силы не менее опасной для Японии, чем любая внешняя угроза. Но один человек не способен очистить режим Токугавы от зла, как нельзя одному отразить военное вторжение. Чтобы победить, Сано должен отказаться от роли солдата-одиночки, который неизбежно потерпит поражение. Он должен стать генералом, управляющим союзниками и солдатами, собирающим силу и влияние, необходимые для того, чтобы побеждать таких, как Нагаи. И еще Сано осталось понять, какие мотивы им руководят. Он должен потрудиться, чтобы поставить их в ряд с тем, что правильно и хорошо; отличить эгоистические побуждения от благородных; достичь успеха в поисках истины и справедливости.

Паром подошел к кораблю, флаги которого развевались над выгнутым деревянным корпусом и покрытой лаком и позолотой надстройкой. Матросы спустили лестницу, чтобы Сано поднялся на борт; Хирата подал ему руку. По приказу капитана команда подняла якоря. Паруса поймали ветер, и корабль двинулся по узкому заливу в сторону открытого моря. Сано и Хирата стояли на корме и смотрели, как постепенно уменьшаются причалы, дома и холмы Нагасаки.

— Я ниоткуда еще не уезжал с такой радостью, — признался Хирата и помахал ликующей толпе на берегу. — Лучше страдать от морской болезни всю дорогу домой, чем остаться здесь хоть на минуту.

— Согласен, — ответил Сано, но не только из-за пережитых ими бед. Нагасаки, беспокойная зона, где Япония соприкасается с внешним миром, стал также местом, где соединились его прошлое и будущее. Покидая этот город, Сано оставлял позади свою политическую непредусмотрительность, свои ошибки и одиночество и плыл навстречу новым поручениям и новым возможностям добиться успеха.

— Как вы думаете, что могло произойти в Эдо, пока мы отсутствовали? — мечтательно спросил Хирата.

Сано улыбнулся:

— Твои предположения так же точны, как и мои. Но я знаю, что все будет иначе, когда я... — Он встретился глазами с Хиратой. — Я имею в виду, когда мы вернемся назад.