Путь Сашки. Книга вторая
Шрифт:
– Витти, неси быстро плеть!
Мальчик взвизгнул и сжался в клубок. Глаза у него остекленели. Сашка, недолго думая, шагнул вперед и сказал хозяину гостиницы:
– Мальчик не виноват. Это я толкнул его. Вино и кувшин включите в счет.
Хозяин зло обернулся, но быстро взял себя в руки. Поклонился юному виконту и ответил:
– Как прикажете, милорд.
Из глубины зала показался дородный мужчина, несущий в руках плеть. Хозяин взглянул на него и бросил:
– Не нужно, иди
А затем, обращаясь к всё ещё сжавшемуся мальчику, сказал:
– Подотри здесь всё и побыстрее, пока я не передумал.
Затем снова поклонился Сашке и Эйгелю и ушел к себе обратно.
– Зачем ты это сделал?
– спросил Эйгель, когда мальчики остались наедине.
– Он бы его запорол до полусмерти. Видел, как у хозяина глаза налились кровью?
– Но это же раб. И он виноват.
Сашка замолчал. Потом все же решился.
– Пойдем.
– Куда?
– Ко мне в комнату.
Когда мальчики поднялись в комнату Сашки, тот запер дверь и снял рубашку. Затем повернулся спиной к Эйгелю.
– Ну, как, видишь следы от плети?
Юный баронет ошеломленно молчал.
– Ну?
– повторил Сашка.
– Откуда это?
Сашка, конечно, не мог рассказать всю правду, иначе стало бы ясно, что рассказ о его виконтстве вымышлен, и он был бы разоблачен. Поэтому ему пришлось сочинять на ходу, соединяя правду с вымыслом.
– В начале весны на нас с отцом напали бандиты. Отца убили, а меня продали в рабство.
– Тебя?!
– А ты что же, думаешь, благородных не продают? Еще как продают. Они для рабовладельцев ничем не отличаются от простолюдинов, от черни, как ты их называешь. Те же две руки, две ноги, голова и спина для плетей. Меня успел выкупить дядя. В самый последний момент. Еще день, даже полдня, и я сейчас был бы в Хаммие, работал на рисовых полях. Или на рудниках, корзины с рудой таскал.
Эйгель потрясенно молчал. Он явно не задумывался над возможностью таких вот капризов судьбы.
– А на моем месте мог быть любой другой. Ты, например. И если бы тебе повезло, и тебя не купили на рисовые поля или в рудники, а купил бы какой-нибудь хозяин гостиницы для работы на кухне, то не этот мальчик, а ты, разбив кувшин, сидел бы на полу в ожидании плетей хозяина.
– А плети - это очень больно?
– Да, и… мне не очень приятно об этом вспоминать. И я… там сломался.
– Но благородные…
– Попробуй пройти несколько дней в одной рубашке по зимней дороге. А потом несколько дней в рабском бараке без еды и воды, зато с плетьми и что будет с твоей благородностью?
– Я… я не знаю.
– А я узнал это на своей спине. И вот что, Эйгель. Дай слово, что ты никому про это не расскажешь, не хочу, чтобы все об этом болтали. Дашь
– Обещаю…
На следующий день при встрече с Сашкой Эйгель был очень смущен, чувствовалась какая-то напряженность в их отношениях, но случай, произошедший в тот же день, растопил эту отчужденность.
Перед обедом мальчики гуляли по одной из главных улиц города. Неожиданно Эйгель затормозил и тяжело выдохнул:
– Венц!
Им навстречу шли три мальчика, хорошо одетые, у каждого кинжал на поясе. Тоже дети местных аристократов. А Эйгель совсем сник.
– А вот и маленький Эйгель!
– старший из трех мальчиков, заметно выше Сашки и Эйгеля радостно и в то же время презрительно преградил им дорогу. Сзади его пристроились два его спутника. Один тоже старше и выше, а другой худощавый мальчик, ровесник Сашки.
– На постоялом дворе остановился? Сочувствую, в Севире совсем денег не стало.
Эйгель по-прежнему угрюмо молчал, глядя на Венца чуть исподлобья.
– А отец твой где? В наемники приехал записываться? Хоть какие-то деньги.
– Венц посмеивался.
– А ты сам еще не устроился к кому-нибудь? В пажи или слуги? А вижу, устроился к этому рыжему.
Сашка понял, что Венц говорит про него.
– Нет, Эйгель ко мне не устраивался. Но слуга мне нужен. Ты, я думаю, подойдешь. Серебрянку в седьмицу хочешь?
– Сашка злился сам и злил наглого Венца. Тот от неожиданности даже опешил, открыв рот.
– Ты рот-то прикрой, мухи летают, в рот залетят.
– Что-о-о!
– взревел пришедший в ярость Венц.
– Да я тебя!..
Дальше договорить ему Сашка не дал. Он подскочил к мальчишке и тремя ударами в голову повалил его на землю. Еще несколько месяцев назад Сашка этого бы не сделал, он постарался бы погасить конфликт. Но сейчас в нем взорвалось все накопленное за эти месяцы. И еще он вспомнил, как жестоко его избил Ловкач по приказу Ржавого. Вспомнил и направил возникшую в нем ярость в свои кулаки. Венц, упав на спину, испуганно перебирал ногами и руками, отползая от нависшего над ним Сашки. Но в это время кто-то сзади повис над его спиной, схватив за руки. Сашка непроизвольно дернул назад головой и захват неожиданно ослаб.
Когда он повернулся, то увидел, что спутник Венца, мальчик который постарше, держится за свой окровавленный нос. Сашка почувствовал, как его верхняя губа непроизвольно задирается вверх, а зубы образовывают хищный оскал.
– Проваливайте, а не то… - Сашка взялся за рукоятку кинжала.
Дважды повторять не пришлось. Его противники бросились бежать. Сашка оглянулся на Эйгеля, тот стоял, застыв, заворожено смотря на происходящее действо.
– Ну, вот и все. А что у тебя с этим Венцем?