Шрифт:
Глава 1
Динка просыпалась медленно, мучительно вытаскивая себя из кошмарного сновидения. Рядом был кто-то из варрэнов. Его руки нежно скользили по ее телу. Динка с наслаждением уткнулась в теплую мужскую грудь и догадалась, что рядом с ней Хоегард. Несколько блаженных секунд она просто нежилась в его объятиях, наслаждаясь теплом его тела, его запахом, его ласковыми руками. Мир вокруг них покачивался, словно колыбель новорожденного. Но память безжалостно возвратила ее в действительность.
— Шторос! — вскричала
— Я здесь, моя козочка, — Динка услышала знакомый голос еще до того, как затуманившиеся глаза позволили что-то разглядеть.
— Все порядке, Динка, — проговорил Хоегард и потянул ее обратно на себя, но Динка сбросила его руку и яростно протерла глаза. С ясного синего неба ярко светило солнце, отражаясь в реке.
Она увидела, что сидит на дне большой лодки, покачивающейся на середине реки. На корме лодки на двух парах весел спиной к ним сидели Дайм и Тирсвад, а на носу с рулевым веслом расположился Шторос. Вокруг его груди была обмотана пропитанная кровью повязка, но он совсем не выглядел умирающим и весело скалился ей своими белоснежными клыками.
— Что у тебя с раной, дай я посмотрю! — Динка рванулась к нему, но Хоегард не пустил, продолжая удерживать ее около себя.
— Динка-Динка, он живой, все хорошо, — горячо зашептал ей на ухо Хоегард.
— Еще чего! — отозвался Шторос. — Только рана закрылась. Не хватало только ее грязными руками сейчас лапать!
Он нарочно корчил из себя неуязвимого, но Динка видела и бледность его без того белой кожи, и болезненную гримасу, которую он прятал под надменной ухмылкой, и то, как он неловко придерживает рулевое весло одной рукой.
И Динка продолжала встревожено на него смотреть.
— Успокойся, Динка. Если сразу не сдох, то жить будет, — утешил ее Хоегард. — Тебе нельзя волноваться сейчас.
Динка обессиленно упала обратно в заботливо подставленные руки Хоегарда.
— Поспи, малышка, — ласково прошептал он, прижимая ее к себе. — Тебе нужен отдых.
— А Дайм, Тирсвад? — не унималась Динка, снова пытаясь приподняться, чтобы посмотреть на остальных варрэнов.
— С ними тоже все в порядке, они гребут, — проговорил Хоегард, ласково поглаживая ее по голове. — Я греб всю ночь, они недавно меня сменили на веслах.
Но они, услышав Динкин голос, уже бросили весла и перебрались к лежащим на дне лодки в изголовье.
— Динка ты как? — встревоженно спросил Тирсвад, заглядывая ей в лицо. Дайм молча наклонился над ней и коснулся губами ее лба, убеждаясь, что у нее нет жара. Динка вскинула руки за голову и нащупала одной рукой ладонь Тирсвада, а другой шею Дайма, и тревога отступила. Убедившись, что с ней все в порядке, мужчины высвободились из ее объятий и вернулись на весла, оставив Динку на попечение Хоегарда.
— Что произошло? — шепотом спросила Динка, боясь даже затронуть свои собственные воспоминания.
Хоегард рассмеялся, и Динка вскинула на него изумленный взгляд.
— Наша девочка! — проговорил он, сжимая ее в объятиях. — Сожгла всех наших врагов! Видела бы ты, какой ад там устроила!
— Кто сжег? — снова поразилась Динка.
— Наша Варрэн-Лин,
Динка тяжело вздохнула. В голове мутилось, и простые слова не складывались для нее в понятный смысл. Наверное, ей действительно следует немного отдохнуть. Теперь, убедившись, что все варрэны живы и в безопасности, она разрешила себе расслабиться. Усталость накатывала тошнотворными волнами, мешая сосредоточиться. Она прижалась всем телом к Хоегарду и прикрыла глаза, но уснуть не получалось.
Картинки одна страшнее другой кружили перед ее глазами. Умирающий Шторос, сгорающие заживо люди, черные металлические трубы, плюющиеся огнем, падающая с потолка балка… Произошедшее ночью напоминало кошмарный сон, который часто снился ей перед пробуждением. Ее не покидало ощущение, что она упускает что-то важное. То, что уже произошло и то, что она должна была помнить. Чтобы знать… кто она такая…
Замучившись отмахиваться от чудовищных видений-воспоминаний, Динка снова открыла глаза. Ее голова лежала на руке Хоегарда, и он свободной рукой легонько поглаживал ее по волосам.
— Расскажи мне, что произошло. По порядку, — снова попросила она, глядя ему в глаза.
— А нечего рассказывать, — пожал он плечами, отчего Динкина голова качнулась на его руке. — У гвардейцев оказался туз в рукаве. Они применили огнестрельное оружие, а мы оказались к этому не готовы. Расклад был совсем не в нашу пользу, и если бы не…
Динка прервала его, положив указательный палец ему на губы. Воспоминания начали выстраиваться в цепочку. Вот из темноты леса выступают темные фигуры переодетых гвардейцев, а Дайм пытается их убедить, что они не демоны, а просто путники. Вот гвардейцы бросаются на них с мечами. Вот Хоегард уходит за лодкой, и там, на мостках, его осаждают пятеро вооруженных противников, а в его руках лишь рогатка.
— Ты не ранен? — прошептала она.
Варрэн покачал головой.
— Несколько несерьезных царапин, но они уже затянулись, — ответил он чуть виновато. — Я единственный, кто не пострадал в этом бою.
— Как ты отбился рогаткой от гвардейцев с мечами? — удивилась она. — Я видела, как они теснили тебя к реке.
— Иногда очень удобно, что оружие всегда с собой, — усмехнулся он и тряхнул перед Динкиным лицом кистью руки. На кончиках пальцев вместо аккуратных человеческих ногтей мгновенно выросли длинные и острые когти, загнутые вовнутрь к ладони, словно серпы. Динка взяла в ладони его руку и восхищенно рассматривала «оружие». Как она могла забыть, что они от природы вооружены?
— Что было дальше? — напомнила она, прижимая к груди его руку, когти с которой тут же исчезли. Дальнейшие события опять путались в голове, и ей нужна была путеводная нить его рассказа, чтобы разобраться в своих воспоминаниях.
— Гвардейцы начали стрелять огнем из кустов. Подстрелили Дайма, затем Штороса…
Момент, когда сгусток огня пробил грудь Штороса всплыл в памяти, как наяву. И Динка вскрикнула от страха, глаза мгновенно наполнились слезами, которых не было тогда. Слезы струйками побежали по ее щекам.