Путь судьбы
Шрифт:
И тут Хэн увидел их на экране сенсора. По шесть истребителей «йорик-эт» с каждой стороны мины-довина ожидали попавшую в засаду жертву.
Он потянулся к панели управления, но потом подумал, сможет ли Лейя одна пилотировать корабль, пока он займет место у турели.
«Нет…»
Он знал «Сокол», его преимущества и слабости лучше чем кто бы то ни было. А сейчас хорошо летать было явно важнее, чем хорошо стрелять.
– Я беру управление на себя, – сказал он, – а ты иди к нижней турели.
Лейя быстро поцеловала его в щеку.
– Удачи тебе, Ловкач, – она похлопала его по плечу и
– И тебе удачи, – ответил Хэн, – и спроси нашу пассажирку, умеет ли она стрелять из лазерных пушек.
Его глаза уже следили за данными на экранах, он автоматически надел наушники комлинка, который позволял ему поддерживать связь с Лейей.
Эти «прыгуны» не могли летать в гиперпространстве, значит, их вместе с довином доставил сюда какой-то крупный корабль. Был ли этот корабль еще где-то здесь, или улетел минировать другой участок маршрута?
Сенсоры не показывали ничего похожего на большой корабль. Скорее всего, его здесь уже не было.
Йуужань-вонгские истребители только сейчас заметили появление противника, но все же заметили. Надежды на маскировочные системы «Сокола» не оправдались.
Но что видели йуужань-вонги? Кореллианский легкий фрейтер серии YT-1300, похожий на десятки и сотни маленьких грузовых кораблей, с которыми они, вероятно, уже встречались. Йуужань-вонги не знали о мощном вооружении «Сокола», об усиленных щитах и модифицированных субсветовых двигателях, позволявших ему летать даже быстрее скипперов.
Пока йуужань-вонги думают, что это всего лишь беспомощный фрейтер, у «Сокола» есть шанс на успех.
Наблюдая за маневрами йуужань-вонгов, Хэн пытался вызвать их на связь, изображая испуганного гражданского пилота. Одновременно он начал маневр уклонения, достаточно медленный и неуклюжий, чтобы вонги поверили, что этот фрейтер управляется далеко не лучшим пилотом. Ближайшее звено «прыгунов» шло курсом перехвата, даже не позаботившись о том, чтобы развернуться в боевую формацию. Более дальнее звено с другой стороны мины-довина начало не спеша делать вокруг мины петлю, которая должна была вывести их к «Соколу».
«Интересно…»
Пока между ними и «Соколом» находится мина-довин, им будет трудно следить за маневрами «Сокола».
– Капитан Соло? – раздался голос в наушниках, – Это коммандер Дориа. Я на месте стрелка в верхней башне.
– Постарайтесь не сбить сенсорную антенну, – сказал Хэн.
Взглянув на монитор, он заметил, что дальнее звено находится точно за миной-довином. Хэн неожиданно изменил курс, направив корабль прямо на мину-довин на максимальной скорости.
Сейчас мина-довин находилась точно между «Соколом» и дальним звеном. Гравитационное искажение от мины-довина воздействовало на гравитационные сенсоры «йорик-эт» и не позволяло следить за «Соколом».
– У нас три стандартных минуты до контакта с врагом, – объявил Хэн, – По моей команде открыть огонь прямо по курсу.
– Прямо по курсу? – спросил мягкий голос Дориа, – Это какой-то… необычный маневр?
– Не отвлекайте пилота! – резко ответила Лейя, – И не занимайте канал, если у вас нет важных сообщений.
– Приношу извинения, – прошептала Дориа.
Хэн усилием воли подавил раздражение. Взглянув на пустое кресло второго пилота,
Но сейчас Лейя считала, что Джейсен жив. И это не была призрачная надежда, основанная на желании матери снова увидеть своего сына, как Хэн считал раньше, это было сообщение, отправленное сквозь Силу и предназначенное самой Лейе.
Хэн не умел управлять Силой, но он мог доверять Лейе. Его сын был жив. Может быть, смерть сбилась со следа…
«Оставайся бдительным», сказал он себе, «Оставайся сильным. Ты не должен умереть сегодня»
Его наполнила холодная решимость.
«Пусть йуужань-вонги заплатят за все…»
Он бросил последний взгляд на экраны. Ближнее звено разделилось на две V-образные формации, в каждой по три «прыгуна». Они не слишком быстро среагировали на его изменение курса, и Хэн подумал, что командир вонгов, вероятно, попался не очень сообразительный, что, несомненно, было хорошо.
Сейчас было невозможно увидеть, что делает дальнее звено, но Хэн помнил траекторию их полета, и у них пока не было причин менять ее.
Мина-довин приближалась. Шпангоуты корпуса издали стонущий звук, попав в ее гравитационное поле.
– Десять секунд… – сообщил Хэн, приводя в боевое положение установки для запуска самонаводящихся ракет. Напряжение придало его голосу металлический отзвук. Он чувствовал, что по лбу течет пот.
– Пять… – он выпустил первую пару самонаводящихся ракет, зная, что они, в отличие от лазерных разрядов, не могут лететь со скоростью света.
– Три… – Хэн выпустил еще одну пару ракет. Двигатели «Сокола» пронзительно выли, сражаясь с притяжением довина.
– Огонь!
Огромная мина-довин пронеслась мимо, и неожиданно на экране сенсорной станции появились шесть приближающихся вражеских истребителей – прямо перед «Соколом». На них сразу же обрушился огонь восьми лазеров.
Строй этих «прыгунов» также был разделен на две V-образных формации, и они летели к «Соколу» со скоростью около 90 % скорости света. Их довины не успевали создать гравитационные пустоты для защиты передней полусферы, и у пилотов была лишь доля секунды, чтобы взглянуть в лицо смерти – времени что-то сделать не оставалось. Первые три живых истребителя сразу же стали жертвами лазерного огня и самонаводящихся ракет, их йорик-коралловые корпуса, извергнув огонь, разлетелись на осколки.
Со второй формацией не удалось разделаться так чисто. Один «прыгун» получил попадание самонаводящейся ракетой, и, потеряв управление, полетел во тьму, из пробоин в его корпусе вырывался огонь. Второй попал под залп счетверенных лазерных пушек и взорвался. Третий сумел избежать попаданий и быстро скрылся за миной-довином, где сенсоры не могли его обнаружить.