Путь суфиев

Шах Идрис

Трое юношей, объединенные горем, отнесли ее тело на кладбище и в глубочайшем безмолвном отчаянии похоронили.

Первый юноша остался при могиле, сделав это место своим домом, и проводил там ночи в слезах и молитве, не в силах уразуметь пути судьбы, унесшей его любимую.

Второй стал странствующим факиром и отправился в мир на поиски знания.

Третий юноша остался утешать разбитого горем отца.

Юноша, ставший факиром, забрел в некое место, где жил человек, прослывший знатоком магических искусств. В поисках

знания он постучался в дверь и был допущен к столу хозяина дома.

Тот предложил гостю подкрепиться с дороги, но лишь только он собрался последовать приглашению, маленький внук хозяина громко закричал.

Мудрец схватил ребенка и бросил в огонь.

Факир вскочил с места и, направляясь к двери, воскликнул: "О, бездушный демон! Успел я уже приобщиться к скорби этого мира, но это зверство превышает все, до сих пор известное истории".

– - Пустяки, -- сказал хозяин.
– - При отсутствии знаний самые простые вещи часто кажутся совсем не такими, каковы они на самом деле.

Сказав это, он произнес заклинание, начертал в воздухе неведомый знак, и ребенок вышел из огня цел и невредим.

Факир запомнил слова и знак и следующим же утром поспешил на родину, к могиле своей возлюбленной.

Там он тотчас же оживил красавицу, и она предстала перед ним такой же прекрасной, как и прежде.

Она направилась к отцу, а между юношами разгорелся спор, кто из них заслужил право на ее руку.

Первый сказал: "Я все это время провел у гроба, бодрствуя и сохраняя связь с ней, оберегая ее дух ради поддержания земного тела".

Второй сказал: "Вы оба должны иметь в виду, что это я отправился в мир в поисках знания и именно я в конечном счете вернул ее к жизни".

Третий сказал: "Я тосковал по ней и, как настоящий супруг и зять, жил у старца, утешая его и ухаживая за ним".

Они обратились к самой девушке, и та сказала:

– - Тот, кто отыскал формулу воскрешения, проявил человеколюбие; тот, кто ухаживал за моим отцом, действовал как его сын; тот, кто неотступно пребывал у моей могилы, вел себя как истинный влюбленный. Я выйду замуж за него.

АСТРОЛОГИЯ

Некий суфий однажды узнал, благодаря способности предвидения, что его город вскоре подвергнется нападению врага. Он сказал об этом соседу, который, зная его как честного, но неиску-шенного в мирских делах человека, дал ему следующий совет:

– - Я уверен, что ты прав. Ты должен пойти и рассказать это наместнику. Только если хочешь, чтобы тебе поверили, говори, что ты узнал это не с помощью мудрости, а с помощью астроло-гии. Тогда он прислушается к предупреждению, и город будет спасен.

Суфий последовал совету соседа, и жители города были спасены благодаря правильно принятым мерам предосторожности.

ИЗРЕЧЕНИЕ ШЕЙХА ЗИЙА АД-ДИНА

Самооправдание хуже самообвинения.

ТРИ КАНДИДАТА

Три человека изъявили желание

поступить в группу одного суфия, чтобы приобщиться к его учению.

Один из них ушел в тот же день, разъяренный сумасбродным поведением Учителя.

Другому один из учеников (по указу Учителя) сказал, что мудрец -просто шарлатан. Тот вскоре после этого оставил группу.

Третьему разрешили задавать вопросы, но не давали никаких разъяснений, покуда у него не пропал интерес и он не покинул круг учеников.

Когда все они удалились, Учитель обратился к ученикам:

– - Первый человек иллюстрирует собой принцип: "Судя об основах, не уповай на зрение". Второй -- "Судя о глубочайших предметах, не уповай на слух". И третий -- "Не суди по словам или их отсутствию".

На вопрос учеников, почему претендентам не было дано такое наставление, Учитель ответил:

– - Я здесь для того, чтобы передавать высшее знание, а не учить тому, что люди с детских лет считают общеизвестным.

ЭТО НАПОМИНАЕТ МНЕ О...

Сухраварди передает:

"Я пошел повидать одного человека, и мы сели поговорить.

Мимо, тяжело ступая, проследовал верблюд, и я спросил собеседника:

– - О чем это напоминает тебе?

Он ответил:

– - О пище.

– - Но ведь ты не араб; где же ты мог питаться верблюжьим мясом?

– - О, дело совсем не в этом, -- ответил человек.
– - Видишь ли, мне все напоминает о пище".

ОРДЕН НАКШБАНДИЙА

Школа дервишей под названием Ходжахан ("Мастера") возникла в Центральной Азии и оказала очень сильное влияние на развитие индийских и турецких государств. Орден дал начало многочисленным обособленным школам, принявшим различные имена. Многие авторитеты считают эту школу самой древней из всех мистических "цепей передачи".

Ходжа Бахааддин Накшбанд является одним из величайших представителей этой школы. После него орден стали называть Цепью Накшбандийа "Мастера Чеканки".

Бахааддин прослужил семь лет как придворный, семь лет смотрел за животными и семь лет занимался строительством дорог. Он учился у почтенного Баба-Симаси, с именем которого связывают возврат к первоначальным принципам и практике суфизма. Только шейхи ордена Накшбандийа вправе посвящать учеников во все другие ордены дервишей.

Из-за того, что накшбанды никогда не носили отличительных одеяний, а их деятельность внешне никогда ничем не выделя-лась, ученым до сих пор не удалось воссоздать историю этого ордена, да и распознание его членов зачастую оказывалось затруднительным делом. Отчасти благодаря тому, что, следуя традиции, "Мастера" в своей работе никогда не преступают социальные рамки окружающей культурной среды, члены ордена Накшбандийа получили на Среднем Востоке и в Центральной Азии репутацию благочестивых мусульман.