Путь за горизонт
Шрифт:
Весь лагерь зашевелился, готовясь к скорому отбытию. Уже через час экспедиция покинет это место и, по расчетам штаба, через три часа столкнется с врагом в долине близ крохотного поселения, отмеченного на старых картах как Великий Цветник.
Дожидаясь Алана, Теос смотрел в спину своим новым коллегам из информационно-тактического подразделения, исчезающим в глубине лагеря. Этот вид отравлял его ослабленный разум, точно действие медленного яда. Болезненные образы и эмоции, которые до сих пор скрывались под толщей плотной пелены, окутавшей его сознание, теперь вырывались
Боль внутри нарастала, но она не имела никакого отношения к телесным повреждениям. Помимо товарища по службе, он потерял друга. И это осознание истязало само его существо, выливалось из глубинных чувственных вод солеными слезами, стекавшими по щекам. На протяжении пяти лет Марианна была неотъемлемой частью его жизни, однако он не придавал этому особого значения. Эта связь давно стала для него обыденностью, а не бесценным даром. Он так привык смотреть далеко за горизонт, гнаться за фантазией в надежде обрести счастье, что был слеп к тому, что все это время было прямо перед его глазами.
В этот миг, когда боль, безысходность и отчаяние, казалось бы, целиком его поглотили, Теос обратился к спасительному свету из своего видения. Сейчас, как и тогда, он узрел лик надежды — девушку слишком прекрасную, чтобы быть настоящей, чьи волосы сияли, разгоняя тьму, а глаза смотрели на мир чистотой необъятного ясного неба. Одна мысль о ней приносила ему душевное успокоение, наполняла первозданным теплом. К счастью, сегодня Теос узнал: девушка, в которой он видел источник света, что влек его к себе, подобно маяку в ночи, была жива.
Позади послышался звук шагов. Теос вытер глаза рукавом и глубоко вздохнул, пытаясь привести себя в чувства. Алан взглянул на него печальными серыми глазами и сразу же отвел взор в сторону. Лейтенант с шевелюрой цвета вороньего пера извинился за задержку, после чего они направились на обед. До закрытия полевых кухонь оставалась пятнадцать минут. Теос ковылял рядом с Аланом. Его одолевала буря эмоций, которая прорывалась во внешний мир через слова.
— Так несправедливо... потеря вызывает у нас невыносимую боль, но почему-то обладание этим же самым не приносит столько же радости и счастья...
Алан с досадой произнес:
— Так уж мы, люди, устроены: придаем особое значение изменениям, но слепы к постоянству течения времени. В итоге длинная череда событий сливается в один усредненный образ, и так год за годом, а когда оглянешься, кажется, что вся жизнь пролетела незаметно. Наверно, поэтому многие из нас так стремятся совершить нечто выдающееся, рискованное или просто вызывающее. Иначе как доказать самому себе и остальным, что ты когда-то жил и жив до сих пор...
— Как же быть тем, кто больше не сможет оставить следов своего существования? Разве мы, живые, не должны сделать это за них? Разве мы не должны
Алан помотал головой:
— Нельзя принимать решения на горячую голову. Возмездие нужно только живым, мертвым оно уже ни к чему. Тем не менее, чтобы избежать повторения катастрофы, виновных необходимо найти и наказать по всей строгости закона. Но сначала следует разобраться в том, кто на самом деле повинен в гибели тринадцати тысяч человек и наших товарищей.
Теос сжал руку в кулак:
— Как будто мы этого не знаем... Остеррианцы, Коллионис, его заместитель Стролл, их приспешники — все они должны заплатить своими жизнями. Марианна и Ник сделали бы для нас то же самое. Они не оставили бы все просто так!
Солдаты в темно-зеленой форме, проверявшие снаряжение, удивленно оборачивались в их сторону.
— Я не спорю с тем, что виновные должны уйти от наказания. Но ты говоришь о мести, а она является не решением проблемы, а ее продолжением и не имеет ничего общего с правосудием. Я понимаю твои чувства, но есть другой путь. Ник и Марианна явно не желали бы того, чтобы своими действиями мы порождали еще больше страданий.
Ярость вскипала в груди Теоса, точно магма, готовая извергнуться наружу:
— Откуда тебе знать, чего бы они хотели?! Разве ты способен опуститься до человеческих чувств... Думаешь, имеешь право прикидываться праведником после того, как без зазрения совести предлагаешь план по истреблению тысяч человек?
Он ускорился, удаляясь от Алана, который протянул к нему руку и хотел что-то сказать, но затем потупил взгляд.
Черт, нужно срочно остыть.
Теос ощутил, что наговорил лишнего. Ему стало тошно от своих же слов.
Глава 21. Снова в бой.
— Самые везучие из невезучих, добро пожаловать в лучший танковый отряд «Молния». К большому огорчению, пока что мы не можем закатить для вас приветственную вечеринку. Придется подождать до счастливых времен.
Лейтенант Мартин Ферус стоял в окружении подчиненных с широко распахнутыми руками, встречая шестерку выживших из отряда «Молот». Этот молодой мужчина в темно-зеленой танковой куртке, с каштановыми волосами и искрившимися энтузиазмом глазами цвета топаза не только слыл мастером в управлении «Гончей», но вместе с тем был известен как заядлый гуляка и легендарный дамский угодник, не пропускавший мимо ни одной юбки.
— Да уж, выглядите вы неважно, но что поделать, начальство объявило, что через час мы выступаем. Понимаю, сейчас бы отдохнуть, но сперва придется свести счеты с остеррианцами. Все же лучше, чем постоянно от них бегать. Как видите, наш отряд сократился вдвое, поэтому ваши сила и удача пригодятся нам как никогда, — лейтенант Ферус перевел взгляд на Юлиана. — Ты за главного?
— Так точно, я капрал Юлиан Розас, — затем он по очереди представил поникших от усталости товарищей. — К несению службы в отряде «Молния» готовы.