Путь
Шрифт:
— Интересно нас ищут? — Спросил Том. — Джейни, что говорит твоя интуиция?
— Ты знаешь, Том, но она говорит, что нет и, это очень удивительно!
— Но, как они нас найдут? Мы же следов не оставили! — Спрашивает меня Ген.
— А наше с тобой ДНК на пулях в стене? Или ты забыл про то, что нас подстрелили. Пусть кровь на пол не попала, и мы унесли с собой дырявые и окровавленные шмотки, пусть работали все в перчатках, я ещё перед уходом выпустила дронов уборщиков, но пули-то мы не выковыряли из стены. А на них наша с тобой кровь.
— Вот чёрт! Но, почему тогда нас не ищут?!
— А я знаю?! Непонятно нихрена почему. — Отвечаю я.
Департамент
— Франсуа?! Франсуа, ты здесь? — Слышится голос от дверей кабинета.
— Да заходи уже, Ричард, не держи дверь открытой, сквозняк. — Отвечает Франсуа.
Лавируя между столов и стульев, в беспорядке стоящих по кабинету, к сидящему за столом молодому чернявому мужчине, с удивительно яркими синими глазами, одетому в тёмно-синий уник с эмблемой полиции на предплечье, подходит другой, в точно таком же унике, только светловолосый и зеленоглазый.
— Скажи мне, дружище, что там по мочилову в припортовом районе? Давно такого не было, семь трупов включая бабу из департамента «Опеки и попечительства». Хоть какие-то следы есть?
— Есть, конечно, есть. Во-первых, мы составили схему произошедшего, определили типы использованного оружия. И нашли несколько образцов ДНК, не относящихся к убитым.
— И что там случилось? Кто, завалил этих работорговцев? И почему на камерах ничего нет?
— Почему, почему? В здании почти все камеры отключены. Как говорят козлы из администрации офис центра: «По многочисленным просьбам арендаторов». Половина этих долбанных арендаторов уже растворилась в воздухе без следа, как привидения. А остальные нихрена не видели и ничего не знают. На улице, на подходе к зданию, никто не засветился. Значит, вошли из коммуникационных тоннелей, но на датчиках дверей чисто, то есть кто-то почистил логи. Вопрос кто, открыт. Дальше, они спокойно вошли в офис, прекрасно зная, где сидят хозяева и расстреляли всех там находившихся. Как в тире, бах-бах-бах и трупы, ювеналку грохнули прямо сквозь дверь туалета. По следам, в одной из комнат кого-то держали, непонятно только кого, проклятые дроны уборщики убрали все следы. Один из бандитов был в кирасе и его не убили сразу. Он очухался, и начал стрелять в нападавших, и видать, в кого-то попал, на пулях что извлекли из стены есть остатки ДНК. Этого урода завалили и ушли, забрав с собой раненых или убитых. Пока всё, Джесси сейчас в лаборатории, работает с пулями, пытается определить чьё это ДНК.
— Из чего хоть их завалили?
— Четверых из «Жнеца», остальных из Кольта ПиэМ-380-го.
— Во нихера? Откуда такие раритеты? Ну ладно Дабл-ю-Пи-117-е, их у спецуры ещё полно, но Кольты-то это ж натуральный антиквариат, они стоят у коллекционеров под сотню штук.
— Да тут полно странностей, Дик. С одной стороны, похоже на работу группы ликвидаторов Евросоюза, на тех дата-дисках из сейфа данные на всех проданных детей. И большинство именно европейцы, разбавленные русскими и нашими. Так что, вполне могла сработать группа зачистки, но почему тогда бандитам не сделан контроль? И оставлены данные в сейфе… Причем, похоже, деньги которые там были, они забрали с собой.
— Может, это бандиты, из какой-нибудь банды? Хотя нет, у этих клошаров не хватит денег на такие пушки. Да и пользоваться ими уметь надо, а это не про бандитов. Ты прав, Франсуа, что-то не срастается! Кстати, откуда они детей-то брали?
— Из приюта святого Патрика, что
Раздаётся звонок по инструметрону и Франсуа отвечает:
— Да, Дерек, что у вас?
— Шеф, они исчезли, и директор и воспитатель просто растворились в воздухе. Их нет ни дома, ни на работе и причём в их квартирах следы быстрых сборов. Так что думай сам, шеф, этих козлов, похоже, предупредили. — И связь обрывается.
Некоторое время полицейские сидят молча, потом Ричард поворачивается к Франсуа и глухо говорит:
— Ты понимаешь, брат, что это значит?
— Прекрасно понимаю, у нас в управлении, крот! Вот, сука! И сидит эта тварь где-то наверху, потому что данные по убийству знало ограниченное число сотрудников и большинство из них руководство полиции.
Снова пиликает инструметрон.
— Да, Джесси.
— Данные готовы, Франсуа, я их тебе выслала вместе с личными делами тех, кого ранили этими пулями. — Сказала Джесси.
— Спасибо, подруга, ты пока не отсылай данные в архив, придержи у себя, хорошо?
— Как скажешь, так и сделаю. — И Джесси выразительно посмотрев на мужчину, отключилась.
Полицейские открыли файлы, пришедшие от эксперта, и начали их читать. По мере прочтения их глаза сузились, и в них загорелся гнев.
— Вот же мразь! — Прошептал Ричард. — Теперь понятно, кого они там держали. И эта сука не по ликвидаторам стрелял, а по детям. Этот козёл, хотел убить детей!
— Девчонка, судя по всему, просидела у них больше месяца. — Сказал Франсуа. — А парня привели в тот же день. Это же те, кто пропали из приюта позавчера, а девчонка, судя по розыскному листу, с 16 июля числится пропавшей.
— Вот гниль, надеюсь, дети живы. И ты прав, это всё-таки ликвидаторы Евросоюза. И они торопились, у них на руках были раненые дети. Поэтому столько несуразностей. — Сказал Дик. — Франсуа стирай данные экспертизы, не будем осложнять ребятам жизнь, им и так досталось. Ещё и в розыск их направлять, как свидетелей, я считаю, что это лишнее.
— Согласен. — Сказал второй и набрал чей-то номер в инструметроне. — Джесси, стирай данные и убери все следы эспертизы. Напиши, что ДНК повреждена и не определяется. Я же подчищу хвосты у нас и уберу последнюю группу детей из розыскного листа, так же, как и девчонку. Пусть живут спокойно, заслужили.
— Франсуа, ты, как и я, думаешь, что это ликвидаторы?
— Да, Джесс, это они и европейцы забрали детей. И этот ублюдок стрелял по детям, а не по спецуре.
— Всё сделаю, Франсуа, и знаешь, ты настоящий коп. Как думаешь, кто крот? — Спросила девушка.
— Догадалась, да? Хер знает, подруга, но, пока мы его не вычислим, я это дело расследовать не буду. Пусть лежит так. Гниды своё заслуженно получили. А директора мы потом поймаем, или пусть его европейцы или русские первыми найдут, так даже лучше будет.
Колония Мендуар, предгорья 22 августа 2367 г.
На краю обрыва, перед парящей ямой сидели трое подростков, две девушки и парень. Одна из девушек была батарианка, другая турианка, ну а парень был человеком. Между девушек сидел огромный тёмно серый пёс, и как и разумные смотрел вниз на парящий провал. На них были охотничьи комбинезоны, за спиной рюкзаки и на магнитном захвате тяжёлые карабины.