Путь
Шрифт:
— Ай-Ай, мэм! — Орут десантники.
Женька (Станция Арктур, 16 июня 2377 г.)
Тихо пискнул будильник на инструметроне Ниил. Подруга хлопнула по нему рукой и повернулась на другой бок. Лежу на спине и смотрю в потолок нашей квартиры, по нему ползают тени и отсветы падающие из окон. Всё тело ломит сладкой ломотой, так и хочется кого-нибудь осчастливить. Эх! Как я люблю это тело, женщиной в сексуальном плане куда приятнее жить чем мужчиной, хотя и не без недостатков,
— Уже не спишь, Джейни?
— Неа, выспалась.
— Мне через час на работу, а у тебя какие планы?
— Планы? В планах, через два часа заступаю на вахту. И шесть часов буду изображать из себя жутко занятого человека.
— Изображать?
— Крейсер небоеспособен, ты сама видела, как нас отделали и, командование сейчас решает стоит или не стоит его чинить. Может проще списать корабль и построить новый.
— Поэтому его не ремонтируют?
— Именно, Рыбка.
— Шепард! Не называй меня так!
— А то что? — Говорю я и начинаю целовать свою азари. Ниил отвечает, обхватывает меня руками за шею, мои же гуляют свободно, по упругим полушариям её груди, по талии и по небольшой, но упругой попе. Кожа азари мягкая и шелковистая, с едва видимым фиолетовым узором. Она стонет и раскрывается под моими руками.
— Что же ты со мной делаешь, Джейн? В твоих руках, я как пластилин. — Шепчет девушка.
— Я тебя ласкаю, хорошо, что ты у меня есть, а то я давно бы уже свихнулась. — Отвечаю я.
— М-м-м, как интригующе. Если ты свихнёшься, это будет ужас. Одна из самых смертоносных разумных, из тех о ком я слышала и сумасшедшая. Ужас-ужас!
— Так давай же не позволим мне свихнуться!
Азари выворачивается из моих рук, толкает меня на спину и нависает сверху. — Ну что же! Сейчас я проведу с тобой сеанс психотерапии, Джейн. Ты готова?
— Усехда хотова!
Ниил смеётся. — Вот откуда в тебе это все, Шепард?
— Давно живу, много повидала! — Отвечаю я.
— Я живу дольше, рыжик, и повидала тоже немало, но рядом с тобой, я почему-то чувствую себя сопливой девчонкой.
— Эта девчонка что-то обещала? — Говорю я, выгибаясь навстречу её рукам. — Рыжая ждёт.
Ниил наклоняется ко мне, её глаза напротив. — Обними Вечность, Джейни! — Говорит, моя рыбка, её зрачок стремительно расширяется занимая всю радужку и я мгновенно падаю в водоворот чувств и желаний. И минут на двадцать мы обе выпадаем из реальности.
Волны наслаждения постепенно ослабевают, меня перестаёт сводить судорогами, втягиваю в себя воздух и постепенно успокаиваюсь. Рядом вздрагивает подруга, её дыхание хриплое и тяжёлое.
— Вот почему с тобой, не так как с другими, рыжик? Кажется, можно сойти с ума от удовольствия, скажи, почему так? В чём ответ?
— Я эмпат.
— Это не объяснение.
— А вот и объяснение, с обычными разумными при объятьях вечности, вам, азари, приходится выступать усилителем и ретранслятором
— Может ты и права. Исследовать бы тебя. — Говорит азари, вставая с постели и начиная одеваться. — Ещё и память твою бы посмотреть, а то ты как-то закрываешься, а это тоже очень интересная особенность.
— Фигушки, не дамся, у меня полно других дел. И в памяти моей, слишком много разных нехороших тайн, Рыбка.
— Ага-ага, дела у неё, разумных убивать.
— Знаешь, Рыбка, я бы предпочла вести мирную жизнь, но, сама видишь, не получается. Это ведь не Альянс затеял, весь этот бардак в Траверсе и Термине. Так что мы выступаем лишь как пожарные. И пока не очень успешно.
— Но вы же не потеряли пока ни одного крупного корабля?! — Воскликнула Ниил уходя в ванную.
— Это да, но в тоже время, уже треть флота на ремонте и мы обороняемся рыбка, а обороной войны не выиграешь. Нам надо атаковать, но атака это полномасштабная война с Гегемонией, а Альянс пока не готов на это пойти.
— Значит тупик? — Говорит она, выглянув из ванной с зажатой в зубах щёткой.
— Пока да, но что будет дальше, кто знает? И да, рыбка моя, ты написала тесты, что я тебе давала?
— Джейн! Не называй меня, рыбкой! И да, я их написала и даже отправила по тому адресу, что ты мне дала. — Отвечает Ниилина, выходя из ванной комнаты.
— Хм, странно?.. И тебе что же, ничего не ответили?
— Нет. А должны были?
— Ну, по идее да. Ладно, ты иди завтракай, а я пока разберусь. — Говорю я, садясь за терминал и набирая номер Тей-куна. Смотрю на часы и прикидываю разницу во времени с Тиамарроном. Получается там полдень. Нормально. Пару раз пиликнув связь установилась. На экране виден сидящий в кресле Тецуо, друг некоторое время смотрит на меня, потом закрывает лицо руками.
— Женька! Ты там у себя в десанте, что, совсем свихнулась? — Говорит он сквозь пальцы.
— Да вроде нет, Тей-кун, а к чему этот вопрос? — Отвечаю удивлённо, я.
— Ну ты хоть халат накинь, что ли, горе ты наше луковое!
И тут до меня дошло, что я, ничтоже сумняшеся, сижу перед другом в чем в кровати валялась, то есть ни в чём. Мне стало жарко, и я со словами: — Бля! Одну секундочку! — Испаряюсь из кресла к шкафу, там натягиваю Ниилин халат и возвращаюсь к терминалу, с горящими от стыда ушами. Тецуо, так и сидит закрыв руками лицо и его плечи подрагивают.
— Ну, так лучше? — Спрашиваю я его.
Друг всхлипывает, отрывает руки от лица, утирает слёзы и корчась, чтоб снова не заржать в голос, говорит: — Лучше, так гораздо лучше, Женька. Ты там у себя в десанте, я смотрю, вообще стыд потеряла. А если бы у меня были другие разумные, совещание например? Ты бы ведь его сорвала, нафиг.
— Ну извини меня, что-то я действительно расслабилась, хотя тебе-то, что? Будто ты, меня голой не видел.
— Ну видел и чего? Или ты мне какие-то знаки делаешь?