Путь

Yagger Егор

Стоим и смотрим на страшную находку, в наушниках тихий голос напарника:

— Скажи мне, Дэвид, откуда подобные существа берутся? Неужели их матери рожают, дружище?!

— Я не знаю, Вадим, это какая-то аномалия. — Отвечает Дэйв.

— Это не аномалия, это от чувства безнаказанности. Теперь ты согласен с нами, эту мразоту надо зачистить и я не хочу тратить на них пули. Хватит ножей.

— Делайте, что хотите, ты прав, Вадим, видеть их на борту, я не желаю. Джокер?!

— Мы сели, сэр, парни растягивают гибкие герметичные рукава, должно хватить до шлюзов. По ним десантники и вынесут детей.

— Хорошо, Адамс, что вы ещё нашли?

— На складе у пиратов есть продовольствие, мы его уже грузим, но проблема

в другом, сэр. С учётом детей, системы регенерации воздуха, переполнятся через шесть суток.

— То есть у нас есть шесть суток для доставки ребят хоть куда-то?

— Так точно, сэр, но ближайшая развитая колония в восьми сутках хода, до Арктура девять. До Цитадели вообще двенадцать. Куда пойдём, сэр? Ладно бы у нас были одни люди, но куда девать ребятишек остальных рас?

— Это проблема, Грег, озадачь навигаторов, пусть думают.

После он позвал десантников и велел занести тела детей в купол с пиратами, оттуда как раз увели девочек.

Через полчаса погрузку завершили, обе команды носились как ошпаренные. Во всех каютах раскладывали надувные кровати, благо детишки — не взрослые, их можно было класть по несколько на один матрац, иначе просто непонятно, что делать. Сейчас детей мыли, Чаквас и док «Бородинцев» осматривали и врачевали раненых. Лукин и группа девушек десантниц готовили ужин на всех, хотя Дэвид не знал, полезет ли ему после увиденного кусок в горло. В главном куполе стало пусто, лишь в левом жилом, мордами в пол, лежали пираты, а три десятка десантников готовились привести в исполнение приговор, вынесенный капитанами и подписанный всей командой. Полищук вызвался зачитать его и проследить за исполнением.

— Командир. — Говорит по связи Адамс. — Тут у бандюганов боеголовка на складе.

— Что за боеголовка?

— От Ха триста третьей, откуда они её только взяли…

— Подожди, Грег, у ублюдков на складе лежит «адское пламя»?

— Ага! Семьдесят пять мегатонн в упаковке.

— Активировать сможешь?

— Да без проблем! Мы с Джейни её вообще миной заделаем, подключим к системам куполов и как только сюда кто-то заявится, она и сработает.

— Последствия?

— В радиусе трёх километров не уцелеет ничто, а дальше скорее всего лишь почва подрожит, атмосферы-то нет.

— Делайте, Грегори, пусть хозяев этой дряни, по прилёту ждёт горячий сюрприз.

— Ай-Ай! Только Джейни дождусь.

— Где она?

— С бандюганами разбирается, там кап-три уже приговор зачитал. Так что ещё пара минут и начнём. И минут за пятнадцать всё сделаем.

— Хорошо, отбой связи. — И Андерсон поднялся на борт своего корабля.

Женька (Борт фрегата Нормандия, 21 января 2380 г.)

Сижу в одном белье в своей каюте, на надувной кровати, на моей койке спит мальчишка батарианец, крепко прижимая к себе человеческую девочку, я достала их обоих из одной клетки. Парень на полном серьёзе считал девчушку своей сестрой и никакому убеждению не поддавался. Что будет дальше, никаких мыслей нет. Оба наши корабля висят в поясе астероидов, мы остужаемся и заодно отдыхаем. Нормально продолжать полёт обе команды пока не в состоянии. Над бандитскими куполами висят два дрона-наблюдателя и ждут гостей, а тех ждёт термоядерный фугас на семьдесят пять мегатонн. Взрыв такой боеголовки рядом с обшивкой может пережить только тяжёлый крейсер, всё что меньше — обречено.

— Анатэ, сотаррэ ми. [87] — Слышу тихий девичий голос рядом.

— Сейчас, Сини, уже ложусь. — Поворачиваю голову и смотрю в бездонно-синие глаза девочки-турианки. На малышке моя футболка, висящая на ней как балахон, рядом в точно такой же уже спит девочка-кварианка. Малышке скафандрику повезло

выиграть в самую главную лотерею, после захвата, бандиты привили её, и её двоюродную сестру биоблокадой и девочка выжила, а вот её сестра, нет. Но, зато ребёнку больше не нужен скафандр. Ложусь между детьми, и меня тут же обнимают с обеих сторон. Девочки вздыхают и мгновенно засыпают. А я лежу и вспоминаю, всю эту чёртову операцию и её бесславный для пиратов конец. По правилам собрали трибунал и абсолютным большинством голосов вынесли приговор. Да, флотские имеют такое право в отношении пиратов и бандитов, если нет возможности доставить тех на суд, мы можем вершить его сами. Сами понимаете, что этим правом активно пользуются. Ни один капитан не повезёт таких тварей, ни на какой суд, а просто грохнет на месте и всё. Вот и нам потом пришлось поработать ножами, и ни у одного из десантников не дрогнула рука. Хотя чего там напрягаться, провёл «крисом» по шее, голова и отвалилась, что этим ножам мясо и кости, когда ими сталь можно кромсать, как масло.

87

2. Мамочка иди ко мне (турианск.)

Как они завыли и заголосили, когда Вадим зачитал им приговор. — Именем Альянса систем, за массовые убийства детей и работорговлю, все пираты приговариваются к смертной казни на месте преступления. В связи с невозможностью доставить их для разбирательства в суд.

Потом кап-три достал «крис», мы последовали за ним и через полминуты всё закончилось.

Глава 21 часть 2. Сердце не камень…

Мой родной лес, сребролисты стоят редко, затянутые туманом, сквозь него пробиваются жёлтые лучи солнышка, рождая причудливую игру теней. Медленно иду между ними, над головой пищат свирки, где-то вдали ухает снуффл. Да с прогалины сквозь туман летит: — Кли-кли-кли-мукли, кли-кли-кли-мукли.

Вот и берег «Зеркала», на нём кто-то стоит, туман скрадывает очертания фигуры, но не узнать её я просто не могу. Ноги сами несут меня вперёд, человек оборачивается и я втыкаюсь в него, обхватывая за шею руками.

— Папка-а-а-а!

— Привет, Лисёнок, какая ты у меня выросла. — Говорит, такой родной голос.

— Папка, я так соскучилась!

— Я тоже, Огонёчек. Но ты кое о чём забыла.

— О чем, папка?

— О своем доме, дочь! Вспомни о доме… — И отец превратился в туман. — Помни откуда ты… — Звучит шорох леса вокруг.

— Папка?!.

Открываю глаза, синий свет ночника, подмышками сопят девочки. Пытаюсь встать и малышка Сини сквозь сон шепчет:

— Мамочка, ты куда?

— Я ненадолго, малышка, надо кое-что сделать. И я сразу вернусь. Хорошо?

— Хорошо, мамочка, только долго не ходи.

Дитя отпускает меня, выбираюсь из-под ноги лежащей с другой стороны кварианки, малышка так устала, что спит без задних ног. Даже не почувствовала, что я выбралась. Встаю и вижу, как Сини пододвинувшись обняла Зию и снова заснула. Надеваю китель и мокасины и топаю в БИЦ. Корабль тих и молчалив, все спят. В БИЦ сидит дежурная смена из трёх человек и пытается проложить маршрут, видок у парня и девушек усталый и помятый в чувствах обречённость. Смотрят на меня и даже не удивляются, ну подумаешь старпом зашла в кителе и мокасинах сверкая голыми ногами, фигня какая.

— Серёжа, Мендуар! — Говорю я.

— Что Мендуар?! До него… — И парень пощёлкал кнопками. — Пятнадцать суток хода, и что?

— Серёжа, какие ретрансляторы в этой системе?

— Четыре стандартных и один первого типа. А что?

— Где у него пара, Серёжа?

— В туманности Орёл и что?

— А сколько оттуда до Мендуара?!

Пальцы навигатора забегали по кнопкам. — Охренеть! Двое суток! Но что это нам даёт, штаб лейтенант?

— Расскажи-ка мне, энсин, что ты знаешь о Мендуаре?