Путь
Шрифт:
После чего офицер на включённой карте показала нам место дислокации своих наблюдателей. — Я передам им, что вы идёте, так что вас встретят и проводят до района храма. Дальше, действуйте самостоятельно.
— Ну, хоть так. — Говорю я.
— Простите, что ничем большим помочь не могу, но у меня и так дефицит личного состава. — Ответила капитан. — Будьте аккуратны, кое-где ещё попадаются недобитые хаски, и те из них, что сделаны из наших, могут пользоваться биотикой.
— Твою мать! — Воскликнул Аленко.
— Криками делу не поможешь, Зануда. — Говорит Хэм. — Просто имеем
— Выдвигаемся. — Командует Найлус и мы, разбившись на две группы, идём в руины.
Разрушенный город производил тяжкое впечатление, азари вложили в свой материнский мир всю свою любовь и тягу к прекрасному и даже сейчас, мы видели, как красиво здесь было до войны. В окружающих нас пейзажах, в возвышающихся пред нами разрушенных башнях жилых домов, в наполовину сгоревших парках, в каждой улице…
Идём медленно, чутко вслушиваясь в окружающее, поскольку в развалах противника или союзника слышно гораздо дальше, чем видно. Я же снова терзаема флэшбэком из моих снов. Всё, как во много раз виденном мною, только вот есть и различия. Я не чувствую запахов, от слова совсем, так как адаптацию к родине своих синеньких не проходила и броня моя задраена наглухо. Рядом идёт Ли, и вот её костюм сейчас разомкнут, забрало приоткрыто открывая рот.
— Чем пахнет, Ли? — Спрашиваю я.
— Гарью, пылью и почему-то палёной проводкой. — Отвечает она.
— В Ванкувере так же пахло. — Говорю я, вспоминая атмосферу в осаждённом городе.
— Я была здесь, была неоднократно, о «Богиня», во что же превратился мой мир?! Во что же, превратил его Враг?! — Отвечает она шёпотом.
— Фиксирую сигнал разведчиков. — Голос Найлуса идущего вместе с Явиком в авангарде. — Сейчас попробую связаться с ними.
— Аккуратнее, Оцеола. — Говорит ему Эшли. — Это могут быть уже и не разведчики.
— Я чую живых. — Говорю я. — Чувствую четверых и чуть дальше, ещё нескольких.
Разведчики встретили нас, как родных. Совсем юные азари, причём двое из них вообще были нимфами, пылко нас обняли, и была бы возможность, расцеловали бы.
После чего, старшая из них с шевронами сержанта, объяснила нам, как и куда лучше идти. Выделив в сопровождающие юную девчушку с горящими восторгом глазами.
— Найри проводит вас, Спектры, она у нас местная, так что все проходы здесь знает. Мало того, у неё есть схемы коммуникаций, только вот многие из них обрушились и проходимы или нет, мы не знаем. Так же, где-то рядом, взвод наших танков, они прячутся, поскольку если долго стоишь открыто, могут достать с орбиты.
— Что с противником? — Спросила я.
— Одиночные единицы могут попасться вам, но как единой боевой силы, Врага на поверхности нет. — Отвечает разведчица.
— Мехи? — спросил Найлус.
— Нескольких наблюдали в километре отсюда, почти все сильно повреждены. Но мы пока не собираемся их уничтожать, поскольку пока эти инвалиды здесь, противник не пришлёт новых. — Отвечает азари.
— Разумно. — Говорит Хэм.
Согласовав на «всякий пожарный» коды взаимодействия, выдвигаемся дальше.
Выходим на широкую улицу, сейчас заваленную грудами щебня и обломками. Внутри словно холодный ком.
— Группа опасность! Укрыться рассредоточиться! — Шипит брат.
И мы дружно разбегаемся по щелям, укрываясь накидками, несколько секунд и никого нет. Как и в моём сне, я сижу вместе с Ли, только вот под нашими руками и ногами лишь пыльный камень. Никаких следов мертвецов, ничего просто пыль и мусор. Мои мысли обрывает грохот от одной из полу обвалившихся башен, поднимаю взгляд и вижу выползающего на дорогу жнеца. Он весьма потрёпан, во многих местах в чёрной броне зияют дыры. Одна из лап повреждена и мех ковыляет раскачиваясь и скрипя.
— Выполз же, кусок дерьма! — Шипит Кайден в общем канале. — Сейчас придётся топать в обход.
— Не придётся. — Отвечает Найлус. — Группа, укрытий не покидать.
А откуда-то слева загудело, часть стоящей стены обрушилась, и на улицу вылетели три колёсных танка. Машины развернули башни и отрыли огонь. От грохота я аж присела! Жнец окутался видимой плёнкой кинетического щита, зарычал и выстрелил из своего излучателя в ответ, но! Не попал, вернее танк, в который он целил, рывком отъехал и луч прошёлся по куче щебня, оставляя за собой полосу пузырящегося, расплавленного камня.
Танки же продолжали вести огонь, пока, правда, не приносящий эффекта. Я было напряглась, чувствуя растущую опасность, как из того же пролома вылетела длинноствольная САУ. Повернулась к врагу и из её ствола вырвался ослепительный бело-голубой луч. Иконки на забрале пустились в пляс, в наушниках зашипело, но жнецу пришлось куда как хуже. Платформа вся окуталась сеткой разрядов, кинетический щит пропал и танки добрались до её брони. Вернее до дыр в ней.
Десяток выстрелов и машина взорвалась, успев напоследок попасть по одному из танков. Взрыв окончательно обрушил рядом со жнецом несколько оставшихся зданий, укрыв улицу исполинскими клубами пыли. А мы с Лиарой еле удержали накидку, получив на голову заряд из щебёнки. Моей Звёздочке, мелким обломком расцарапало щёку и по голубой коже, потекла тоненькая алая струйка.
Через пару минут в пыльной хмари стало видно стоящие танки и САУ. Лязгнуло, из люка на корпусе появилась голова в шлеме, огляделась и, посмотрев в нашу сторону, крикнула на базике: — Хэй, кто там есть? Выходите, а то пальнём.
Скидываю накидку и встаю. Видимость плохая, улица из-за пыли не просматривается, лишь на дистанции метров двадцать хоть что-то можно рассмотреть. Подхожу к танку и говорю: — Спектр Совета Шепард, выполняем спецоперацию. С кем имею честь разговаривать?
Танкист чуть из люка не выпрыгнул от удивления. Расстегнул замок шлема и стянул его и положил на броню. Под шлемом было покрытое веснушками, курносое мальчишеское лицо. С торчащими ёжиком, светло русыми, почти белыми волосами и небесно-голубыми глазами за нешироким визором.