Путь
Шрифт:
— Что я должна сделать? — Спросила я.
— Смотри… — И он указал на загоревшийся неподалёку круг. — Это эмиттер системы контроля. Он позволит тебе подключиться к моим системам напрямую, мало того получить командный приоритет надо мной и моими братьями. После чего, используя Накопитель, изменить ядро системы, уничтожив в процессе и его Администратора.
— Как я это сделаю?! Я всего лишь человек, я неспособна на действия такого уровня! — Шепчу я.
— Не переживай, мы поможем тебе, мы все, Тридцать два контролёра станций. Мы ждали этого момента миллиард лет, миллиард лет, чудовище обманом захватившее власть над нами, уничтожало наших детей. Весь
— Скажи, чем это мне грозит? — Спросила я, — Что произойдёт, во время того, как?..
Он понурился и отвёл взгляд.
— Ну же, ответь?
— Твоё тело не выдержит работы с таким потоком энергии и информации, оно разрушится и, ты станешь одной из нас, станешь… — И замолчал.
— Кем?! Кем я стану?
— Главным Администратором системы. Хозяйкой Ядра! — Ответил он.
— Значит, ты мне предлагаешь стать тем, против кого я сражалась всю жизнь?! Сделать то, что противно всей моей сути?! Да как ты посмел? — Хриплю я, чувствуя как гнев, удушливой волной заполняет меня всю.
— Твой гнев напрасен, по-другому это безумие не остановить. Триллионы жизней обычных разумных и множество Странников, сделали всё, чтобы это стало возможным. Ты хочешь, чтобы все их труды и жертвы, были напрасными? — Спросил меня Антарон.
— Но почему я? Если всё это проект Старика, то пусть он и становится новым Администратором!
— Он пытался, дважды, и двое моих братьев заплатили своим существованием и своими станциями за эти попытки, но ничего не получилось. Проблема Торианина в нём самом, он слишком велик. И единственный способ провести операцию правильно, это полная концентрация странника именно на преобразовании, Старик же так не может. Несколько раз мы попытались с другими подобными тебе, но система была не доработана и у нас не получилось. Сейчас же, мы доработали нашу установку. Не уничтожай результаты наших трудов. За них заплачена слишком высокая цена! — Ответил древний синтетик.
— Так да?! Поэтому этот урод, так меня боялся, я действительно могу его уничтожить…
— Да, именно так. Помни о тех, кого ты любишь, помни о своих друзьях и родных. Это твой единственный шанс, то, что предлагает этот, обманка, профанация.
— Но?..
— Время на исходе, не поторопишься, он очнётся, и наши шансы станут призрачными. Не медли…
Сижу на полу, глядя как замер бой вокруг станции. Платформы и истребители врага отошли, остановив атаки на наш флот. Корабли рас Совета, перестраиваются, выстраивая нарушенную врагом оборонительную формацию. Вижу, как некоторые сильно повреждённые суда уходят к Земле. Внутри холод и страх, я не хочу того, к чему меня подталкивают, но в тоже время, я чувствую, что всё сказанное мне Относящимся — истинно.
— Похоже, у меня нет выбора, да?
— Это твой долг, спаси тех, кого любишь. Спаси нас всех, Посланник Творца. — Сказал визави, глядя на меня усталым взглядом, и в тоже время в нём горела страстная надежда и мольба.
Глубоко вздохнув, пытаюсь встать, но мой организм подводит меня, я, не успев встать, падаю, ещё и на свою культю. От прострела боли ору и скрючиваюсь, пытаясь унять пылающий костёр в плече и протолкнуть в себя воздух на вдохе.
Пытаюсь встать снова, но, ничего не получается. Мало того, силы окончательно оставляют меня, я просто лежу на полу не в силах не то что встать, даже сесть.
— Женя?! — Шепчет, оказавшийся рядом Антарон. —
— Сейчас, подожди немного, я сейчас! — Сиплю я, чувствуя его отчаянье и страх.
— Скорее!
Поднимаю взгляд, единственное что мне осталось это то, чем я ещё ни разу не пользовалась, техника, которая убила моего брата и отца. Уже не чувствую страха, осталась лишь злость на себя, набираю в грудь воздуха и кричу в тёмное небо запуская биофорсаж: — ХА-А-АРОН-Н-Н!
Огненная волна, зародившись где-то в затылке, прокатилась по моему измученному телу и вымыла всё. И усталость, и боль, и слабость, раскрасив окружающее в светлые тона. Легко вскакиваю на ноги, чувствуя в придачу небывалый душевный подъем, какое-то форменное просветление.
— Идём, Антарон — Относящийся! — Говорю я звенящим голосом, чувствуя его радость и облегчение. — Пора заканчивать это безумие! Мои любимые будут жить и это будет моей наградой и победой одновременно.
Синтетик же, лишь указывает мне своей призрачной рукою на тускло светящийся круг на полу.
Алана Трапсо (Земля, Лондон, 8 июля 2388 г.)
Алана шла вдоль линии обороны, линии на которой она и её напарницы и подруги сдерживали врага, чтобы он не смог ударить ударной группе в тыл. Окружающее, напоминало юной деве репродукции старинных гравюр, про мир смерти, куда попадают особенно нагрешившие при жизни. А вокруг в руинах когда-то величественных зданий и раскуроченных воронками парков, лежали мертвецы. Тысячи мертвецов, десятки тысяч. Лежали люди, кроганы, турианцы, она видела гетов и кварианцев, хотя отличить бывших скафандриков от людей порой было сложно. И, она видела сотни и сотни мёртвых соплеменниц.
Трупы же вражеских юнитов вообще не поддавались подсчёту. Кое-где они лежали грудами изорванного чёрного в лучах восходящего Солнца мяса.
За Аланой гуськом шли её напарницы в сегодняшнем бою, девять десантниц, элита-элит, лучшие из тех, кого могла предоставить Республика, дабы прикрыть свою сильнейшую видящую в этом бою, от которого так и не смогли её отговорить.
Только вот, осталось их всего шестеро из трёх десятков. Остальные либо тяжело ранены, либо погибли во время штурма.
Алана шла по развалинам, обходя по кругу погасший сейчас луч-лифт. Смотрела вокруг, пытаясь найти сама не зная кого. Лишь её предчувствие гнало и гнало её дальше. Заставляло всматриваться в лица погибших солдат вокруг.
Вот, совсем молодой парень человек, с чёрными волосами, чьи темно-карие глаза удивлённо смотрят в небо. Рядом с ним светлокожий турианец с искажённым последней мукой лицом. И снова человеческая женщина, чьи платиново-белые волосы выбились из подшлемника, мало того, девушка разглядела значки генерал-майора на уцелевшем лацкане покорёженной брони погибшей. Тут видимо схватка была особенно жаркой, поскольку мертвецы лежали очень густо и вперемешку с дохлыми хасками.
Дева пошла дальше пока её не остановил голос напарницы: — Аллэ, здесь живой!
Вся группа подалась на голос, только трое не теряя бдительности, несмотря на то, что противник прекратил атаки и укрылся в руинах, взяли подходы на прицел.
Алана подошла к напарнице и увидела, что та наклонилась к лежавшему на спине человеку. Мужчина прижимал к груди два клинка, сжимая их рукояти, и лезвия мечей буквально светились бело-золотистым светом в свете утра.
— Он очень плох. — Сказала напарница. — Боюсь, его жизни остались лишь минуты…