Путь
Шрифт:
— Я сам буду решать… — продолжил было он, но я его перебил:
— Так, капитан, уж не знаю, что ты себе навыдумывал, но настоятельно рекомендую эту тему впредь не поднимать. А про девушку эту забудь. Словно её нет.
— Или что? — капитан с вызовом посмотрел на меня, а затем всеми силами начал сжимать мою ладонь. Судя по его характеристикам, физическая сила у нас с ним была почти равной. Тем не менее я чувствовал некий подвох. Мощи в нём было явно больше, чем у меня.
И в этот момент на экране моего визора высветилась большая красная надпись: «Внимание!
Сразу после этого хватка Васильева резко ослабла и я смог сжать его руку до такой степени, что офицер чуть было не вскрикнул от боли.
— Отпустить? — сжимая руку капитана почти на пределе его крика, спросил я.
— Ты чего сейчас сделал? — прошипел тот сквозь зубы. А лицо его тем временем всё сильней кривилось от боли.
— Уберёг тебя от непоправимых последствий, — соврал я ему. Ведь я и сам не понимал, что это за протокол такой сработал и откуда он вообще взялся. Ни о чём подобном инженеры из отдела КИОС не упоминали.
Ко всеобщему облегчению Васильев продолжать конфликт не стал. Возможно и хотел, но не смог этого сделать по той причине, что в этот момент мимо нас на своём УАЗе проезжал майор Валунин. Увидев, как его машина останавливается, я отпустил руку капитана, чтобы не привлекать лишнего внимания майора.
Васильев же, вместо того, чтобы мирно уйти, ткнул меня пальцем в грудь и произнёс:
— Наш разговор не окончен, «Инженер».
— Хочешь посоветовать мне оборачиваться теперь? — я ударил ладонью Васильеву по руке, чтобы тот убрал от меня свой палец.
Капитан чуть было снова не вспылил, но удержался.
— Нет, — ответил он. — В спину я не ударю. Я не крыса. Но тебе всё равно придётся ответить. Понял меня?
— Не понял, — я тоже был не сгибаем в этом вопросе. Теперь, когда Лена официально стала моей девушкой, я никому не позволю вести себя так, как этот офицер. — Ты, капитан Васильев, лучше охлади свой пыл. Не усугубляй. Мы не для того здесь.
Больше он говорить ничего не стал. Подмигнул мне с намёком, что позже продолжим этот разговор, затем резко развернулся и двинулся в сторону общежития.
— Здоров будь боец, — открыв окно УАЗа, выкрикнул Валунин. — До штаба подбросить?
— Здравия желаю, товарищ майор, — поприветствовал я заместителя командира базы. — Я хотел сначала в санчасть заглянуть. Узнать, как дела у наших девчонок. И уж потом на совещание.
— Садись, — махнул мне майор рукой. — Санчасть по пути. Подкину.
Пока обходил машину, одним глазком глянул на капитана Васильева. Тот перед самым входом в общежитие развернулся и снова всем своим видом показал мне, что продолжение непременно случится. Что ж, если ему это так надо, в следующей раз я ему непременно организую разговор по душам. Такой, чтобы он на всю жизнь его запомнил.
Вот только для начала нужно выяснить, что за протокол «Спокойствие» сработал в моём визоре. И что он сделал такого, отчего Васильев резко ослаб.
А кто мне может вы этом помочь? Разумеется
— Как тебе наша сибирская база? — первым делом задал мне вопрос майор Валунин, когда я сел на пассажирское место. — Неплохо этот твой Кеша Палыч развернул строительство. Дома растут, как на дрожжах. Не ожидал я такого!
— Иннокентий Павлович — хороший специалист, — кивнул я. — Он хоть и работал в инспекционном отделе, но сам всегда мечтал строить, а не оценивать чужой труд. Вот и дорвался.
Валунин надавил на педаль газа и мы поехали вдоль общежитий, которые внешне были копиями друг друга. Отличались они только внутренней планировкой. И то было всего два типа — гражданский и военный.
В гражданском всё было плюс-минус так же, как в классических общагах, в которых живут студенты. А вот военные отличались первым этажом — там имелась оружейная комната на случай, если придётся подниматься по тревоге. Также несли наряд дежурный и дневальные и состава роты обеспечения. Они хоть и служили по контракту, но в боевых миссиях не участвовали.
С одной стороны Иннокентий Павлович мог пойти простым путём — обойтись стандартными казармами для военных. Но, видимо, решил заморочиться ради нашего удобства. За что ему отдельная спасибо. О своей отдельной комнате я давно уже задумывался. Конечно, там ещё придётся повозиться с ремонтом, но это уже мелочи.
После того, как мы преодолели готовые общаги мы логично проехали и мимо строящихся зданий. Стоит отметить, что то, как был организован процесс стройки, меня сильно удивил. Раньше подобное можно было наблюдать разве что в анимационных фильмах. А теперь это пришло в реальность.
Рабочие не боялись подниматься вместе с стройматериалами, которые доставлял на стройплощадку кран. Специалисты кидали друг другу тяжёлые инструменты, которыми простые люди запросто убить друг друга могли бы. Особенно меня поразили умельцы, которые месили раствор в большом чане без каких либо дополнительных приспособлений. Как я понял, для этого они использовали телекинез, и умение влиять на химические состав материалов.
Так же все эти иммунные специалисты не использовали никакую страховку. Даже каски были не у всех.
— У нас голова крепче, чем эти пластмаски, — рассмеялся Валунин. — Так сказали строители, когда Порохов сделал им замечание за несоблюдение техники безопасности.
— И в чём они не правы? — согласился я с рабочими.
— Вот потому теперь никаких касок на стройплощадке и нет, — подытожил майор.
Тем временем мы прибыли в санчасть, которая представляла из себя несколько полевых медицинских палаток.
— Только не задерживайся тут, Ларионов, — сказал Валунин, когда я выходил из машины. — Совещание через полчаса. Штаб — вон там, — он показал рукой на небольшой холм, на вершине которого стояло непохожее на остальные здание.