Путь
Шрифт:
— Так это, ну мы думали потом, допьем…
— Какой допьем? Какой допьем? Быстро, на хрен, пошагали в магаз! Быстррро, нах! — Адьос угрожающе взял бутылку.
Двое первокурсников спешно развернулись и заспешили в сторону ларьков. За ними засеменил самый маленький.
Чуть погодя, когда молодежь вернулась с заказом, подошли девушки.
И всем как будто становилось веселее. Но не Святу. Он был мучим этим обществом, и его тянуло туда, к этому позитивному и такому необычному Джею Ди. Он поглядывал на часы, и прикидывал, что Ди должно быть,
— Свят, братуха, иди сюда! — протянул руку к Марио он.
— Ну Адьос… — тянула его сбоку за рукав девушка в белой мини-юбке.
— Юля, отстань от меня!
— Ну Адьос!
— А ну пошла на х!!!
Юля цыкнула и, надутая, чуть отодвинулась в сторону.
— Свят, Братуха, эээх, сколько мы прохавали с тобой! — Адьос обнял Марио за плечи, Марио присел рядом на трубу.
— Сколько мы прохавали, дааа!
Марио немного обрадовался, что Адьоса потянуло на тему разговоров о жизни и что он остыл.
— Помнишь, когда мы поступали, а? Тогда, в комнате жили, к нам пятикурсники ломились! Мы тогда только второй день знакомы были. С нами еще тогда тип третий был, который не поступил. А помнишь?
— Помню… — Свят с улыбкой опустил глаза.
— Так и что вы думаете, пацаны?! А? Ломяться к нам эти, сука, черти, тот тип в угол забился, пищит «Не открывайте! Не открывайте!» как куропатка. Я Святу говорю: да по фиг, открывай! Залетает к нам банда синих пятаков. «Че го-кого? А ну за пивом шагом марш!». Я им: так, ребят, стоп, так со мной не разговаривают. Они тут газ и сбавили. Свят тогда рядом стоял, вот прям к плечу со мной! Вот как сейчас! Вы тогда еще в школе учились, — махнул рукой Адьос и замолк, клюя носом.
— Так что дальше-то было?
— А, дальше? Мы с ними выходим покурить. Я им все разметываю, Свят рядом стоит. Они, короче, «а ну, пацаны, не обессудьте, мы перепутали». А под нами в натуре какие-то лохи жили, они по синеве и перепутали, долго нас не могли отличить. Я тогда еще понял, Свят, братка, что ты не промах! — Адьос пожурил Марио по щеке, — понял, что с тобой прорвемся! Прикинь, четыре! — Адьос замахал прям перед лицом у Васька ладонью с четырьмя выпрямленными пальцами, — «четыря» здоровых пятака! А Свят рядом был! Один бы я не вывез. Вот так мы и стояли, готовые на все! Плечом к плечу! А вы еще в школе учились, парни, когда мы тут крепились! Да, Свят?
Марио согласно кивнул головой. Краем глаза заметил, что Юля во все глаза смотрит на него.
— Да это еще что! Помню мы как-то пили по-жесткой в общаге! «Четыря» утра, музыка на всю гремит, девки синючиеее, стриптиз, ногами машут! Мы со Святом, еще ребята-нелегалы с района были! И тут охрана! Шесть! — Адьос затряс растопыренной пятерней перед лицом у Васи, понял, что, чего-то не хватает, забрал вторую руку с плеч Свята, и показал: шесть здоровых охранников! Вот мы тогда попали!
Адьос продолжал свои рассказы за жизнь и разборки. Марио эти разговоры не нравились, но делать было
Под ногами уже скопилось несколько пустых канистр, в отпечатках кроссовок и кед валялись вдавленные бычки. Свят понял, что уже немного «плывет». Адьос держался за его плечи одной рукой, другой рукой он оперся на плечи Юле и рассказывал ей историю, изрыгая на нее почти объемные клубы перегара вперемешку с дымом:
— …И мы потом его тачку просто сожгли. Просто. На хрен. Сожгли. Вот так… А потом выпускной был…
— А что? Пива больше нееет?! — тут слишком громко сказал Бугай, стоя с пустым стаканом. Слюна стекла у него с губы и упала на выступающее пузо.
Все стали оглядываться и шарить по сторонам. Вокруг были только пустые канистры. Все стали оглядываться в поисках первокурсников. Их и след простыл.
— Ну что, надо мутить на пиво, парни! — подвел Бугай.
Все как-то замолчали, кто-то полез в карман и извлек жалкую мелочь, кто-то закурил, Малорик с Ё-моё удалились за общежитие.
— Нет денег! — решил Адьос.
— Давайте, мыслите! Мы вон три канистры принесли! Все вместе выпили! — Бугай начал наседать. Опять к нему приблизились его сподручные.
— Слыышь! Я вон тех птенцов снарядил! Они тоже пива принесли! — Адьос убрал руки с плеч своих рядомсидевших и напрягся.
— «Каво»?! Да они выпили больше, чем мы! И пыхнули быстро! Кароче, «поцы»! — Бугай обвел взглядом Адьоса, Васька и Марио, — мыслите на пиво. Мы сейчас сходим, и вернемся! Может тоже найдем чего! — Бугай повернулся и двинулся по тропинке. — Пайдем, ребята.
Его друзья поспешили за ним.
Когда они отошли далеко, Адьос сказал, зло глядя им в спины:
— Это что он, условия будет мне ставить?! Это что это?!
Марио вздохнул — «опять завелся!». Пока вернулись Ё-моё и Малорик, Адьос дошел до белого каления. Девчонки с ужасом смотрели на него. Недостача пива еще больше прибавляла ярости.
— Так, парни! — тяжело дышал Адьос, — этот бык решил нас за лохов каких-то выставить! Пива ему, бля! Да он охерел!
Адьос сорвался и захотел выдернуть торчавшую из асфальта арматуру. Не получилось.
— Значит, так, парни! Пойдем со мной! Ща просто накажем их и все! И еще выпить у них заберем! Офигевшие!
Пьяные ребята завелись с полоборота.
— Пайддем! Ща, они уже всяко засели с выпивкой, крысы!
— Идеоом!
Разъяренный, со звериным взглядом, широко расставив руки, Адьос двинулся по тропинке вслед за ушедшими. Парни поспешили за ним. «Вот жеж ярость-не радость» — подумал Свят.
Адьос шел вперед как танк. Излучаемая ярость как будто была материальна, с ярко-красным пульсирующим светом. Все парни тоже оскалились, предчувствуя скорую кровавую битву.
Они вошли во дворы, пошли вдоль лавочек, где еще обычно обреталась молодежь. Прошли дальше, за хоккейную коробку.