Шрифт:
Благодарности:
Хочется поблагодарить не только героев рассказа, которые действительно много значат для меня, но и всех, кто помог вдохновиться, был первым читателем и критиком, а также всем тем, кто сделал возможным бумажный формат.
Путешествие в Пандору
Я писала этот рассказ и до конца не могла решиться на публикацию, ведь сюжет основан на реальных событиях в моей жизни. Да, эти события происходили достаточно давно,
27 августа 2003 года.
С начала августа того года мы с бабушкой и двоюродным братом проводили время на базе у какого-то озера. Такие поездки были для меня возможностью отдохнуть от родительского дома, побыть на природе, позагорать и накупаться. Бабушка и брат тоже решали свои вопросы – я могла принести ведро воды, мы с братом играли и это позволяло отдохнуть бабушке, да и брату было не так скучно. По выходным к нам приезжали мои дядя и тетя – родители брата, привозили много вкусной еды, мы плавали на лодке, рыбачили, гуляли и была иллюзия, что это и мои родители тоже, ведь я чувствовала себя ребенком, которого балуют, с которым дурачатся взрослые, а это было сильно непривычно для моей обыденной жизни.
В тот день закончился срок путевки и мы все вместе вернулись в город, где меня уже ждала мама и мы планировали поехать на городской пляж до самого вечера. На улице было довольно тепло, солнце уже не было обжигающим, а лишь слегка пригревало, как будто поглаживая лицо последними теплыми деньками. Мы с мамой лежали на пляже и делились новостями:
– Мам, ты представляешь, мы с дядей поймали карпа! Вооот такого! – я с сияющими глазами развела руки в стороны и показала размер рыбины. – Мы его взвесили и он оказался около трех килограммов, представляешь! – мой восторг не знал предела и я ждала реакцию мамы, пытаясь рассмотреть эмоции на ее лице.
Ее лицо не выражало ничего, точнее выражало отрешенность и явно она что-то обдумывала, будучи не здесь. Она посмотрела на меня, потом отвела взгляд и произнесла:
– Я пол покрасила. Интересно, высох уже?
Когда я только открыла дверь в квартиру, то сразу поняла, что случилась накладка. Пол был выкрашен только в нашей комнате, а следы обуви были по всей коммунальной квартире: на коричневом линолеуме следы
– Где вы, две б**ди были? Снова в побег удариться хотели? – он стоял в проходе комнаты, а за его спиной, в комнате что-то громыхало— видимо, это он маму швырнул так, что она задела что-то в комнате.
Я вижу, как эта худая фигура покачиваясь стоит в проеме комнаты правым боком ко мне, размахивает руками, а от избытка злости слюни летят изо рта, зубов мало и от этого его рот кажется ещё более безобразным. Вдруг это животное разворачивается в мою сторону и идёт на меня, снимая по пути с ноги тапок, продолжая материться и ухитрившись не упасть. Я же, за несколько недель своего отсутствия, от такого обращения несколько отвыкла, и тут получаю удар по лицу. На мгновение я даже начала терять сознание – от неожиданности, от боли, от страха, но быстро очнулась и почувствовала, как мою шею сзади сдавила рука отца настолько сильно, что я сейчас потеряю сознание, но на этот раз взбодрил меня еще один удар по лицу. Я теряю равновесие и от падения меня удерживает только его рука, которая стискивает шею. Щека после удара пылает, на лице отпечатался каждый развод на подошве этого ненавистного тапка с тяжелой резиновой подошвой. Каждый тапок весил грамм по триста, наверное. Я каким-то чудом вывернулась из тисков отца и, прижимая руку к пылающей щеке, бегу прочь из квартиры. Слёзы застилают глаза, лицо горит, шею ломит, голова кружится от ощущений в шее, обида, боль, унижение – со всеми этими чувствами я бегу не разбирая дороги. Скоро в школу и этот ад не закончится никогда – так думала я в тот момент.
Я бегу и понимаю, что больше так невозможно жить, нужно положить конец всему, решить вопрос радикально. Рядом железнодорожный пешеходный мост – можно сброситься с него. Ещё ближе стройка – можно тихонько повеситься там или сброситься на штыри. Можно лечь под поезд. Как вариант, наесться таблеток… но каких?
Слёзы катятся по лицу, все щиплет, глаза опухли и тут я вижу Оксану. Это моя подружка, которая тогда жила тогда через подъезд от меня.
– Катя, что случилось у тебя? – спрашивает она, рассматривая меня.
– Отец избил – я начинаю говорить, но горло сдавливает и я захлебываюсь в рыданиях. Мне так стыдно, что я живу вот так! Мне хотелось, чтоб меня не видел никто и никогда, что на мне клеймо, я ненавидела себя за то, что со мной творил отец!
– Пойдем, я посижу с тобой, расскажи мне, что произошло?
– Оксана берет меня за руку и ведет к ближайшей скамейке.
Я разговариваю с Оксаной, отвечаю на ее вопросы, постепенно слезы высыхают, а я в какой-то момент говорю вслух Оксане:
– Так не может больше продолжаться! – мои губы искривились в спазме. – Я не могу это терпеть! Или он или я! – последняя фраза затерялась в слезах и всхлипываниях.
Я рыдаю с новой силой, ведь мне так хочется жить, смотреть на солнце, гулять с подругами, плавать в озере и чтоб меня не били.
– Пойдем к нам чай пить. С печеньками. – подруга решительно встает и берет меня за руку. – Пойдем!
Спасибо Оксане и ее родителям, которые начали со мной разговаривать и вернули меня в момент сейчас.
– Катя, оставайся у нас, не надо тебе сегодня домой идти – говорит тетя Лена – мама моей подруги.
– Разве я могу не пойти? – тихо спрашиваю я и начинаю горько плакать, всхлипывая и тихо вытирая слезы, которые щедро катились по щекам.
– Каааатя, ну давай хотя бы милицию вызовем, а? – тетя Лена пыталась найти варианты, чтобы помочь мне и маме.
– Тетя Лена, все бесполезно! Его выпустят и он изобьет нас еще сильнее. Это все бесполезно, понимаете? – какая-то волна жара окатила меня от четкого понимания, что все бесполезно.