Пять разбитых сердец

Никольская Ева

Эмиль остановился, снял с плеча массивный топор, поудобней перехватил его и гробовым голосом спросил:

– Кто?

Фея непроизвольно отступила: злющий эльф с гномьим оружием в руках смотрелся устрашающе.

– Эм-миль, – начала, запинаясь, она, – ты все не так понял.

– Что я не понял?! – взвыл парень, шагнув к ней. – Кто тебя обидел? Дракон? Я убью его.

«Точно убьет. После такого количества выпитого за столом ему и море по колено, и драконы нипочем!» – испугалась Ада, поспешно придумывая оправдание для Арэта.

– Нет,

что ты! Он был очень… очень-очень галантен, вежлив и… и… – Хвалебные слова застряли в горле девушки при взгляде на исказившееся лицо собеседника.

– Почему ты выглядишь как мокрая курица? – процедил он, приближаясь.

– Искупалась, – вжавшись спиной в стену, пролепетала фея.

– Где?! Почему босая? – продолжал задавать вопросы друг, который сейчас больше напоминал мясника-маньяка, дорвавшегося до очередной жертвы.

– Туфли потеряла в водопаде. В том, в котором искупалась, – скороговоркой выпалила Адель.

– Водопад?! Здесь?! Не морочь мне голову!

– Эмиль…

– Что происходит, Адель?! – перебил он ее, подойдя еще ближе. – Что это? – поддев пальцем сломанную пряжку, прошипел эльф. – А губы почему припухли? До чего ты докатилась, моя чистая, светлая фея? Как ты могла? – Он поставил топор и уперся ладонями в стену по обе стороны от головы девушки.

– Ты не понимаешь! – возмущенно засопела она. – Ты ничего не понимаешь. Все не так, как ты подумал!

– Правда? – Эмо криво усмехнулся, продолжая нависать над взволнованной подругой. – Так объясни.

Она на секунду зажмурилась, шумно выдохнула и, открыв глаза, сказала:

– Мы с Арэтом были в сокровищнице… э-э-э… разговаривали. Он напоил меня эликсиром, временно лишающим возможности колдовать. Чтоб браслет не бил всех и вся, – потупившись, пояснила девушка. – Ну я стояла… стояла…

– И?

– Рассматривала скрижаль из Тритэры, а она ни с того ни с сего сработала. Выбросила меня из комнаты в водопад, а оттуда в купальню. Ты не представляешь, как это было страшно!

– Вот как? – Черная бровь парня нервно дернулась. – И где сейчас артефакт?

– Эм… в купальне остался, – стушевалась Адель.

– В чьей? – склонившись так, что их лбы практически соприкасались, поинтересовался Эмо.

– В… – Сделав непонятный жест рукой, фея все-таки ответила. – В той, – и скосила глаза в нужную сторону.

– Там комната Ритэра и еще несколько пустых, – подвел итог эльф. – Только не говори, что это не дракон, а алхимик порвал платье и зацеловал тебя так…

– Платье? Точно не он! – тут же перебила приятеля фея.

– А кто?

– Мм… водопад? – неуверенно предположила она.

– А губы тоже от водопада такие?

– Ну-у-у…

– Адель!!! – Схватив девушку за плечи, Эмиль с силой встряхнул ее. – В кого ты превратилась, Адка? Ты одеваешься, как прожженная ш… соблазнительница, флиртуешь с белобрысым ящером, строишь глазки незнакомому алхимику…

– Я ему ничего не строила! – воскликнула

фея, но он пропустил мимо ушей ее протест.

– …ты уделяешь внимание всем кому не лень, кроме меня! Как же так… Адель? Чем я хуже?

– Что? – Фея окончательно растерялась. – Это что? Ревность? Эми…

– Ревность?! – расхохотался парень, продолжая сжимать ее полуобнаженные плечи. Обычно голубые, сейчас глаза друга напоминали грозовое небо, расширенные зрачки зловеще подрагивали в окружении мрачной синевы. – Да, ррревность! – рявкнул он, обрывая смех.

А потом быстро наклонился и поцеловал ее. Мучительно-нежно и в то же время как-то… отчаянно.

От парня пахло лесом и вином. Что и почувствовала девушка, когда его губы накрыли ее. Какое-то время она пребывала в полной прострации, не зная, как реагировать. Потом попыталась оттолкнуть друга, но тот даже не сдвинулся с места. Как бы ни был ей дорог Эмиль, помирать от недостатка воздуха в свои двадцать два года фея не собиралась. Нащупав рукоять топора, она с силой дернула его вверх и тут же опустила тупым концом на ногу Эмо. Тот взвыл – Адель дернулась. Эльф отшатнулся, схватившись за ушибленную конечность, фея тоже шарахнулась в сторону, но, быстро сообразив, что промедление смерти подобно, помчалась в направлении своей комнаты.

– Подожди! – крикнул пострадавший, громыхнув топором. – Ада, постой…

«Ага, сейчас!» – мысленно ответила она, прикидывая расстояние до своей двери, а вслух крикнула:

– Ты пьян, Эмиль!

– А-а-адель! – Голос друга мало походил на дружеский, что придало ей ускорения.

Завернув за очередной угол, фея часть пути прокатилась по полу, как по зимнему катку, затем толкнула дверь Лолы, расположенную ближе, и, обнаружив, что та не заперта, влетела в покои зор-зары. Девушка закрылась на замок, перевела дыхание, прислонившись лбом к косяку, и наконец обернулась.

– Кхм… – выдала Илоланта, лежавшая на диване с чашей зора. – Полотенце в ванной.

Глава 7

– Лолочка, пожалуйста! – сложив руки в молитвенном жесте, просила Адель. Последние пять минут она сбивчиво рассказывала зор-заре о своих злоключениях, а та слушала с хитрым видом и, постукивая хвостом, пила зор. – Сходи за скрижалью, а? Мне из твоей комнаты лучше не выходить. Я боюсь, – добавила она, краснея. – У них там… обострение какое-то сезонное.

– Угу, – кивнула «пантера», насмешливо скалясь. – Ты сезон охоты и открыла, когда вырядилась в это… – неопределенный взмах лапы довершил фразу.

Фея смутилась, машинально пытаясь соединить на груди края горловины.

– Ну… ты мне поможешь?

– А что еще остается делать? – хмыкнула Лола, забирая ключ от комнаты алхимика. – Пойду… пообщаюсь с этим шустрым парнем. А ты иди, платье отожми да вытрись, – скептически взглянув на лужу, в которой стояла босая девушка, пробормотала зор-зара.