Пятая Стража
Шрифт:
Сидоров, опытный аппаратчик, на минуту задумался. А если это деза? Кто ответит?
— На дежурного доклад прошел? — спросил он. — Хорошо. Ястребову я сам позвоню. Ты будь пока на месте, он ведь может нас и сейчас высвистать. Спасибо тебе за приятное известие… на ночь глядя. Неугомонный ты наш! Вот скажи: чего нам — больше всех надо? Зачем мы суетимся, себе работу ищем?
— Не могу знать, ваше высокопревосходительство! — не остался в долгу Шубин. — Хотите — будем считать, что я вам не звонил.
— Еще чего… Не очень и хотелось ехать на эту рыбалку. Я и рыбу-то не люблю! Ты же знаешь — я мелкую рыбу выбрасываю,
— Как там леска?
— Да все уже. Порядок.
— Неужели распутали? Так быстро?
— Издеваешься?! Я ее отрезал нафиг и выбросил! Давно пора было так сделать. Теперь будет не до рыбалки…
Шубин положил трубку. Звякнув, лопнуло звено в цепи недовольства и скуки.
Зачем нужна «наружка»? Потому что среди людей бывают такие козлы!..
— Сибирская язва, — Волан поднял кверху худой острый палец, — общее острое инфекционное заболевание людей и домашних животных. Ты, Ролик, тоже можешь заболеть. Заболевание у человека характеризуется высокой температурной реакцией и образованием на коже и слизистых оболочках спе-ци-фических карбункулов… либо развитием воспалительных изменений в легких или кишечнике с явлениями кровоточивости. Возбудитель сибирской язвы — крупная палочка с как бы обрезанными краями, хорошо растущая в простых питательных средах. Во внешней среде палочка образует споры. Они сохраняют свою жизнеспособность в течение длительного времени…
Арцеулов скороговоркой читал вслух реферат студента взвода А-31 Российского Химико-технологического университета Халлиулина Рустама Закарьевича, выуженный Димой из недр Интернета. Содержимое полусотни страничек заставляло подозревать Рустама Закарьевича в человеконенавистничестве.
— А как долго сохраняют? — поинтересовался Вовка Черемисов, он же Морзик.
— Не сказано… Двоечник, наверное, писал. Споры сибиреязвенного микроба устойчивы к воздействию высокой температуры и дезинфицирующих веществ… выдерживают тридцатиминутное кипячение в воде… в слабых дезинфицирующих растворах не погибают до сорока суток и даже в крепких растворах дезинфицирующих веществ могут выживать в течение часа! А что такое «крепкий дезинфицирующий раствор»?
Разведчики пожали плечами.
— Спирт, наверное, — предположил Тыбинь, он же Старый. — Неразведенная гидрашка.
Группа капитана Зимородка скучала в комнате отдыха на базе в ожидании Шубина. Женщины и Ролик заняли диван, Константин Зимородок и Тыбинь по праву сильнейших — кресла. Черемисов и Андрей Лехельт ютились на жестких стульях. Забежавшему Волану места не хватило, и он уселся прямо на стол перед телевизором. После ранения Диму сняли с оперативной работы, он ходил пока вторым номером у оперативного по «кукушке», но всегда заглядывал к своим ребятам.
На стене, приколотые кнопками к фотообоям с березками, висели карта Ленинградской области с помеченными Морзиком местами раскопок скотомогильников и копия эпизоотической карты района, которую Вовка раздобыл «у агента» в архиве комитета по здравоохранению.
— Человек может заразиться сибирской язвой при уходе за больными животными, — частил Волан нараспев, — соприкосновении с предметами и сельскохозяйственными продуктами, кожами, шерстью, зараженными спорами, употреблении в пищу зараженного мяса…
— А также при контакте с проползающим мимо террористом, — сказал Зимородок, оперативный позывной которого был Клякса. — Ты все подряд не читай. Самое важное давай.
— А что тут важное? Вот это, наверное… Сибирская язва в зависимости от пути проникновения возбудителя в организм может быть кожной, легочной и кишечной формы. Для развития кожной формы достаточно десять микробов, а для легочной требуется вдохнуть двадцать тысяч спор. Здорово!
— Вдыхаешь — и считай! — засмеялся Лехельт, за плоский нос получивший позывной «Дональд». — Чтобы не перебрать!
— Мальчики, не мешайте, — заинтересованно сказала Кира Алексеевна. — Читай дальше, Димочка.
Кире прописали очки. Сегодня она впервые их надела и все поправляла на тонкой переносице. Собственно, прописали их давно, и они уже год как пылились дома — Кира считала, что очки ее старят. Но вчера ей пришлось стрелять, спасая Тыбиня — и она впервые почувствовала себя неуверенно…
— Заболевание начинается через два-три дня после заражения, иногда через несколько часов, суток и позже, — забубнил Волан. — Вот, это интересно! Кожная форма сибирской язвы начинается с появления на месте внедрения микробов красного зудящего пятнышка, оно вскоре превращается в плотный узелок. Через несколько часов на вершине узелка образуется пузырек, наполняющийся постепенно кровянистой жидкостью. Пузырек лопается, и на его месте появляется черная корочка — участок омертвевшей кожи. Вокруг этого места возникают новые пузырьки, которые проходят тот же цикл развития. Так образуется сибиреязвенный карбункул. Кожа вокруг карбункула воспаляется и становится красной, появляется большая отечность. Характерная особенность сибиреязвенного карбункула — слабая болезненность по сравнению с обычным фурункулом.
— Ужас какой-то! — поежилась на диване Людочка-Пушок. — Давайте не будем это слушать!
— Нет, давайте будем! — вскричал лохматый Ролик ей в пику. — Я хочу знать, как все будет происходить!
— Предупрежден — значит вооружен! Sic! Так говорили древние, — поддержал его Дональд.
Клякса кивнул, и Арцеулов продолжил чтение.
— Одновременно с развитием сибиреязвенного кар бункула повышается температура. У некоторых больных уже на второй день болезни она достигает сорока градусов! При благоприятном исходе после шестого дня болезни температура снижается до нормы, отек пропадает, карбункул постепенно рассасывается, корочки отпадают, язва рубцуется… Сибиреязвенный карбункул чаще всего развивается на открытых участках кожи: на руках, лице, голове. Сибирская язва кожной формы без лечения заканчивается смертью в одном случае из десяти заболеваний.
— Ну — это совсем неинтересно! — разочаровался Ролик. — Всего десять процентов!
— А ты хотел, чтобы все умерли, что ли? — возмутилась Людочка.
— Ну факт! Как в кино! Мертвый город!
— Не увлекайся, — на взлете остановила фантазию Ролика Кира Алексеевна.
— Людка! — в притворном ужасе скривился Морзик. — У тебя покраснение на щеке! И узелок, кажется, формируется!
— Дурак! — Пушок вскочила с дивана, подошла к зеркалу. — Где?! Ничего нету! Константин Сергеевич, ведь ничего нету, правда?!