Пятьдесят
Шрифт:
Понимаю вас, мистер Берри, - Моррис оглянулся на группу людей, от которых сам только что отделился, - вы имеете полное право так поступить. Если будет возможность, возьмите с собой на обратном пути хоть один экземпляр, а если нет — ну и черт с ним!
Клайв внимательно посмотрел ему в глаза, а затем кивнул и обвел взглядом свой отряд:
Ройтеров всего пять. Понятно, что на всех не хватит. Позвольте, я дам их тем, кому считаю нужным, без объяснений. При случае каждый из вас сможет воспользоваться этим оружием но сейчас я поступлю так —
Сопровождая свои слова действием, Клайв вручил ройтеры всем названным и еще раз осмотрел строй.
Ну что же, - сказал он, - предлагаю начать. Скоро мы станем героями... или не станем ими. Не суть важно. В случае удачной попытки перемещения нам предстоит невероятное путешествие. Я не знаю, что нас ждет там, но в том, что в этом случае мы справимся с Грюнфельдом я не сомневаюсь. Вперед, господа! Мистер Моррис, подавайте военным команду. А говорить красивые слова.... потом будем!
Хорошо, мистер Берри. Если все готовы, то начинаем!
Моррис обошел строй, по очереди пожимая всем руки, а затем отправился к дому, по пути сделав знак группе военных следовать за собой.
Идите за ними, - сказал Клайв своим людям.
– Я сейчас подойду!
Что случилось?
– спросила Глория, которая отстала от остальных и подошла к нему.
Ничего, милая. Хочу сказать им несколько слов, - Клайв кивнул на сенатора, мэра и остальных.
Понятно. Тогда я пойду?
Да, конечно. Я быстро!
– Клайв поцеловал ее и быстрым шагом направился у автобусу.
Прошу меня извинить, господа, - сказал он, подходя к группе руководства, - я дал команду начать операцию, немного обойдя при этом вас. Ваше участие в деле, несомненно, принесло огромные плоды. Без него возникло бы столько трудностей, что, как я сейчас понимаю, привело бы к общему поражению. Огромное вам всем спасибо! Но я не хотел, чтобы сейчас мы тут долго говорили красивые напутственные слова — думается, они ни к чему. В команде есть настоящий боевой настрой и незачем лишний раз смущать людей. Вы понимаете меня?
Все в порядке, мистер Берри, - ответил сенатор Вадс.
– Мы все здесь не глупые люди, через многое прошли и понимаем жизнь получше многих. Вы сейчас вправе поступать так, как считаете нужным, так что не оправдывайтесь. Я вижу, солдаты уже встают на позиции... пойдемте туда!
Спасибо, господа!
– Клайв отошел на пару шагов и сделал в их сторону легкий поклон.
– Мы все отвечаем за исход дела, и я понимаю, какая ответственность лежит на каждом из вас. Но не волнуйтесь, мы не подведём!
Он развернулся, и предлагая всем следовать за собой, направился к дому, возле которого, уже собралось не менее полусотни человек. Солдаты в ожидании приказа поглядывали на своих командиров, а те, в свою очередь, ждали последней отмашки от высшего руководства. Команда Клайва стояла перед калиткой, ведущей к дому, молча глядя на открытую
Ну вот и все, - сказал Берри, подходя к ним, на ходу снимая куртку и бросая её на землю, - сейчас начнется! Значит так: как только откроется проход, я иду первым, Глория сразу за мной. Остальные двигаются в порядке очереди, строго через десять секунд за предыдущим. Всё понятно?
Да, сэр!
Сомнений нет.
Нет!.
Тогда в бой!
– он повернулся, и поймав взгляд Морриса, поднял руку.
– Давай!
Тот кивнул, и обернувшись к стоявшему рядом полковнику Манстеру, отдал короткий приказ. Манстер молча отдал честь, достал из кармана рацию, и в следующую минуту три огнеметчика, находившиеся непосредственно возле дома, начали свою работу. Первые струи огня прошлись по крыше, и было видно, как горящая жидкость, разливаясь по ее волнистой поверхности, проникала во все щели, поджигая уплотнитель между листами кровли. Затем, стоявшие по периметру солдаты, короткими очередями разбили окна на обоих этажах, и тут же огнеметчики направили в них свои смертоносные струи. Действовали они четко и слаженно, и вскоре в доме не осталось ни единого места, не пожираемого огнем.
Хватит!
– крикнул Клайв, обернувшись туда, где стоял Моррис и остальные.
– Теперь будем ждать!
Солдаты отступили, и все стали зачарованно смотреть как разгорается учиненный ими пожар. Первое время казалось, что по мере выгорания горючей жидкости огонь становится тише, но вскоре он занялся с новой силой. Особняк, более чем наполовину сделанный из дерева и других горючих материалов, разгорался подобно исполинскому факелу. Пламя с ревом вырывалось из окон, трещали перекрытия, а кверху уже поднимался огромный столб едкого черного дыма.
Везувий, блин!
– проговорил Борс.
– Черт подери, но вы видите — из входной двери нет даже дыма!
Это видели все. Вокруг все горело, но за проемом двери по прежнему была темнота, и пламя, освещавшее всё вокруг, казалось, было не в силах её побороть. Клайв снова оглянулся — кинокамеры работали, операторы находились на своих на своих местах. Он нащупал руку Глории и крепко сжал ее.
Кино про нас уже снимают, - тихо сказал Берри.
– Получится у нас или нет, но популярность гарантирована. Тебе страшно?
Очень!
– призналась она.
– Несколько минут назад еще не было страшно, а теперь, когда я вижу все это, я боюсь.
Всем страшно?
– спросил Клайв, смотря на своих людей.
А ты думал!
– Мэнгрум ответил за всех.
– Самосожжение в планы не входило.
Так!
– Клайв повысил голос.
– Давайте отойдем подальше!
Действительно, находиться возле горящего особняка становилось опасно. Волны раскаленного воздуха одна за другой находили на них, каждый раз становясь все горячее и горячее. Солдаты тоже стали отходить, спасаясь от нестерпимого жара.