Пятно
Шрифт:
У Дамбо, разумеется, ничего подобного не наблюдается. Ему всего-то и нужно, чтоб работающая с ним Шейла использовала свой человеческий интеллект.
И тот, другой робот, очевидно, наделен теми же качествами, причем совершенно неважно, позитронные ли у него мозги или нет. По всей видимости, он принял меня и другие фигуры в черных шлемах за
— С чего это ты взял?
— Модели поведения — это тоже данные. И тоже могут быть интерпретированы чисто интуитивно. В точности так же я расценивал действия того робота, вот и он оценивает вас таким же образом. К примеру, все то время, что мы пытались обследовать этот куб, мужчины, возможно чисто подсознательно, предпочитали оставаться между своими спутницами и краем обрыва. Думаю, что ключ к разгадке подобного поведения возник у робота еще у Барко, когда мы…
— Когда этот идиот Линг взял на себя риск и отпихнул меня от края холма! — воскликнула Шейла.
— Да, похоже на то.
— Но на самом деле никакого риска в том не было. Секунд за пять до того, как оказаться на дне, я могла бы подпрыгнуть, оттолкнувшись от этого куска льда, и спокойненько приземлиться. Как если бы спрыгнула со стола в комнате.
— Откуда этому роботу знать, на что ты способна?.. Он углядел в его поведении самую суть — он защищал человеческое существо. А это можно интерпретировать как повиновение Первому Закону Роботехники. И самое яркое отличив между вами двумя был цвет шлемов. Подобный вывод можно было бы считать спорным, если эта штука наделена достаточным интеллектом, но ведь позже он подтвердился.
— Тогда получается, что, защищая жизни людей, ты действуешь на уровне догадок, — заметил Луис. — Разве это соответствует Первому Закону?
— Ничего подобного. Жизни людей и без того подвергались риску, и никакой моей вины в том не было. Тогда это был лучший
— Так, стало быть, еще один старомодный хеппиэнд! — со смехом воскликнула Чиспа. — Мы нашли доказательство существования внеземной жизни, а когда Чайл, а может, Чайл вместе с Дамбо, расшифруют код этой машины, у нас есть шанс узнать все, что ей уже известно на данный момент о Миранде. И на головы нам так и посыпятся Нобелевские премии и все такое прочее… Она подошла поближе к Луису. Затем, насколько позволяло забрало шлема, взглянула на Шейлу. — Что ж… — тут голос ее замер.
В наушниках прозвучало столь хорошо знакомое им всем насмешливое фырканье Линга.
— Раз все так просто и очевидно, не о чем и говорить! И потом, помните, существует еще такая штука, как самоуважение, — и он снова насмешливо фыркнул.
— С самоуважением, пусть даже порой оно перерастает у некоторых в самомнение, еще можно смириться, — спокойно заметила Шейла. — Все лучше, чем выслушивать глупые намеки. А как насчет того, чтобы назвать нашу команду именем Рорчача?
— К чему скромничать? Не кажется ли вам, что «Пятно» куда как благозвучнее? Впрочем, готов согласиться с любым, какое вы предложите. Ну, ладно, если не считать потраченного времени…
— А может, те ребята, что установили тут эту станцию, скоро вернутся! — весело перебила его Чиспа.
– -
Антология "Курсанты Академии", М.: Эксмо, 2002 г.
Hal Clement «Blot» (1989)
Перевод с английского Н. Рейн