Пылай!
Шрифт:
— А послезавтра? — уточнил Юсиф.
— А послезавтра в старый колодец его, — ответил Роуль и уставился на старика. — Я не шучу. Медитация на неделю. Если сам не выберется — через неделю вытащите. Понял?
— Понял, чего не понять, — кивнул Юсиф. — Сегодня кормим, моем. Завтра готовим. Послезавтра в колодец.
— Ты знаешь, чем заниматься в колодце? — Уточнил у парня упырь.
— Медитацией, — буркнул Грот. — Сами только что сказали.
— Ну, раз знаешь, то не буду тебя удерживать. Тебе еще с наложницами разбираться, — улыбнулся
— А чего с ними разбираться? — нахмурился парень, но ответа не дождался. Учитель повернул голову и замер.
Перед глазами Роуля был марципан. Тот самый черный плотный комок из миндаля и черного сахара.
— Откуда здесь… — произнес он и расплылся в улыбке.
За черным комком, ползшим по крыше, из небольшой щели показались темные комки поменьше. Они словно утята стремились за своей уткой, выстроившись в ровную полосу.
— Они размножаются! — со счастливым лицом произнес упырь, повернувшись к ученику. — Ты понимаешь, что это значит?
— Н-н-нет, — смутился Грот. — Кто размножается?
— Марципаны! Они размножаются! — чуть ли не подпрыгнул Роуль. — Мне нужно срочно к Хойсо! Это новое слово в магии!
Учитель метнулся в тень и исчез, использовав ее как портал.
Грот перевел взгляд на старика.
— Чего не так с наложницами?
— Молодой, — вздохнул старик. — Многого не знаешь.
— Ну, а ты старый. Если знаешь — говори, не мути воду.
— Бабы без мужика долго тоже не могут. Стерва в них просыпается. Понимаешь?
— Ну.
— А тут не одна, а пять, — вздохнул Юсиф. — Пять стерв в одном доме. А сейчас я им скажу, что хозяин их им больше не хозяин. А потом еще тебя, сопляка, подсуну. Вот тут они мне жару дадут, к гадалке не ходи.
Грот нагнулся к земле и взял в руки небольшой камешек. Сжав его в кулаке, он молча метнул его в свежепостроенную каменную стену.
БА-БАХ!
Взрыв был громкий, резкий и оглушительный. Его точно слышало все поселение. Юсиф взглянул на парня перепуганными глазами, а тот смотрел на старика с вызовом.
— За словами следи, старче, — произнес он, не отводя взгляда. — Не посмотрю, что старше. Понял?
— Понял, — кивнул Юсиф.
— И не сопляк я тебе. Шестнадцатая весна идет.
— Ну, раз шестнадцатая, — произнес старик, стараясь не подавать виду, что задумал пакость. — То будешь за взрослого расхлебывать.
Рус сидел на огромном валуне.
Парочка мастеров по дереву бились почти две недели, но сумели выполнить в огромном валуне достаточное углубление, чтобы его можно было использовать как сиденье. С третьей попытки. Предыдущие два огромных валуна под натиском двух плотников, не имевших никакого опыта работы с камнем, раскололись. Увы, ни одного достойного резчика по камню или хотя бы знакомого с технологией резки камня в баронстве Лордейл-Гофман не нашлось.
Парень занимался медитацией в этом кресле уже две недели и, несмотря на то, что учитель
После десяти дней постоянных медитаций на камне он смог зажечь камень, на котором сидел, но при этом не влил в него ни капли своей силы. Условия для дальнейшего обучения Роуль обозначил четко. Русу требовалось научиться взаимодействовать со стихией там, где ее нет и быть не может. Сейчас же Рус, словно мастер огня из империи, восседал на камне, который был объят пламенем, словно зачарованный артефакт.
— Неплохо, — раздался голос учителя и вывел парня из медитативного транса. — Очень неплохо, если бы ты сделал это с полгода назад.
Рус открыл глаза и недовольно взглянул на учителя.
— Во-первых, пламя слишком маленькое. Для твоего объема подобный контроль волей стихии смехотворен, — поучительным тоном произнес упырь. — Во-вторых, цвет пламени едва оранжевый. Мало того что контроль волей слишком слаб, так еще и вкладываешь ты усилий по минимуму. Если бы по-серьезному сосредоточился, то пламя было бы голубого цвета. Ну и в-третьих… почему так долго?
— Долго? Да я тут уже месяц мучаюсь, чтобы заставить гореть камень! Что я буду делать с водой, я вообще не представляю! — возмутился Рус. — Это же безумие какое-то, заставлять гореть камень, причем без силы.
— Это безумие когда-нибудь спасет твою жизнь, — язвительно произнес Роуль. — К тому же это прямой способ решить проблему с твоей задачкой о земельном наделе для магических сортов.
— Каким это образом? — спросил Рус.
Несмотря на то, что он погружался в медитацию, думать о проблеме, возникшей с его огородами, он не переставал.
Идея лежала на поверхности. Создать кусок земли, который без каких-либо вливаний силы стал бы плодородным для магически выведенного перца или других растений. Участок должен был быть небольшим, но выделять столько силы огня, чтобы на нем все прекрасно росло. Ну и расположение возле замка или города было обязательным.
Проблема с этой идеей заключалась в том, что постоянное выделение силы могла создать только стихия. Другие варианты с артефактами или ритуалистскими приемами были ненадежны и затратны по силе. То есть их рано или поздно приходилось заправлять силой, а то и вовсе заменять на новые.
— Простым. Если ты сможешь создавать силой воли пламя в любой стихии, то сможешь перейти к следующему шагу — более глубокое взаимодействие со стихией. Воздействовать на мир, заставляя его прогнуться под твою стихию. Это даст возможность тебе… — тут упырь протянул руку к ученику и показал жестом ему продолжать.
— Даст мне возможность притянуть стихию огня к нашему миру, — произнес Рус. — Я смогу сделать локальный выход силы?
— А ты не безнадежен, — хмыкнул Рус. — Только вот выход силы будет не постоянным. Лет на двести хватит, а там пойдет на спад.