Раб страсти
Шрифт:
— Силы у тебя только на этого жучка и хватит. Было бы больше, с твоей энергией и фантазией, легче было бы тебя прибить.
Вот так вот и жил. Зато теперь цветы проращивал и сажал сам, создавая ими красивые узоры. Другое не получалось, но на цветы меня хватало. Предварительно, пришлось проштудировать кучу литературы.
Как и обещал дедуле, научился создавать кристаллы памяти с необходимыми мне параметрами. Многое из прочитанного сливал на них.
Наше с ребятами детище процветало, принося неплохой доход, это позволило
Во второй половине года стал очень раздражительным, перепады настроения были очень сильными, сразу сообщил деду и мне стали давать какой-то состав из трав, прокомментировав единственным:
— Скоро.
Мой сосед по комнате похорошел ещё больше, немного вытянулся, я не раз замечал заинтересованные взгляды на него. Но, зная мои закидоны, подходить боялись. Пришлось поинтересоваться у котёнка, хочет ли он ухаживания, отношений, вдруг я отпугиваю. Малыш заверил, что сейчас не время, а если это настоящие чувства, то я им не помеха. Вот и ладушки.
В один прекрасный день осени проснулся от боли во всё теле, кажется, крутило и выворачивало каждую косточку в моем теле.
— Лан, — простонал я, — рысёныш проснись. Беги к ректору, пусть вызывает деда, кажется, началось.
Котёнок, от моих слов, резко проснулся и, как был в шортиках и майке погнал к Салвенасу. Сцепив зубы, сполз с кровати, хотелось больше пространства. Сколько прошло времени с момента ухода Лана не знаю, мне показалось пару минут. В двери вбежал ректор, за ним влетел рысёнок. Дракон, не теряя времени даром, подхватил меня на руки и куда-то понёс. Я терял связь с действительностью, что мне категорически запретили делать.
— Говорите со мной, — вырвалось хрипом из моего рта, — я буду держаться за голос.
И со мной говорили, Ланеран рассказывал о нашей первой встрече, как испугался, как рад, что я вмешался, счастлив, что обрёл такого друга. Рядом с ректором вышагивала, Багира, беспокойно мяукая. Когда прибыли на место, меня опустили на каменный пол, кошка тут же улеглась рядом, мурча и пряча морду на моей груди. Пальцами вцепился, в её шерсть, тихонько подвывая.
Деда с Рашаном почувствовал раньше, чем они преступили порог зала, в котором я метался по полу.
— Малыш, ты как? — кинулся ко мне дед.
— Тебе культурно или мне сегодня простят всё? — еле прохрипел я.
— Шутит, значит нормально, — дал заключение тигр, — Адрианарс, раздевай его. Ланеран, обернись, так легче перенесёшь происходящее или иди в комнату.
— Я останусь, — рысёныш стянул майку и шорты, и обернулся.
Что происходило дальше, помню смутно, меня держали голоса. В какой-то момент мне почудился голос отца, напрягся, хватаясь за него, пытался понять слова.
— Давай, сын, я верю в тебя, ты справишься. Мальчик мой, как же я скучал, — бормотал
— Отойди немного, Даритас, пора.
Сильнейшая боль ломает тело.
Открываю глаза, полумрак большого зала, рядом знакомые запахи.
— Пума, — выдох, который звоном разносится в моей голове.
Заинтересовано приподнимаю гудящую голову, пытаясь понять, где пума. Вижу сидящего рядом отца. Радостно улыбаюсь ему, пытаюсь принять горизонтальное положение, что бы обнять. Ничего не получается, в недоумении возмущаюсь, получается обиженный мяв. Перевожу взгляд на руки. Оборот, дубинушка, возвращает меня на землю память.
— Мя? — выдаю я.
По залу разносится смех.
— Я тоже рад тебя видеть, — улыбается папенька.
Ползу на брюхе к нему, утыкаюсь мордой в колени. Меня гладят, чешут ушки, прррриятно.
— Не ленись, вставай, давай, — командует Рашан, стягивая с себя одежду, мгновение и передо мной огромный тигр. Я — котёнок, я котёнок, мать вашу.
— Не совсем котёнок, почти взрослая особь, — поясняет дед в моей, кружащейся головушке.
— Это всегда будет так больно?
— Для тебя, так больно только в первый раз, следующие будут легче, — подключается тигр. — Вставай, быстрее освоишься в новом теле, быстрее вернёшься к привычному облику.
Пришлось поднимать свой хвостатый зад, поддерживали Гира и рысёнок. Дальше учился управлять четырьмя, нет, пятью конечностями, хвост так и норовил куда-нибудь встрять. Пробегал кошаком целый день, выполняя все команды Рашана, команда поддержки не отставала.
Вечером разрешили обернуться. Небольшая, слегка выкручивающая, боль в костях и вот я сижу голым задом на полу в своей комнате. Рядом обернулся Ланеран и быстренько стал натягивать штаны. Мне тоже протянули штаны, батенька озаботился.
— Откуда ты здесь? — спрашиваю, натягивая предложенное.
— Соскучился, не хотел пропустить твой первый оборот?
— Редиской был, редиской и остался, — выдыхаю я, делая шаг и прижимаясь к телу отца. — Я очень скучал, честно.
— Я тоже, сын, я тоже, — прижимают меня к себе, до хруста в костях.
Рассевшись на кроватях, делились новостями, в основном рассказывали я и дедушка, иногда подключался Лан. Нам, с разрешения ректора, принесли ужин. После, решили с отцом прогуляться по саду.
— Я рад, что с тобой всё хорошо. Ты многого достиг, — улыбался отец.
— Да, дед очень помог. А как у тебя дела? Ты молчишь, ничего не рассказываешь.
— Как всегда, работа, проблемы.
— Как он? — решаюсь задать вопрос.
— Скучает. До него дошло, насколько глуп он был. Гарем, почти весь, распущен и раздарен. Он принял твой выбор невесты, ведутся переговоры о свадьбе, когда она вступит в пору, будет заключён союз.
— Что-нибудь просил передать? — сердце сжалось в ожидании, а мозг гнал надежды вон.