Раб
Шрифт:
Тюк с мягким шуршанием свалился с худых плеч на пол, подпрыгнув, как большой мяч. Из него посыпались листья.
– Кто вы? – Собственный голос больше напоминал ему слабый шёпот.
– Зови меня Дед. – В свете свечи перед ним появилось морщинистое лицо в белом облаке волос. Синие глаза смотрели с грустью.
– А кто ты, человек?
– Я?
– Имя твоё как?
– Андрей. Я Андрей. – Он будто со стороны, заново услыхал имя. Это его имя.
– Андрей? Андрей, хм. – Старик будто пробовал имя на вкус. – И отошед он ко Христу, и свет исходил от него, и упали враги его на колена и убоялися.
– Где
Дед вздохнул:
– Это очень плохое место, Андрей. Здесь убивают души людские, не убоявшись гнева божьего. Здесь алчность наполняет сердца чёрной кровью. Желты их глаза, кривы когти, страшны их замыслы. Но будет и им по заслугам, как и каждому из нас, всякому в свой срок.
Глава 5
1
Ольга Анатольевна с тревогой взглянула на часы – 18:00. Она приложила руку ко лбу и долго и пристально вглядывалась. Перед ней белой пустыней расстилался пляж. Сегодня ветер дул с моря и голубые волны, одетые в белые шапки пены, ударяли в берег, издавая мерный успокаивающий шелест. Пляж был пуст. Ни единой души. Даже рыбаков не видно. До наплыва туристов ещё далеко. Вдали, окрашенные клонящимся к закату солнцем, горели скалы.
С трассы послышался шум подъезжающего автомобиля и через минуту старенький УАЗ подкатил к пункту проката и противно скрипнул тормозами.
«Вот и муж приехал. Пора закрываться» – Подумала Ольга Анатольевна и снова взглянула в сторону скал.
За спиной хлопнула дверца УАЗа. Послышались шаги. Сзади подошёл муж:
– Поехали, что-ли, Натольевна? – Муж положил мозолистые ладони на плечи Ольги Анатольевны.
– Охь! – Она, не отрывая ладонь ото лба, дёрнула плечами, сбрасывая руки мужа, и давая понять, что не в настроении. – Говоришь, говоришь этим остолопам: «До ше-ести-и», – а им всё едино. Два дня было, нешто не наплюхался. Теперь стой, жди. Идиоты какие-то, а не люди.
– Что случилось, Натольевна? Опять опозданцы?
Она оглянулась и строго взглянула в глаза хитро улыбающемуся мужу:
– Не опозданцы, а опозданец. А ты, вот, сходил бы да поторопил. Чё зря скалиться?
Муж сделался серьёзным под этим строгим взглядом супруги:
– Далеко?
– Да вон, за скалами у родника, скорее всего. Больше негде. – Она ещё раз приложила ладонь ко лбу и посмотрела в сторону скал. – Сходи, глянь, а?
Муж нехотя снял обувь и поплёлся к скалам, утопая в ещё горячем песке порепанными, как резина старых автомобильных покрышек, пятками.
Вернулся он через час удивлённый и увешанный вещами из пункта проката.
– Чудеса!
– Что? А где этот, отдыхающий?
– Подхожу я, значит к месту…
– Да говори ты толком, не тяни.
– Ну, короче, подошёл я – всё лежит собрано и, так это, кучкой. А вокруг никого.
– Как, никого? Вообще никого?
– Ага. Я до моря прошёл, к роднику, по тропинке до самой дороги поднялся, покричал – никого. И следов не видать. Правда, там камни одни.
– Да, ну как же? – Ольга Анатольевна прижала пальцы к вискам. – А деньги? А паспорт? Паспорт то у меня остался. Где же его теперь искать. Этого.… – Ольга Анатольевна развела руки в стороны.
– Ты, Натольевна,
Все вещи оказались в наличии и в исправном состоянии. Ольга Анатольевна внесла отметки в журнал и разложила вещи по полкам.
– Ну вот, теперь до утра не усну. Места себе не найду. Чё делать-то?! – Она тяжело дышала.
– А давай позвоним Сергею Степановичу. Сообщим ему, мол, так и так, человек брал вещи, пожил на природе. Вещи на месте – человека нет. Не заплатил, но паспорт остался. И пусть его мен… ой, полиция поищет.
Она недоверчиво взглянула на мужа, вынула из кармана шорт мобильник и запикала кнопками.
– Сергей Степанович? Алё.
– …?
– Да, да, гы-гы, это я, я.
– …?
– Да прямо не знаю, как сказать.
– …?!
– Тут, такое дело. В субботу пришёл человек. Взял вещи. Ушёл к морю. Вещи на месте, а человека нету. И, главное, не заплатил, но паспорт остался. Вот. – Она поднесла паспорт ближе к мобильному телефону.
– …?
– Да-да. В субботу. Муж, ага. Пошёл поторопить, а там вещи лежат и никого. И вот паспорт. – Она снова поднесла паспорт к экрану мобильника.
– …
– Ага. Ага. Ждём, ага. Ффу-у… – Ольга Анатольевна шумно с облегчением выдохнула. – Охь, не умею я спокойно с мен…, ну с этими разговаривать. Всё, кажется, что он чё нить предъявит или спросит, чё нить. Сказал щас подъедет. – Она спрятала телефон в карман.
– Да ладно, Натольевна. Сергей Степанович человек интеллигентный, офицер. Он зря придираться не станет. А ты пока замыкай, замыкай сарай свой.
– Сара-ай…
Через пятнадцать минут послышалось шуршание шин и к пункту проката, сверкая никелем колёс, съехала серебристая Хонда. Хонда притормозила рядом с УАЗом и сверкнула фарами. Из неё вышел мужчина, лет сорока, одетый в милицейскую форму, идеально сидевшую на его плотной фигуре. На погонах красовались капитанские звёздочки. Супруги заспешили к нему. Не сдвинувшись с места, он пожал руку мужу Ольги Анатольевны, глядя мимо него и полу прикрыв веками серо-зелёные глаза. Муж слегка поклонился и выгнул спину.
– Ну, что случилось, Ольга Анатольевна? – Голос капитана звучал ровно, спокойно, но властно.
– Да вот, Сергей Степанович, опять. Говоришь им, говоришь, и всё бес толку. Позаливают глаза, небось, а ты тут переживай.
– Где паспорт?
– А. Вот. Сейчас. – Паспорт застрял в кармане, и Ольга Анатольевна разнервничалась ещё больше. – Вот. Вот он. Ага. Гы-гы. – Она, наконец, протянула паспорт Сергею Степановичу подрагивающими руками.
Он взял паспорт и, даже не заглянув в него, спрятал в нагрудный карман. На полных щеках прорисовались и двинулись скулы.
– И что, совсем никого?
– Абсолютно никого. – Муж чуть выступил вперёд Ольги Анатольевны и закивал. – Я всё обошёл, и к морю, и по тро…
– Описать сможете?
– Что?
– Описать сможете владельца паспорта? – Он оглядел Ольгу Анатольевну с ног до головы.
– А да, конечно. Такой, представительный, судя по лицу. Я ещё удивилась, на начальника похож, а приехал на частнике.
– Машину запомнили?
– Да. Тойота, белая такая. Марк-2. У нас у соседей такая же.