Рабыня
Шрифт:
Юноша опомнился и отскочил от абажей. Часто оглядываясь, все трое поселян вернулись к землянке, где навстречу им уже распахнул тяжелый люк Пер.
– Не собираются?
– опять спросил Еттер у Лиззи, забравшийся в лаз.
– Нет, сидят и спорят о чем-то. Нельсон вроде бы на лодки пару раз показывал… Но этот высокий так и зыркает в нашу сторону. Запала ему Линорка.
– Хватит глупости болтать! Запала… Он ее и не видел толком!
– Еттер встал и раздраженно прошелся по землянке, распихивая сидевших вокруг него
– Не к добру все это. Не к добру.
Ничего глупее и сказать было нельзя, но никто не улыбнулся. Люди, жившие в поселке, никогда не считали себя одной семьей, часто ссорились, а то и враждовали, но теперь вдруг поняли, что в целом мире у них нет никого, кроме друг друга. Возле Ансона сидели сразу три женщины и наперебой старались поправить старику то подушку, то одеяло. Однако тот раздраженно отмахивался, и вдруг попросил позвать Авера.
Сначала его не поняли, но потом сбегали за юношей в угол, облюбованный молодежью. Тот явился хмурый, считая разговор со старым дураком пустой тратой времени. Сморщившись, он наклонился к Ансону, заранее страдая от слюны, которая неминуемо забрызгает ему ухо.
– Нож, - сказал Ансон.
Юноша ждал продолжения, но его не последовало. Он недоуменно выпрямился, вгляделся старику в глаза, потом опять подставил ухо.
– Нож. Возьми.
Авер наконец понял, что происходит. Старый прохиндей не прятал нож в лесу, он хранил его здесь, в землянке! Юноша провел рукой по одеялу, и не ошибся, нащупав в руке Ансона твердый, острый металл. Стараясь не привлекать внимания, он присел рядом и осторожно достал нож, который тут же спрятал в рукаве. Потом опять подставил ухо, подчиняясь взгляду Ансона.
– Беги. Не умирай как я.
Неужели все-таки есть человек, с которым можно спокойно поговорить, посоветоваться, который будет думать не только о себе и о поселке, а об Авере! Юноша сказал в старческое, заросшее седыми волосами ухо:
– Как же вы? Некому скоро будет о вас заботиться. Свен один не сумеет, да и абажами вот история приключилась… Как же Линор, Фцук?
– Думай о себе, если сам знаешь, что о других думать поздно. А про своих не забывай. Найдешь место - вернешься за теми, кто выживет. Только на тебя и надежда у них.
Авер и не знал, что старик еще способен так ясно выражаться. Да, он прав, вовсе не нужно никого предавать! Наоборот, пора позаботиться о поселянах, раз Еттер сам не может догадаться. Вот только время ушло, скоро лед встанет…
– Когда мне идти? Теперь уже скоро холодно.
– Возьми жира, легче будет огонь разводить, да лицо им натрешь. Если ручей встанет, иди по льду, только будь осторожен - вода течет с юга, она теплая. Ждать нечего, иди как только уйдут абажи. Я сам когда-то хотел… Но всегда что-то мешало. Слушай еще: Еттер решит тебя заженихать с Линор, раз ты совсем от рук отбился. Откажись, беги. Иначе останешься на год, другой, и никогда не уйдешь. Как я… Иди, помирать буду.
– Спасибо, - искренне поблагодарил Авер, но старик уже закрыл глаза.
Вернувшись в угол, юноша втайне от всех как мог рассмотрел
– Что там у тебя?
– углядела Линор.
– Руку поцарапал, - соврал Авер.
– Лиззи, не собираются?
– Ну, еще ты меня донимать будешь?!
– возмутилась из лаза женщина.
– Ох, да где же они?.. Просмотрела. Лодок нет, абажей нет, только костерок дымится.
– Ура!
– Линор и Фцук сорвались с метса, побежали к люку.
– Куда?!
– взвился Еттер.
– Мало мы из-за вас натерпелись?! Назад, сперва мы с Пером посмотрим.
Они осторожно поднялись на поверхность, потом разошлись в стороны. Убедившись, что абажей нигде не видно, староста наконец позволил поселянам выбраться подышать воздухом. Люди, радуясь, что избежали серьезной опасности, загомонили, разбрелись по своим небогатым владениям. Конечно, впереди их ждет еще много неприятностей от хозяев ручья, но об этом будет время подумать зимой. В этом году абажи не вернутся, скоро придут холода.
Лиззи потребовала, чтобы Фцук и Линор пошли с ней в Светлый лес, собрать последние оставшиеся на кустах ягоды - она считала их самыми вкусными. Девушки с удовольствием согласились, уж очень тяжелый дух стоял в землянке, хотелось уйти подальше. Староста проводил их тяжелым взглядом, потом подозвал Ларри.
– Неспокойно мне почему-то. Сходи с ними, ладно? Присмотри, а если что - кричи.
– Да что может случиться?
– не понял Ларри.
– Насекомых нет, абажи уплыли.
– Не знаю. Просто присмотри, ладно?
Мужчина пожал плечами и побрел следом за девушками. Те успели уйти далеко в лес и даже испугались, когда неожиданно увидели рядом ухмыляющегося Ларри.
– Ты что тут?
– спросила Линор.
– Да так… Подумал, может грибов найду.
– Грибы? Да их в Светлом лесу отродясь не было!
– возмутилась Лиззи.
– Ну, а вдруг…
– Совсем рехнулся, покачала головой женщина.
– Собирай ягоды, раз пришел, да не ленись нагибаться. Эй, а это еще кто?!
Она раздвинула ветви и вдруг заметила лежавшего на мху абажа. Тот, поняв, что замечен, улыбнулся и поднялся на ноги.
– Ты не бойся, - сказал он, шагнул к Лиззи и вдруг вогнал ей в живот нож, который сжимал в руке.
– Не бойся.
– Ты что?!!
– Ларри попятился назад, нашаривая на поясе нож.
– Ты что сделал?! Эй, Еттер!! Еттер!!
Вокруг затрещали ветви, еще несколько абажей выскочили со всех сторон. Ларри отмахнулся ножом, бросился сперва в одну, потом в другую сторону, но его сбили с ног.
– Бегите!!
– крикнул он.
– Еттер!! Сюда, Еттер!!
Один из абажей наступил ему на руку с ножом, второй хладнокровно перерезал горло. Линор и Фцук этого не видели, они бросились бежать еще до того, как им приказал это сделать Ларри. Длинноногая, рослая Линор мчалась впереди, она лихо перемахивала через поваленные деревья, напрямик продиралась через кусты.