Рабыня

Шевцова Елена

Пойти против темных, означало предать свой народ, который все же заключил с ними договор, и даже отдал принцу темных эльфов «Сердце фэйри», а встать на их сторону — не позволяли обиды, нанесенные ей все тем же принцем. Да и остальные, кого она встретила в Урхаре добротой и состраданием не отличались. К тому же, ей нужно было найти сестру и убедиться в том, что она счастлива. Из всех встреченных на её пути, только Ганну, Яха и Ораша она вспоминала с теплым чувством.

— А ещё, я знаю того, кто поможет вам снять браслеты. Завтра утром и отведу вас. А покуда спите, время позднее.

— Что же ты бабушка не спросишь нас откуда на нас

браслеты? И от кого мы бежим?

— А зачем? Я и так, все про вас знаю.

Аксель давно сопел, убаюканный тихим шелестом женских голосов, а Тариса все думала. Только под утро, глаза её закрылись, и она растворилась в нечетких образах и звуках, которые ей принес сон.

Она видела себя, стоящую на горе, а за спиной был он…Тариса чувствовала, это был именно ОН. Тот, кому она отдала свое сердце. Чувства тепла и любви, вот что исходило от него, затопив во сне все её существо. Тариса сделала шаг, другой, и подойдя к краю плато, посмотрела вниз. Там, внизу, шумела словно океан — армия. Звон, лязг оружия, и гомон тысяч и тысяч голосов, заполнил её сознание и ОН произнес: «Это все ты»!

Тариса проснулась, и резко распахнула глаза. Голова гудела, напоминая хозяйке об отсутствии нормального отдыха и постоянного чувства голода, сопровождающего её с того момента как она попала в рабство к эльфу.

Она повернулась, и посмотрела на спящего мальчика. Он спал раскинув руки и ноги во сне, рядом — храпела бабулька. И храп этой почтенной дамы напоминал рев молодого дракона, но никак не старой сморщенной годами старушки.

Тариса села и потянулась, расправив плечи и вытянув вверх руки, потом резво поднялась на ноги и, откинув со лба спутанные волосы, принялась заново разводить потухший за ночь огонь, и будить остальных.

Наскоро перекусив сухой лепешкой, они оправились следом за старушкой, которая повела их дворами к выходу из города.

Всю дорогу, никто из прохожих даже не взглянул им в след, и Тариса ещё раз уверилась для себя в том, что Унта не простая травница. И хотя старушка всеми силами отрицала свои магические способности, Тариса прекрасно ощущала то, что не смогла бы нормально объяснить. Это было чувство осязания, легкого колебания воздуха, когда вокруг ощущается что-то неподвластное твоим способностям, то, до чего трудно дотянуться и посмотреть, но оно все же незримо присутствует и заставляет тебя напрягать зрение и слух, в надежде не упустить из виду, поймать это, словно солнечного зайчика.

Когда-то, они с братом использовали похожий дар. Тарук мог исчезать и появляться, будто прямо из воздуха, напоминая сначала белесый туман, а затем полностью материализуясь на месте. И все, чего он касался когда проявлял свой дар по крови, могло исчезнуть без следа вместе с ним. Они часто прятались таким образом, чтобы подслушать разговоры советников, или проследить за старшей сестрой и отцом. Их детские проделки были такими добрыми, лишенными злого умысла. Но это ощущение, когда тело пропадает, будто растворяясь в воздухе, но незримо присутствует, заставляя особо чувствительных личностей ежиться — именно это незабываемое ощущение было у неё сейчас.

Но как, как смогла Унта растворить сразу троих? Следуя за ней, Тариса держала Акселя за руку, когда увидела его…

Руасар! Что здесь делает этот дракон?

Будто повинуясь её голосу, дракон резко остановился и принялся оглядываться.

Капюшон его легкого плаща упал с головы, и окружающие могли вдоволь налюбоваться его мужественным

лицом и яркими рыжими волосами, которые на солнце отливали настоящим алым цветом. Рядом с драконом, стоял высокий маг. И Тариса поняла бы, если бы это был какой-то незнакомый ей маг, но именно этот самый маг участвовал в охоте вместе с дроу и остальными.

Нахмурившись, девушка остановилась, но Унта подтолкнула её вперед. И проходя мимо дракона, она увидела, как хищно раздуваются его ноздри, как он поворачивает голову, ища её взглядом в толпе. Она даже не сомневалась, что он ищет именно её. Чутье драконов славилось на весь свет, но почему же он её не видит? Ведь дар Тарука срабатывал на всех, но не на драконах. Именно оборотные могли с легкостью увидеть любое колдовство. Не считая золота и женщин, магия была самым желанным подарком, для любого из них. А тут…он не то что не увидел, а даже толком не почувствовал её? Что это? Что за сила у этой старушки?

Руасар чувствовал её запах и не мог избавиться от ощущения, что она рядом. Ему просто физически необходимо было дотянуться до неё. Даже его ладони зачесались, от желания прикоснуться к её коже. Дракон нахмурился, отчего его спутник слегка сжался от испуга. Его глаза полыхнули, и он впился измененным драконьим зрением в проходящих мимо горожан. Он оглядывался, и видел много чего, но не её. Только не её. Но он не мог ошибиться…он чувствовал! Мать всегда говорила, что чутью дракона следует верить как никакому другому. И он снова и снова просматривал рынок и снующих по нему торговцев, воришек, покупателей со всей империи, в надежде зацепиться взглядом за необыкновенные зеленые глаза его фэйри.

Маг рядом с ним, в растерянности смотрел на рыжеволосого дракона и судорожно сжимался от каждого резкого движения оборотного. Ему нужно было всего лишь передать дракону то, ради чего он проделал весь этот путь. В сундучке, спрятанном в складках его мантии, покоился кинжал, который так жаждал заполучить этот оборотный. Украсть его было практически невозможно, но среди них был кое-кто способный…

Русар перестал чувствовать её запах, и расслабился. Возможно, ему просто показалось…хотя, раньше не было подобного, или все же он просто слишком много думает о ней.

Маг немного успокоился, и протянул дракону шкатулку. Руасар взял её, бережно сжимая в руках и ощущая, как энергия кинжала пульсирует даже сквозь толстый слой дерева и железа. Но она была враждебной, он четко видел, как она пытается оттолкнуться от стенок сундучка и завибрировать. «Сердце фэйри», подумать только, оно в его руках! Он владеет тем, что так нужно принцу темных. Интересно, что отдаст ему темный, взамен кинжала? И согласится ли, отказаться от Тарисы и продать её ему?

Будет даже лучше, если она останется рабыней когда попадет к нему в руки. Тогда, он сам сможет освободить её, и Тариса будет ему благодарной. Или он может оставить кинжал себе…но для этого ему придется покорять оружие, а артефакт может не принять его. Магическое излучение кинжала принимало форму той магии и силы, которой обладал его владелец. Вот если бы этот артефакт попал к нему до темного, он смог бы легко его покорить, но после того, как он принял на себя часть ауры эльфа…это будет почти невозможно. Жаль, а у него на кинжал были такие большие планы. С помощью артефакта он собирался управлять Тарисой. Кто же мог знать, что темный не только получит и укротит кинжал, но и обратит в рабство ту, что так хотел получить он дракон.