Раэль
Шрифт:
— А как мне позировать? — спросила Морта, — встать, сесть, повернуться боком?
— Оставайтесь, пожалуйста, сидеть так, как сейчас, — Габи разложил бумагу и карандаши на столе, сел напротив Морти и начал рисовать ее. Морти сидела не двигаясь и ничего не говоря, чтобы юному художнику было проще. Габи тоже молчал, уйдя в процесс рисования. Вин и Раэль разговаривали вполголоса, чтобы не сбивать их настрой:
— А когда будут известны результаты кастинга Рэсси? — спросил Вин.
— На следующей неделе. Я так волнуюсь! Мне кажется, она создана для этой роли! —
— Ну посмотрим, но ты сильно не обнадеживайся все же.
— Мне так хочется надеяться!
— А Ким зато вчера нашел одну потерявшуюся старушку, — Вин немного ревновал, что все внимание достается Рэсси.
— Он выследил ее по камерам? Здорово! — поддержала его Раэль, — он настоящий герой с такой работой!
— Да, он анализировал видео с сотен камер и ему удалось увидеть, как она пересекает улицу и заходит в магазин. Как мне написал Ким, она случайно выключила брейнфон и ее потеряли родственники, но быстро обратились в полицию. А старушка застряла в магазине, не зная, куда ей дальше идти.
— Так у нее была деменция, что ли? Вроде же такие болезни победили, — удивилась Раэль.
— Может быть, у нее органическое поражение мозга, с этим, к сожалению, ничего не поделаешь, хотя с чипом такие люди почти не отличаются от остальных.
Тем временем Габи уже почти закончил и доделывал прекрасные волосы Морты. Наконец, он поднял голову и отложил карандаш.
— Все, можно смотреть! — воскликнул он.
Морта первая взглянула на рисунок:
— Ух ты, неужели я такая красивая!
— О, какая улыбка у тебя загадочная, как у Мона Лизы! — добавила Раэль.
— Да, прекрасный рисунок, Габи, ты молодец! — похвалил Вин.
— Возьмите его на память, — предложил Габи.
— С удовольствием! — отозвалась Морта, — мне пора удить, кстати, я поеду домой. Спасибо вам большое, мне было очень уютно с вами!
Раэль и Вин сердечно попрощались с ней, а Габи она обняла и сказала:
— Ты настоящий художник, малыш! Желаю тебе успехов!
Пришел, наконец, день, когда объявили результаты кастинга Рэсси. Раэль была с самого утра вся на нервах, она так хотела, чтобы все получилось! И как же она обрадовалась, когда узнал, что Рэсси берут в фильм! Правда, не на ту роль, на которую они пробовались, а на другую, более эпизодическую, но все же это была роль в настоящем большом кино!
Раэль была в этот момент на работе, но сразу порадовала всех, написав о новости в Айше.
Кстати, об Айше. Раэль не переставала думать о том, какая интересная гостья была у них на днях и написала ей в Айше, но Морта не ответила — она там вообще не появлялась. Непонятно, как ей удавалось жить без брейнфона, ведь даже за покупки теперь платили в этом приложении. И все же Раэль надеялась, что Морта откликнется, когда зайдет в Айшу наконец.
Это случилось, но не скоро, прошло ещё несколько дней. Морта выложила там рисунок Габи и написала, что это ее портрет от начинающего талантливого художника. А заодно прочитала и послание Раэль, в котором та предлагала ей встретиться и поговорить.
Морта перезвонила Раэль и спросила,
Это было чудесное место — столики стояли прямо среди пальм и цветущих растений, в одном уголке была целая коллекция кактусов, в другом — маленький искусственный прудик с лотосами. Воздух был теплым и насыщенным запахом листвы и цветов. В этом месте было не шумно и можно было укрыться в зарослях от посторонних глаз.
Раэль и Морта сначала сделали заказ, а потом разговорились:
— Мне очень интересна твоя работа, если честно. Я уж думала, что совсем забыла обо всех этих практиках и ощущениях, но когда ты упомянула работу, во мне снова вспыхнул интерес, — волнуясь проговорила Раэль.
— О, я понимаю... Это такая штука, что не отпустит до конца, даже если на время удастся о ней забыть. Сильные ощущения слишком притягательны, — ответила Морта.
— Так ты, получается, делаешь это с разными людьми? Даже с теми, кого ты плохо знаешь? Как тебе удаётся довериться им?
— Да, иногда я и вовсе не знаю своего партнёра. Ну разве что самое основное, что для меня важно.
— А что, например? — поинтересовалась Раэль.
— О, ну там все просто. Опыт, пристрастия, табу. Я стараюсь просто поговорить с человеком до начала сцены, чтобы почувствовать, насколько он вообще адекватный. И к тому же организаторы мне хорошо знакомы, они бы прервали сцену, если бы что-то пошло не так.
— А в публичности ты находишь какое-то особое удовольствие?
— Мне нравится, когда люди на меня смотрят и переживают за меня. Я чувствую из эмоции, они на меня по-своему влияют. Практиковать публично во-первых, более безопасно, во-вторых, приносит более острые ощущения и, наконец, так можно заработать больше.
— А какие практики тебе нравятся самой? Есть ли у тебя какие-то необычные фетиши?
— О, все достаточно стандартно. Порка, связывание, горячий воск от свечи, игры с ножом, ролевые игры. Некоторые мужчины хотят подчиняться мне и я их не разочаровываю. Особенно мне нравится играть с человеком в образе собаки. Они такие забавные! Услужливые, эмоциональные. Я их вожу на поводке. А тебе что нравится?
— Мне никогда не подчинялся мужчина и я вряд ли захочу такое. Вот быть самой в руках властного Верхнего — это другое дело. Мне нравится все то, что ты перечислила, а ещё я люблю изнемогать от смеха и слез от щекотки, когда меня привяжут по рукам и ногам.
— А я не люблю щекотку, но сама пощекотать была не против. Но это и андроид сможет.
— А можно было бы как-то на тебя посмотреть? Прийти в клуб на твое выступление.
— Конечно! В ночь с субботы на воскресенье, клуб «Фобос», — и Морта продиктовала адрес.
— Спасибо большое.
***
Вечером Раэль поговорила с Вином насчёт Морты. Он наотрез отказался идти с ней в клуб, говоря, что нечего ему там делать, ведь он такими штуками не увлекается. Но он готов ее встретить после клуба, чтобы ночью вместе вернуться домой. Или рано утром, смотря когда будет выступление.