Рагнарек (Риадан - 3)
Шрифт:
– - Проклятие Сфинкса?
– - удивился контрабандист.
– - Ну да. Я раздраконил Пятого Сфинкса, и этот великий Оракул не вынес моих насмешек над своими глазами и "наградил" меня точно такими же, разрушающими суть и испепеляющими до основания. А затем отец придумал мне эти очки, позволяющие видеть и при этом не разрушать...
Превращение прошло мгновенно.
И вот уже перед
Серебрянокожий повернул голову к Славке и спросил с некоторым сомнением:
– - Похож?
– - Как две капли воды!
– - хмыкнул бывший контрабандист.
– - Тогда пригнитесь! Все!
И Славик, поняв, что сейчас случится, истошно завопил:
– - ЛОЖИСЬ!!!
И все подчинились ему. Все, кроме бушующего Единого, упали лицами на песок.
И не видели поэтому, как новоявленный Абадонна чуть-чуть приподнял свои зеркальные очки, не сводя взгляда с врага своего, и над их головами прошло желтое сияние взгляда, и как врезалось оно в обезумевший Рой.
– - И пришедший из заключения из-за Грани Миров возьмет на себя всю боль Арты и убьет Единого... Слишком старое пророчество!
– - смех ударил Единого больнее взгляда.
– - Но ты -- не Мелькор!
– - Теперь -- нет! Ты ведь сам так хотел этого! Так получай же!
– - и ртутная кожа засветилась, словно расплавленное серебро. Полыхнуло нестерпимым жаром.
– - Ты не Мелькор!
– - в голосе Единого появился испуг.
– - А я и не утверждал этого, -- холодно бросил серебрянокожий юноша с черными пышными волосами и приподнял очки посильнее. Желтое сияние стало ярче, и Единому становилось все трудней удерживать прежнюю благообразную форму. Теперь золотое лицо его исказилось, став лицом параноика и маньяка, черты заострились, словно проступали изнутри несуществующие кости, глаза глубже упрятались в глазницы, а изящная корона, растущая прямо из головы, превратилась в крылья нетопыря. Ужасен стал лик Единого, но и в таком виде была гармония, завершенность. Даже большие, чем в благообразии прежнем. Чувствовалось, что привычен ему
– - Ты не Мелькор!
– - и ужас с отчаянием был в голосе золотоликого божества.
– - Потому и не ты заключал меня за Гранью Миров, а другой.
– - Как зовут его?
– - Ты не знаешь имен Мрака.
– - Абадонна!
– - в ужасе узнал говорившего Единый, и это было последним действием в долгой его жизни. Серебрянокожий снял очки. Совсем! Под взглядом Принца Смерти металлическое чудовище превратилось в ряд расслоившихся скользящих картинок, выпитых без остатка бездонными глазами -- колодцами желтого пламени. И бессильный металл плюхнулся на камни и песок, расплескался золотыми лужами, но не впитался, а испарился без остатка, и пар этот тоже сожгли желтые безжалостные глаза.
И только затем облик Ангела Смерти качнулся, подернулся рябью, и вскоре уже не Абадонна, а Мельтор стоял перед соратниками. Такой же, как прежде. Почти такой же, разве что кожа стала чуть-чуть смуглее и золотистей, словно отразился на ней цвет вверженного в небытие врага.
– - Ох, сильно вошел в роль! Еле вышел обратно!
– - улыбнулся он. И затем, обращаясь к друзьям, добавил: -- Можете вставать, Единый больше никого не потревожит! Никогда! Опасность миновала...
– - и надел плотные зеркальные очки на струящиеся желтым светом глаза...
__________________________________________________________________
(с) В тексте использованы песни Антона Эррандала, Владислава Крапивина, Владимира Талалаева, Владислава Битковского, Сергея Кузнецова, Георгия Дубинина, Владимира Высоцкого, Любомира Луина, Кэт Бильбо, Александра Аринушкина, Юлии Лунг, Лорда Ночи (Лата), Элмера Ричарда Транка и Владимира Гуфельда.
На этом завершается Книга Третья
истории Рокласа, именуемого у нас
Риадан.
Книга Четвертая поведает Вам о том,
как высвободился из миллиардолетнего
заточения народ Южных, и как поиски
неугомонной ребятни привели их к
Черному Солнцу.