Ракетчики
Шрифт:
— Все ваши материалы… скажем так, прошибают. Однако, я — солдат, привык и должен исполнять приказы.
— Генерал, не тот случай, сверху сидят предатели…
— Не перебивайте, лейтенант, мне и так трудно. На мне лежит ответственность за весь Киевский округ, а это десятки тысяч солдат и офицеров.
— А может, вы переживаете о карьере?
— Не смейте! Я думаю о возможных жертвах мирного населения!
— Так и мы — тоже. Я хочу, чтобы русские жили на этой планете, а не стали очередными «могиканами».
— Что будет, если мы откажемся участвовать
— Я не могу оставить Киевский округ на произвол судьбы.
— Вы скомандуете штурм? Я видел невдалеке БТР.
— Нет, хуже.
— ..?
— Сам вас убью.
— Это вы застрелили Горбачёва?
— Нет, Хронопуло попросился.
— Михаил Николаевич?
— Нет, Амбросий Аристархович!
— ..?
— Ясное дело — Михаил Николаевич! Кого вы ещё знаете с такой фамилией?!
— Лейтенант, вы ведёте себя вызывающе нагло, а ведь нас здесь пять против вас одного… Сидорчук ушёл…
— Вот вам мой пистолет. Но у вас нет ни одного шанса, даже при таком раскладе.
— ..?
— Я не совсем обычный человек. А если узнать меня лучше — то совсем НЕ обычный человек. Решайте быстрее, мне некогда с вами тут всю ночь кино смотреть. Вы — с нами?
— А вы знаете, ваш бесшабашный поступок с пистолетом меня убедил. Только решительные, идущие до конца люди, могут добиться успеха в таких делах. «Мятеж не может кончиться удачей, — В противном случае его зовут иначе»… Чёрт с вами. Ха-ха-ха! Я тоже — с вами. А что скажете вы, мои верные подчинённые?
— Ну что там, в округе? Ты доложил, что всё нормально, но хочется знать обстановку точнее.
— Отделение контроля оставил, верхушка офицеров, вроде бы, согласилась. Единственно, что меня смущает, это реакция командующего. Кажись, его на нервы пробило. Сраный Горбач! До чего страну довёл! Генералы истерят, блин.
— Никто из офицеров ничего против не сказал?
— Сказали. Сказали: «Что так поздно? Союз уже развалился! Не могли раньше?!» Чечеватов сам офигел от слов своих подчинённых. Задолбал этот бардак всех.
— Ну и нормально. Саша, ты не хочешь отдохнуть? Днём будет трудно.
— Плохо выгляжу?
— Краше в гроб не кладут, но неважно выглядишь. А если с поправкой на молодость…
— Замотался последние пару недель. Жуть! Вы тоже не сильно свежо смотритесь, Александр Николаевич.
— А я, Саша, уже полгода не досыпаю. Вчера с курсантами за день умаялся. Объявил казарменное положение, показал нашу кинушку и давай их готовить к этой ночи и дальше… Тоже устал. Ну что, идёшь отдохнуть? У меня в кабинете топчан есть.
— Добро. Если будут проблемы, лучше зови.
Прилёг на топчан в кабинете начальника училища и, неожиданно для себя, уснул. Мои предки меня навещали, как и обещали: раз в три месяца. По какой-то своей очереди за эти три года каждый из восьми приходил, чем-то помогал, снимал полную информацию и уходил. Месяц назад приходил Рогдай, узнал дату нашего часа «Х». Диву дался: как деятельно мы развернулись с подготовкой. Каждый раз после их визитов во сне у меня был подъём сил: будто батарейку новую вставили. Возможно, предки старались помочь по-своему. И в этот сон неожиданно, не в срок,
— Здрав будь, Защитник!
— И тебе не хворать, волхв.
— Рогдай поведал, что сего дня у вас будет перемена власти. Тебе и твоим другам нужда есть закрепиться, одержать веру людскую. Так ли уразумели мы?
— Точно так. Переворот сегодня делаем. Не только сегодня, впрочем. Этот процесс будет длиться дольше. Сначала силой власть берём, потом нужна будет вера. А ты с чем пожаловал? Почему сегодня? Вроде, рано ещё.
— «Рано» — это значит: «солнца нет», «ра» «но». А я явился вовремя: «в» — ведание, «о» — основного, «время» — время и есть.
— Ты пришёл поумничать? Словам меня поучить? Я не возражаю, но вот это — НЕ вовремя.
— Я копил силу, чтобы дать тебе помощь. Первое. Ты могёшь восстановить душу, хоч это долго и трудно. Во время родов, младенец настраивает свою душу на родителей. И на матерь и на отца.
— А если отец мёртв к тому времени?
— «Мертв» — мерность твердо ведающий. Его матрица пребывает в Нави. Ежели отец мёртв — младенец настроится по матрице. Нет никакой разницы. Не перебивай, мало времени. При настройке на матрицу родителя, младенец открывает канал связи с общей матрицей человека, которая пребывает в Прави. Младенец соединяет четыре сущности. Этот канал остаётся открытым один месяц ровно. В чреве матери младенец растет девять лун. За это время он и строит душу. Тебе нужно иметь открытым канал настройки на Правильную матрицу девять лун, тогда душа станет прежней. Уразумел?
— Ты намекаешь, что мне нужно сделать девять детей, и я опять буду нормальным человеком?
— Да. Дети могут быть от разных жён, но лучше, если все они будут законными. Учти, два младенца тебе два канала не откроют.
— Что ж, и за то благодарю, волхв.
— Это не всё. Второе. Рогдай учил тебя боевому Голосу. Есть и волховской Голос. Он много может. Это подобно обычному наговору. Но для наговора мы тратим силу, привязывая действие наговора к своей пране. Это есть ограничение волхва. Обычным способом управЬления через Правь, больше тысячи и двадцати четырёх наговоров одновременно держать неможно. Как боевой Голос для испуга пользует прану самого пугающегося, так и волховской Голос пользует для действия наговора прану человека или людины. Волхв один раз направит — и наговор длится одну луну ровно. Пока открыт канал на нужную матрицу Прави. Рядом этот человек быть не обязан, достаточно, ежели ты бросишь ему нить канала. Уразумел свою пользу?
— Кажись да. Это я, выходит, могу за один раз заколдовать много людей, и не устану при этом?
— Правильно. Но на одну луну. Учти, заговоренный человек тратит прану на борьбу с самим собой, тем самым становится несколько слабее. Не советую держать под наговором весь свой народ постоянно. Уразумел?
— Да. Учи, Светозар. Парадокс ситуации в том, что я не могу употребить во зло твою науку — нет смысла, я ни от чего не получаю удовольствия.
— Не по Прави слово молвишь. Должно сказать «приятности», а не «удовольствия». Удовольствие у тебя будет, когда ты свой уд на волю выпустишь, жену познавши. Открывай душу, дам тебе науку.