Рапунцель
Шрифт:
– Вы пока не имеете ни малейшего представления о том, что такое на самом деле остаться без выбора!
Ее пальцы слегка затрепетали - жест был едва заметным, но на толпу он подействовал, как удар грома. Зола вздрогнула. Оглядевшись, она заметила, что многие горожане внезапно сосредоточились, нахмурив брови.
И тут зашевелились солдаты. Они переводили мушки пистолетов друг на друга так же, как те, которых держали Зола и доктор Эрланд, пока в конце концов каждый из солдат не оказался на мушке у соседа.
Их внезапно остекленевшие глаза наполнились сначала
Только главнокомандующий стоял в центре, опустив руки, и изумленно смотрел на своих подчиненных.
– Вот как это бывает, - сказала женщина.
– Когда твое собственное тело восстает против тебя. Когда собственный мозг - предатель. Чтобы избежать этого, мы прилетели на Землю, но мы все проиграем, если
Левана получит что хочет. Я не знаю, удастся ли этой девушке остановить королеву, но она кажется единственной, достойной веры. Поэтому мы не отступим.
Зола вскрикнула от неожиданности. Резкая боль иглой пронзила ее мозг. Она потеряла контроль над Волком и девушкой-солдатом. Колени Золы подогнулись, но чья-то рука вдруг обхватила ее за талию, удерживая на ногах.
Тяжело дыша, Зола подняла глаза и заглянула Волку в лицо. Его глаза снова стали ярко-зелеными. Нормальными.
– Волк...
Он отвел взгляд в сторону, и тут раздался стук пистолета о землю. Зола подскочила. Девушка, которую она пыталась контролировать, нервно оглядывалась по сторонам, на своих коллег, и дрожала. Она не знала, куда ей смотреть и что делать. В конце концов она подняла руки вверх, сдаваясь.
Покраснев от злобы, главнокомандующий опустил мегафон. Полными ненависти глазами он посмотрел на Золу и швырнул на землю свой портскрин.
Торн принялся крутить головой по сторонам.
– Эй, кто-нибудь может мне объяснить...
– Позже, - перебила его Зола, опираясь на руки Волка.
– Вставайте. Нам пора убираться отсюда.
– У меня нет возражений, - сказал Торн, и вся компания поднялась на ноги.
– Но не мог бы кто-нибудь забрать моего эскорт-дроида? Я через многое прошел, чтобы ее получить, и...
– Торн.
Зола чувствовала себя совершенно обессиленной. Стараясь побороть головокружение, она, шатаясь, шла за остальными через ряды солдат. Они будто шагали по саду скульптур - странных, напряженных, преследующих их взглядами, полными ярости и недоверия. Золе хотелось посмотреть в глаза кому-нибудь из горожан, но почти все стояли, зажмурившись, дрожа от напряжения. Долго сдерживать солдат им не удастся.
Только земляне смотрели на нее в ответ, провожая их испуганными, блеклыми улыбками. Они не боялись своих лунных соседей, а боялись того, что случится, если Левана станет править планетой. Если все будет разрушено. Если Зола подведет их всех.
Ясин взял эскорт-дроида за запястье и потянул за собой.
– Та женщина была права, - заметил Волк, когда они вышли из толпы и «Рэмпион» - символ свободы и надежды - вырос над ними.
– Нет ничего хуже, чем когда твое собственное тело восстает против тебя.
Зола оступилась, но Волк успел поймать ее и про-тащил несколько шагов, прежде чем она взяла себя
– Прости меня, Волк. Но мне пришлось так посту-пить. Я не могла тебя там оставить.
– Я знаю. Я понимаю.
– Он протянул руку и забрал у доктора одну из сумок, облегчив его ношу. Они спешили к кораблю.
– Но это ничего не меняет. Никто не должен обладать подобной силой.
Глава 42
Лунному мальчику едва ли исполнилось больше восьми, и тем не менее Скарлет не сомневалась: она бы с легкостью свернула ему шею, как цыпленку, попадись такая возможность. Это был самый ужасный ребенок на свете. Скарлет не могла избавиться от мысли, что, если все лунные дети росли такими, их общество обречено: Золе даже не нужно вмешиваться в исторический процесс - достаточно позволить им самим перегрызть друг другу глотки.
Скарлет не знала, как она в итоге стала собственностью почтенного Аннотеля, его супруги и маленького чудовища, которое они растили. Может быть, она была подарком королевы, а может, ее просто купили, как нормальная земная семья купила бы нового андроида. В любом случае уже семь дней она выполняла роль игрушки. Нового домашнего животного. Нового подопытного кролика.
В свои восемь лет молодой мастер Чарльсон учился контролировать свой лунный дар. Земляне были замечательным развлечением, а мастер Чарльсон мог похвастаться отвратительным чувством юмора.
Цепь от ее ошейника пристегивалась к болту, вкрученному прямо в пол. Скарлет держали в игровой комнате мальчика. Сбоку висел нетскрин во всю стену, по углам валялись гаджеты для виртуальных игр и спортивные снаряды, до которых она не могла дотянуться.
Занятия мальчика всякий раз превращались в на-стоящую пытку. С тех пор как Скарлет оказалась в доме Аннотеля, по ее носу регулярно ползали длинноногие пауки. Из пупка выползали змеи длиной с руку и обвивали ее спину, а в уши заползали сороконожки, которые затем выбирались через рот.
Скарлет вопила. Она металась по сторонам и билась в истерике, пытаясь избавиться от гадов, впивалась ногтями в собственный живот, она лупила себя по носу до тех пор, пока из него не начинала хлестать кровь.
И все это время мастер Чарльсон смеялся, смеялся и смеялся.
Конечно, все это происходило у нее в голове. Она прекрасно это знала. Она понимала это, когда билась головой об пол, пытаясь вытрясти из ушей пауков и сороконожек. Но осознание не имело никакого значения. Ее тело верило иллюзии, как и мозг. Чувство здравого смысла покидало ее.
Она ненавидела этого ребенка. Лютой ненавистью.
Ненавидела за то, что начинала понемногу его бояться.
– Чарльсон.
На пороге появилась его мать, временно спасая Скарлет от нового кошмара - огромных слепых кротов с гигантскими зубами и когтями, как у рептилий. Один из них грыз пальцы ее ноги, вцепившись в голую ступню.
Иллюзии и боль отступили, но ужас остался. Ее горло саднило, лицо стало влажным и соленым. Всхлипывая, Скарлет перевернулась на бок и скрючилась в центре комнаты. Она радовалась тому, что мальчик