Раса
Шрифт:
— Станция? — оглядываюсь по сторонам.
Мы в большом зале. До боли напоминает станцию где-то в московском метрополитене. Колоны, каменные скамейки, а вон и заброшенные строения. На стенах виднеются массивные железные двери. Вдали угадывается переход на другую линию. Виднеется силуэт широкого туннеля. Тускло блестят вагоны и локомотив. Настоящий поезд, почти совсем не отличается от наших электричек. На станции стены обычные, не металлизированные. Кое-где обвалы. Вот из одного такого течёт струя воды, наполнившая впадину в бетоне. По счастливой случайности она спасла нам
Судя по всему, туннель, по которому мы бежали, технический и служил для неких важных задач. А вдруг до сих пор служит? Мелькает мысль. Кто его знает. Я уже ничему не удивляюсь.
Очень тихо. Только слышится едва уловимое журчание воды. Всё вокруг запущенно. Ни кто и ни что не нарушает покоя заброшенной страны подземелий.
Конечно, станция пустынна, но мысли рисуют образы монстров, прячущихся в развалинах. Смешно. Кто тут может быть. Детские страхи.
— Она обитаема, — неожиданно огорошивает меня друг.
Глава 21
Я рывком ставлю себя на ноги:- Повтори.
— Зачем. Ты и так всё понял. На станции жизнь. Посмотри на пол. Он весь в отпечатках. Причём, это босые человеческие следы.
— Люди?
— Наверное, это уже не люди.
— Понятно. Долго оставаться нельзя. Найдём рубильник, если всё же он имеется, и дёргаем отсюда.
— Желательно уходить прямо сейчас, — в свинцовых глазах Семёна страх.
— Нет. Необходимо использовать любой шанс. Без света детей не найдём.
Семён удобнее перехватывает топор:- Конечно, как-то не подумал. Безусловно, стоит попробовать. Вдруг действительно получится.
Я высвобождаю меч. Рефлексы работают как швейцарские часы. Вновь чувствую в себе нечто странное. Силой накачиваются мышцы, зрение обостряется. Я уже знаю, со мной это происходит в момент настоящей опасности. Думаю, адреналин выделяется в больших количествах и скрытые резервы в теле и душе просыпаются. Вполне вероятно этим обладают все люди, но не умеют подчинять его своему разуму. Поэтому получается спонтанно. В миг опасности, обычные люди, перескакивают через четырёхметровые заборы, дряхлые старушки, во время пожара, вытаскивают во двор двухсоткилограммовые сундуки, матери, защищая своих детей, ломают хребты насильникам и пр. пр.
Идём к стальным дверям. Стараемся идти тихо, но факел, разбрасывая искры, скворчит как яичница на сковородке. Морщусь. Несомненно, нас выдаст этот шум. Но делать нечего, в полной темноте у нас нет шансов. А вот, интересно, как ориентируются подземные жители без света? Допустим, я встретился с животным, которое само выделяет свет, как глубоководные рыбы. Но люди, вряд ли у них есть такая способность. Или у них идеальный слух и нюх, или здесь существуют некие источники света. Может всё это есть в комплексе?
Факел трещит вызывающе громко. Такой шум выманит всю нечисть с нор.
Мерещатся крадущиеся шаги. Пытаюсь вслушаться, не получается, шум огня всё заглушает.
Подходим к массивной двери. На ней засовы, но она не закрыта, слегка приоткрыта. Сейчас дёрнем её на себя, и скрип разнесётся по всей станции. Берусь за ручку. Чувствую холод и мощь древнего металла. Тяну на себя,
Пытаюсь выдернуть, шевелится, но не идёт. Хочу, мечом, затолкнуть её за дверь. Так увлёкся, совсем забыли об опасности. Внезапно спиной ощущаю взгляд. Резко оборачиваюсь. Боже! Вокруг нас стоят тощие как скелеты люди. Кости обтянуты сухими мышцами, руки длинные, вместо ногтей когти, головы без волос,
глаза глубоко в черепной коробке мерцают красными огоньками. Челюсти у многих двигаются, словно жуют жвачку. Некоторые держат в руках куски металлических труб, иные привязали к ним осколки камней. Несомненно, остатками разума они обладают.
На платформу взбираются ещё такие же существа, и все они окружают нас. Часть скелетообразных людей, умело закрывают нам доступ к техническому туннелю. Двигаются стремительно, легко прыгают с крыш вагонов. Движения ловкие, без суетливости. Очевидно, они стоят вверху пищевой пирамиды пещерного мира. Но они не торопятся нападать, видно ещё не встречались с такими индивидуумами как мы. Любой хищник на незнакомую жертву не станет сразу нападать. Слегка изучат, и если поймёт, что он слаб, пощады не жди.
Не делая резких движений, встаю. Меч держу остриём вниз. Не хочу провоцировать. В оружие они разбираются. Семён так же не поднимает топор, плечом прижимается ко мне.
Свет факела не тревожит хозяев подземки, значит, они с ним знакомы. Кое-где раздаются отрывистые, скрипучие голоса. Многое я сейчас дал, что бы понять их.
— Может, сумеем с ними договориться? — шепчет Семён.
— Вряд ли. Мы для них пища.
— Что делать будем?
— Напасть необходимо первыми, это будет нашим козырем. Определённое смятение в их рядах произойдёт, успеем открыть дверь.
— А дальше, что?
— Дальше видно будет. Как только взмахну, мечом, открывай.
— Я понял, — голос у Семёна предательски дрожит.
— Прорвёмся, — говорю я, успокаивая больше себя, чем друга.
Дико кричу и с ходу наношу удар по толпе. Невероятно, но я не зацепил, ни одного. Скелетообразные люди резво отскакивают и вновь выстраиваются дугой, но чуть дальше. Они покачиваются на ногах, руки поднялись, угрожающе выставляют обломки железных труб и арматуры. Мне это очень не нравится. Меч вкладываю в ножны, приготовил лук. Толпа колыхнулась, но я успеваю выстрелить. Тяжёлая стрела попадает в цель. Ближайшее от меня человекоподобное существо истошно взвизгивает, попытается выдернуть её из груди. Не давая прийти в себя, я осыпаю их стрелами. Поднимается страшный вой, скелетообразные люди отхлынули, но не уходят. На платформе корчатся в агонии раненые, их оттаскивают за ноги и тут же начинают пожирать ещё живыми. Меня тошнит от омерзительной картины. А Семён справился с арматурой, используя топор как рычаг, пытается открыть дверь. Дверь медленно отворяется, но очень медленно. Скелетообразные, вновь окружают нас. На этот раз закрываются обломками листового железа. Вот умные твари!