Распинатель

Картер Крис

— У него была парусная яхта? — Карлос заинтересовался.

— Да, как-то она называлась… вроде «Катарина-30».

Карлос засмеялся.

— Ты хочешь сказать, «Каталина-30»?

Глаза Роберта встретились с глазами Карлоса.

— Да, она, откуда ты знаешь?

— Я вырос среди яхт. У меня отец был на них помешан.

— А! Подумать только! В общем, на борту произошла какая-то утечка топлива. Что-то вспыхнуло, и все взорвалось. Они погибли во сне.

— Утечка топлива? — удивленно спросил Карлос.

— Да, — ответил

Роберт, замечая недоверчивое выражение на лице Карлоса. — Я знаю, о чем ты думаешь.

Карлос поднял брови.

— Парусные яхты не берут с собой много топлива. Зачем оно им нужно, верно? Они же парусные. А чтобы яхта взорвалась, утечка должна была быть большая.

Карлос кивнул.

— Да, это и мне показалось странным, так что я провел собственное расследование частным образом. Я не верю, чтобы такой внимательный человек, как Скотт, не заметил неисправности на своем самом ценном приобретении, даже если это была мелкая неисправность. Скотт ей очень гордился. — Роберт снова отпил виски. — Утечка произошла не из двигателя, а из канистр с топливом.

— Из канистр?

— По какой-то причине, которую мне так и не удалось установить, Скотт взял с собой топлива больше обычного. Несколько канистр.

— Он планировал долгую поездку?

— Не знаю, и теперь уже никто не узнает.

Карлос минуту сидел задумчиво и смотрел, как Роберт молча допивает виски.

— Скотт курил?

— Да. Когда нервничал. На это и свалили — якобы несчастный случай. Видимо, от сигареты вспыхнула канистра. Мне сказали об этом уже через две недели после того, как это произошло, когда я вернулся в отдел.

Карлос чувствовал, что его напарник испытывает настоящую боль.

— Прости, что заставил вспомнить.

— Если бы я потерял напарника на работе, тогда, может быть… — Роберт помолчал, проводя указательным пальцем по краю пустого стакана. — Но я просто чувствовал, что-то не так: из-за одного странного совпадения я вдруг потерял двух очень важных для меня людей.

— Двух?

Роберт потер глаза, не торопясь отвечать.

— Аманда была моей единственной двоюродной сестрой. Я же их со Скоттом и познакомил.

Карлос видел, что Роберт справляется со слезами. Он впервые в жизни говорил о том, что с ними случилось. Он даже отказался ходить к полицейскому психологу, сославшись на то, что она не может сказать ему ничего такого, чего он сам не знает.

Роберту понадобилось еще несколько секунд, чтобы взять себя в руки.

— Пойдем лучше, — наконец сказал он и встал.

— Да, пошли.

Карлос залпом допил виски.

Снаружи от теплого воздуха им стало немного не по себе.

— Может, позвоним в полицейскую техпомощь, — сказал Карлос, когда они дошли до машины Роберта.

— Не надо.

Роберт повернул ключ в зажигании, и мотор сразу же завелся.

— Вот так фокус!

— Я же тебе говорил, отличная машина, только с характером.

Отъезжая, Роберт гордо улыбался.

20

Футболка

Роберта была мокрой от пота, когда он проснулся после очередного очень яркого и беспокойного сна в пять утра.

Он сел в кровати, тяжело дыша, его лоб был влажен от пота, все тело дрожало. Когда эти сны его оставят? После смерти Скотта без них не обходилась ни одна ночь. Он знал, что теперь уже не сможет заснуть. Роберт пошел в ванную и плеснул себе в лицо ледяной воды. Он стал дышать спокойнее, но руки все еще дрожали. Отражение в зеркале не обрадовало его. Мешки под глазами стали больше, щеки побледнели.

Детектив прошел на кухню и несколько минут сидел в темноте, стараясь успокоиться. Его глаза бродили по доске с записками и заметили приколотую бумажку с номером телефона Изабеллы.

Роберт совсем про нее забыл. Он отколол записку и снова ее перечитал. «Может, стоит все-таки позвонить, — подумал он. — Мне не помешало бы отвлечься на несколько часов». Он взял телефон из кармана куртки и набрал номер, потом ввел его в память телефонной книги и поставил отметку, чтобы в половине первого телефон напомнил ему, что нужно позвонить.

Роберт приехал в отдел в восемь часов и нашел Карлоса уже сидящим за столом. Все утро они рассылали изображение жертвы по факсу в модельные и актерские агентства, а еще пытались собрать всю информацию о Ди-Кинге, которую только могли найти. Роберт знал по собственному опыту, что нельзя допрашивать человека без подготовки, особенно если этот человек был самопровозглашенным властелином преступности.

— Да, похоже, нам придется иметь дело с крутым мерзавцем, — сказал Карлос, держа в руке только что полученный факс.

— Что там у тебя?

— Кажется, наш король занимается всем, что попадает ему в руки: наркотиками, оружием, проститутками, скупкой краденого… — Карлос сделал движение рукой, показывая, что список еще далеко не полон. — Если верить этому факсу, он даже участвовал в транспортировке человеческих органов — видимо, почек.

— Мило! Замешан в убийствах?

— Было несколько случаев, но ни один не доказан.

— Паршиво.

— Паршиво? Этот тип будто масляный, у него со всех сторон подмазано. Кажется, наши из офиса окружного прокурора годами пытались его прижать, но он всегда выходил сухим из воды.

— А ты с ними связывался?

— Пока нет.

— Свяжись. Если они следили за ним, то у них может быть на него досье.

— Сейчас сделаю.

Карлос стал искать на столе телефон окружного прокурора. Он точно знал, что телефон был тут минуту назад.

Роберт почувствовал, как в кармане завибрировал телефон, еще до того, как услышал звуковой сигнал: 12.30, пора было звонить Изабелле.

— Я сейчас вернусь, надо сделать личный звонок.

Он вышел в пустой коридор и закрыл за собой дверь, оставив Карлоса, который все еще искал номер прокурора.