Расплата
Шрифт:
Начало приёма было запланировано на девять вечера и помимо преторов со свитами, на него пригласили ещё и других вампиров, и когда я спустился в бальный зал, там уже собрались практически все.
Некоторые вампиры были со своими подругами из нашего общества, а некоторые взяли своих игрушек, и я с лёгкой завистью подумал: "Я бы тоже с Аглаей, одетой в роскошное платье, с удовольствие провёл здесь время, но её необузданный характер и нечувствительность к внушению, не дают мне такой возможности.
Почти два часа ушло на то, чтобы переговорить с преторами соседних территорий, и мы быстро решили все проблемы, что меня порадовало. "Ещё часик побуду здесь, а потом можно уходить" - решил я, бросив взгляд на часы. "А заодно можно и поесть. Для Королевских приёмов всегда отбираются люди с редкими группами крови и абсолютно здоровые".
Подойдя к людям, приготовленным для угощения, я принялся рассматривать их и, выбрав красивую девушку лет восемнадцати, с четвёртой группой крови, поманил её к себе. Она безропотно подошла, и, отведя её в комнату для кормления, я сел в кресло, а её усадил к себе на колени. Впившись ей в горло, я делал жадные глотки и тихо рычал от удовольствия, потому что кровь у девицы имела восхитительный вкус. "Королева знает толк в угощениях".
К моменту, когда я насытился, девица уже была без сознания и, оставив её в кресле, я решил, что неплохо бы подышать свежим воздухом.
Выйдя на балкон, я стал всматриваться в огни вечернего Лондона, виднеющегося вдалеке, и вспомнил далёкое прошлое. "Хм, если бы когда-то очень давно, именно в этом замке я не дал присягу на верность Королеве, я бы не дожил до этих дней, и никогда бы не встретил Аглаю. А ведь мог бы...".
– Красс, - за спиной раздался знакомый голос, и я удивлённо оглянулся.
– Эльберта? А что ты делаешь на приёме?
– спросил я, увидев свою бывшую подругу.
Таких, как она, никогда не приглашали на значимые приёмы, потому что они были рядовыми вампирами, и я непонимающе смотрел на неё.
– Или ты тут с новым любовником? Тогда поздравляю. Я всегда знал, что ты на всё пойдёшь, ради повышения своего статуса.
– На всё, - она как-то нервно дёрнулась.
– И даже на большее, чем ты можешь предполагать.
– Эля, дорогуша, меня ты ничем не удивишь, - я добродушно улыбнулся.
– Мы с тобой встречались более ста лет, и я знаю, на что ты способна.
– Красс, а где твоя белобрысая потаскуха?
– неожиданно спросила она, пряча от меня взгляд.
– Ведь здесь, с тобой?
– А тебе какое дело?
– прищурившись, спросил я, и почувствовал тревогу.
– И ещё раз назовёшь Аглаю потаскухой, я тебе язык вырву.
Эльберта вся как-то сжалась и начала нервно топтаться на месте, чем
– Так здесь, или в Москве?
Глядя на неё, я понял, что она что-то замыслила, и испугался за Аглаю.
– Эльберта, если ты сейчас мне не скажешь, почему тебя это интересует, я тебя в порошок сотру, - угрожающе произнёс я и, метнувшись к ней, схватил её за шею.
– Говори, гадюка!
– Красс, прости! Всё вышло из-под контроля!
– с отчаянием произнесла она.
– Олег не прислушался ко мне и сбежал! Я думала, что эта по... девица здесь с тобой, и хотела тебя предупредить!
– Кто сбежал?
– изумлённо спросил я.
– Олег, её муж, - робко произнесла она, а потом внезапно запальчиво добавила: - Да, я обратила его без твоего согласия! Ты меня бросил ради неё и это меня взбесило! Она не собиралась бросать своего мужа, и я хотела таким образом тебе отомстить!
– Но как? Я ведь сам видел труп...
– начал говорить я и осёкся, всё поняв, а в памяти всплыл незначительный эпизод, которому я когда-то не предал значения.
"Твою мать! Ведь обращение в вампира происходит три дня, во время которых кандидат на самом деле кажется трупом! Вернее, он и есть труп! А Аглая, на следующий день после похорон, поехала на кладбище и потом сказала мне, что крест как-то не слишком глубоко закопан и венки стоят не так, как ставили их в день похорон. Я тогда списал всё на то, что она просто из-за горя что-то перепутала, потому что на похоронах рыдала. А выходит она права была? Венки и крест стояли не так, потому что могилу раскапывали!".
– Я следила за ним, чтобы рассказать об её изменах, - прошептала Эльберта.
– Но никак не могла подобрать удобного случая, и тут авария... Твои исполнители не стали ждать пока он умрёт и бросили его. А мне в голову пришла идея обратить его. Я напоила его своей кровью, потом быстро добила, а после похорон выкопала... Он слушался меня все эти месяцы, а узнав про то, что она у тебя, как с цепи сорвался и сбежал. Я сразу приехала предупредить тебя... Красс, он очень зол, но я не знаю, кому он будет мстить первому. Прости меня, пожалуйста! Я не хотела, чтобы он причинил тебе вред!
За себя я переживал меньше всего, и меня волновала только Аглая. "Если он хоть пальцем её тронет, я буду убивать его годами! Нет, столетиями!".
– Ты умрёшь, потому что не имела права обращать без моего согласия, - процедил я.
– Но то, как ты будешь умирать, зависит от того щенка! Если хоть волос упадёт в её головы, я тебя буду каждый день жарить на солнце и не давать умереть в течение веков!
– Красс, прости! Я готова умереть, но не мучай меня!
– взмолилась она.