Рассар
Шрифт:
И сидеть бы мне в окружении прекрасного пола в собственном замке, тем более что и от повторного набега орков отбились, и земли мои стали заселяться подданными, но замучила меня хандра, что провел я в этом мире уже год, а к поиску пути домой не приблизился ни на шаг. И я сделал этот шаг.
Уж лучше бы не делал… и сидел бы дальше тише воды ниже травы, и не отсвечивал ни в прямом, ни в переносном смысле. Но – увы, увы.
Архимаг, с которым я решил поговорить по поводу путешествия по мирам, несмотря на всю мою маскировку, все же догадался, что я рассар, и, не удержавшись (беззащитный рассар для мага – все равно что бесплатная
И стал качать из меня ману… к счастью, не самолично, а воспользовался посредником, призвав демонессу-суккуба по имени Хайллейса. Она зовет меня Кийррейлом. И быть бы мне ею затр… заезженным до смерти, но меня спасли мои подруги, почувствовав, что со мной что-то произошло, а я, воспользовавшись своим рассарским даром менять существующие плетения, «переписал» договор между архимагом и демонессой на себя.
Кстати, она, как и все остальные, что имели со мной… дело, не избежала залета.
Пока бегали от архимага, познакомились с оборотнями. Ну и как результат – заключили договор о взаимопомощи. Они помогают как разведка, а я исправляю новорожденных уродцев, тем более что опыт есть. В нагрузку мне дали оборотниху – дескать, традиция такая, – чьего сына я как раз и вылечил. Ее зовут Мягкая Лапа, а она меня зовет Кхеррэллом.
Что касается плюшек, «бонусов», какие я в свое время получил от связи с гоблинкой, орчанкой и вампирессой, то явный результат есть только от суккуба – демоническая сила. Что прилетело мне от лича и оборотницы, до сих пор не в курсе. Да и чего с них можно получить? От оборотнихи разве что повышенной волосатости… Шутка. Наверное, сам смогу оборачиваться в волка… но пока не пробовал, да и пробовать, честно говоря, желанием не горю.
Чего ждать от лича, даже не подозреваю… Но что-то наверняка перепадет.
На этом, собственно, все.
Боюсь, что только пока… Ведь истины с названием корабля еще никто не отменял.
Переименовать мне свой замок, что ли?
Да, еще один штамп вылез…
Во время всей этой беготни по королевствам, Вольным баронствам и болотам выяснилось, что мне, как самому настоящему попаданцу, нужно спасать мир от главгада (ну какой попаданец обходится без сильного персонального врага, обязательно жаждущего подмять под себя весь мир, утопив его в крови?), тем более что я не знаю, как из этого мира свалить и можно ли это сделать в принципе. Да и с желанием как-то уже не все ясно…
От кого спасать? Да столкнулся я с одним типом, что Неназываемым зовется. Пересеклись с ним пару раз, настучали по тыковке друг другу, но разошлись краями. Даже армию свободных рыцарей и прочего отребья он на меня натравил, но кое-как отбились, слава богам…
Однако он мною очень плотно заинтересовался… Да не в этом смысле! Я ведь рассар как-никак, а ему для чего-то, подозреваю, для поддержания жизни и обретения истинного могущества с последующим захватом власти над всем миром, нужно море энергии, что я как раз вырабатываю.
Так что столкновение с ним просто неизбежно, и это дико напрягает…
Глава 1
Кирилл, барон Гаремский. Скорее даже граф,
а то и вовсе герцог…
Пришла осень, от нее никуда не деться – как ни крути, кругооборот природы, но в этот раз
Во-первых, в сезон дождей ко мне никто не припрется, в том смысле чтобы мечами позвенеть да магическими заклятиями покидаться. А во-вторых, и это самое главное, небеса закрыли тяжелые тучи.
Ведь тучи – это дожди, дожди – это грозы, грозы – это молнии, а молнии – это мифрил, а мифрил – это мифрил, стратегический материал широкого спектра магического применения. Дорогой к тому же.
Вот и сейчас Олграна, сидя на соседней горке, камлает, стягивая со всей округи тучи поплотнее, увеличивая электрический потенциал, и вызывает молнии, что сопровождается оглушающими ударами грома. Но от этого никуда не деться – издержки производства.
А меня что-то опять придавила хандра. Даже к детям не пошел – наплодили мне их подруги, особенно Зеленоглазка старалась… хотя я не прочь повозиться с ними. Но с таким настроением я им не радость принесу, а уныние. Они меня хорошо чувствуют – я ведь рассар, аура нараспашку, мне радостно – и у остальных хорошее настроение, мне плохо – и остальные впадают в тоску.
Бабах! Раздался очередной раскат грома.
И стук в дверь.
– Кирриэл…
В кабинет зашла Зеленоглазка. Приобняла меня сзади, после чего, обойдя, устроилась на моих коленях.
– Что с тобой? Обычно когда шаманит Олграна, ты играешь с детьми…
– Извини, сегодня что-то не в настроении.
– Что-то случилось?
– Да как тебе сказать… в частности – ничего, а в целом…
– Расскажи, что тебя гнетет, Кирриэл, может, вместе мы найдем решение проблемы… – попросила меня моя зеленушка.
– Да нечего рассказывать, Зеленоглазка. – Я поцеловал гоблинку в нос. – Это меня депрессия опять прихватила. Я тут уже два года и за это время успел встрять в два крупных сражения, одно мелкое – и поучаствовать в куче драк. И в каждом меня могли прибить. Все бы ничего, но, как правило, лимит удачи ограничен, а ничем, кроме как удачей, тот факт, что я после всех этих перипетий остался жив, я объяснить не могу. Все бы ничего, но в будущем вряд ли будет так же. Я более чем уверен, что нам предстоит как минимум еще одна битва с людьми, и на этот раз придут регулярные армии и настоящие боевые маги, а не то отребье, что сунулось к нам пару месяцев назад. Это вторжение можно расценивать как разведку боем… И то чуть не проиграли: если бы не костяная драконша Литии, прилетевшая в последний момент, – то все… Для меня это тревожный звоночек. Лимит везения начинает исчерпываться, скоро наступит черная полоса, и не стоит испытывать судьбу. А тут еще Неназываемый наверняка отметится. Я ему нужен, очень нужен.
Зеленоглазка меня крепко обняла, полностью осознавая тяжесть нашего положения.
– Все будет хорошо…
– Как говорится, на богов надейся, а сам не плошай. Вот я и сижу, пытаюсь придумать какую-нибудь вундервафлю, что обеспечит нам превосходство над противником. Но что-то ничего в голову не приходит…
Бабах!!!
Зеленоглазка вздрогнула всем телом в моих объятиях от очередного раската грома и, поджав уши, приникла ко мне еще сильнее.
– Я вообще удивляюсь, как что-то может прийти в голову под такими ударами! – сказала она. – Наоборот, все выбивает напрочь!