Рассказы
Шрифт:
– Выпьем по случаю Нового года, только и всего.
Он распахнул двери бара "Барабанщик", где бывал редко, разве что вместе с сослуживцами на рождество или когда кому-нибудь из бюро устраивали проводы. Обычно по вечерам в "Барабанщике" сидели Рон Стоке и мистер Блэкстейф, и ему хотелось, чтобы и сегодня они были там и увидели бы его с девушкой из аптеки "Гринз".
– Что вы будете пить?
– спросил он Мари.
– Джин с мятой, только плачу я. Разрешите мне...
– Ни за что. Сядем вон там.
В этот час в "Барабанщике" было еще малолюдно. К шести здесь появятся служащие из отдела рекламы фирмы "Долтон, Дьюэр и Хиггинс", что по соседству, и архитекторы из "Фрайн и Найт". А пока в
– Я видела вас здесь в сочельник, - сказала она.
– Да, мы заходили сюда всей компанией.
– Он помолчал, пока ставил джин с мятой на картонную подставку с рекламой пива "Гиннес".
– И я вас тоже видел.
Норман отпил пиво и аккуратно стер пену с усов. Как можно было подумать, что она станет обниматься с ним на улице? Просто у него разыгралось воображение, и он размечтался слишком, как говаривала его матушка. И все-таки когда через полчаса он вернется домой, то не скажет Хилде, что давал консультацию продавщице из аптеки "Гринз", как лучше провести отпуск на Коста-Брава. Даже не скажет, что заходил в "Барабанщик". Просто объяснит, что всех задержал Блэкстейф, нужно было просмотреть проспекты "Евротура" с рекламой новых маршрутов в Германии и Люксембурге на это лето. Хилде нипочем не придет в голову, что он сидел в баре с женщиной, которая намного его моложе да еще такая привлекательная. Хилда то и дело говорит как бы в шутку, что мужскими достоинствами его бог обделил.
– Мы хотели бы поехать во второй половине мая, - сказала Мари.
– У Мэйвис отпуск тоже в это время.
– Мэйвис?
– Это моя подруга, мистер Бритт.
Потягивая портвейн, Хилда смотрела по телевизору детектив из серии "Автомашины зед". "Ужин в духовке", - сказала она. "Спасибо", - ответил он.
Иногда, вернувшись с работы, он не заставал ее дома. Она уходила или к своим друзьям, супругам Фаулер, и они вместе пили портвейн и играли в бридж, или в карточный клуб. Ее вполне устраивала такая светская жизнь; конечно, она всегда предупреждала мужа, когда ее не будет дома, и оставляла ужин в духовке. Днем она нередко уходила работать к Виолете Паркес, которая тоже делала украшения, или же Виолета Паркес приходила к ней. Они нанизывали пластмассовые бусы на нитку и укладывали пластмассовые детальки по готовой схеме. Хилда быстро наловчилась и зарабатывала больше, чем если бы ходила каждый день на службу, к тому же она экономила на транспорте. Работала она быстрее Виолеты Паркес.
– Все в порядке?
– спросила Хилда, когда он с подносом вошел в комнату и сел перед телевизором.
– Хочешь выпить?
Она не отрывала взгляд от экрана. Норман знал, что Хилда предпочла бы отправиться к Фаулерам или в клуб, правда, теперь, когда они купили телевизор, вечера проходили не столь тягостно.
– Нет, спасибо, - отказался он от ее предложения выпить и принялся за ужин - два круглых румяных пирожка, запеченных в фольге, с подливкой. Он надеялся, что сегодня жена ничего не захочет от него в постели. Он посмотрел на нее, иногда по ней можно было угадать заранее.
– Эй, - перехватила она его взгляд.
– Не прочь полакомиться, дорогой?
Она захихикала и подмигнула ему, игривый голос никак не вязался с ее худым, почти изможденным лицом. Хилда вообще любила сказануть что-нибудь в таком роде, совершенно без всякого повода с его стороны, и частенько уверяла, будто видит, что он не прочь полакомиться или что ему совсем невтерпеж, хотя он и не помышлял ни о чем. Она была просто неуемной в своих супружеских притязаниях, и Норману нередко хотелось, чтобы у жены был не такой пылкий темперамент. Порою он лежал усталый после ее страстного натиска и думал, глядя в темноту, что ненасытность
Ночью, когда Хилда заснула, он лежал, прислушиваясь к ее посапыванию, и думал о девушке из аптеки "Гринз". Он заново переживал весь минувший день вот он выходит из своей квартиры в Патни, а Хилда кричит ему вслед, чтобы он купил пасту и пилочки, вот едет в метро и читает "Дейли телеграф". Шаг за шагом он вспоминал все, что произошло сегодня утром, с наслаждением приближаясь к тому мгновению, когда Мари протянула ему сдачу. Он вспоминал загадочную медлительность ее улыбки, вспоминал разговоры с утренними посетителями. "Можно заказать билеты в Ньюкасл и обратно?
– интересовалась супружеская чета.
– Правда, что среди недели дешевле?" Мужчина с плоским лицом хотел провести неделю в Голландии вместе с сестрой и ее мужем. Одна женщина узнавала о маршрутах по Греции, другая - о круизах по Нилу, третьей хотелось совершить путешествие на острова Силли. Потом он поставил табличку "Закрыто" перед своим местом за стойкой и отправился в закусочную "Бетте" на Эджвер-роуд. "Пилочки для ногтей, - снова говорил он в аптеке "Гринз", - и зубную пасту "Колгейт" в маленькой упаковке". И повторялся весь их разговор, повторялся день, преображенный ее загадочной улыбкой, а потом она сидела рядом с ним в "Барабанщике". Снова и снова она подносила к губам стакан с джином и мятой, снова и снова улыбалась. Он заснул и увидел ее во сне. Они гуляли в Гайд-парке, у нее свалилась с ноги туфля. "Сразу видно, что ты малый не промах", - сказала она, а потом наступило утро, и опять приставала Хилда,
– Не знаю, но в нем что-то есть, - доверительно рассказывала Мари своей подруге Мэйвис.
– Какая-то надежная сила.
– Разумеется, женат?
– Наверное. Такие, как он, всегда женаты.
– Не теряй голову, подруга.
– У него глаза, как у Синатры. Голубые-голубые...
– Ну, Мари...
– Мне всегда нравились мужчины старше меня. У него чудесные усы.
– У парня из "Интернэшнл" тоже усы.
– Но он же сопляк. И весь в перхоти!
Они сошли с поезда и расстались на платформе. Мари спустилась в метро, а Мэйвис побежала на автобус. Очень удобно было ездить из Рединга на Паддингтонский вокзал. Дорога занимала всего полчаса, а за болтовней время пролетало незаметно. Вечером они возвращались порознь, так как Мэйвис почти всегда задерживалась на час. Она работала оператором на компьютере.
– Мы обсудили с Мэйвис ваше предложение и согласны застраховаться.Мари прибежала в бюро путешествий в половине двенадцатого на следующее утро, улучив момент, когда было мало покупателей. Накануне вечером возникли сомнения относительно страховки. Норман обычно советовал клиентам застраховаться и счел вполне естественным, что ей захотелось обговорить все с приятельницей, прежде чем решиться на дополнительные расходы.
– Тогда не будем откладывать и оформим заказ, - сказал Норман. Придется внести задаток.
– Мэйвис выписала чек на ваше бюро.
– Мари протянула ему розоватый листок.
– Все в порядке.
– Он взглянул на чек и выписал квитанцию, потом сказал: - Я подобрал еще несколько проспектов и с удовольствием просмотрю их вместе с вами, и потом вы все расскажете вашей приятельнице.
– Вы очень любезны, мистер Бритт. Но я спешу. Мне нельзя долго отсутствовать.
– Может быть, встретимся в перерыв?
Он сам удивился своей настойчивости и подумал о жене. Он представил Хилду, склонившуюся над работой, руки проворно нанизывают оранжевые и желтые бусины под пение Джимми Янга.