Ратник 2
Шрифт:
В зале для совещаний установилась тишина. Кажется, уже и сторонники Клеста задумались — а не стоит ли жить по-прежнему, каждый сам по себе? Десять лет жили, совсем не худо было. Каждый у себя хозяин. А враг? Так придет ли враг, нет ли, кто знает? Вот коли придет, тогда и думать надо.
Со своего места опять поднялся старый Вран:
— Вот как я думаю братья-воеводы. Князь нам все-таки нужен. Врабий нам показал, что он и подл, и хитер. Но он, все равно наш брат, брат-воевода. И его со счетов его скидывать нельзя. Я думаю, что Клест и Врабий сами должны спор свой решить. Кто из них победит —
В горнице повисло молчание.
— Так это сколько крови прольется! — воскликнул Клест. — Я же один в земли Врабия не пойду, а с дружиной. А ратники Врабия тоже смирно сидеть не станут.
— Значит, так тому и быть, — твердо сказал Вран, выражая общее мнение. — Пойдешь ты войной на Врабия, значит, это Перуну угодно. А за победителя и боги встанут. Ты как, Стрежень?
— Клятву дать надо, — сказал Стрежень. — Клятву дать, что война между Врабием и Клестом — это и есть суд божий, а мы все победителя князем признаем. Суд божий покажет, кому быть князем. Но мы все должны поклясться, что ни один из нас, и ни один наш дружинник не станет помогать ни Врабию ни Клёсту.
Вран и Стрежень, а следом за ними и Лис, встали и вытащили из ножен мечи. Их примеру последовали и остальные.
Поцеловав клинок, каждый из воевод произнес клятву: «Ни я, ни дружина моя в суд божий не вмешается. Перуном клянусь! И пусть моя клятва будет тверда!»
Вот, на том совещание и закончилось.
Покойников отдали городской страже. Те молча ухватили трупы поджигателей и куда-то их унесли. Похоронят ли каждого или просто скинут трупы куда-нибудь на свалку, никого не интересовало. Как сказал Серпень, не заслужили мерзавцы отдельных могил. Теперь их душам не суждено отправиться к предкам, а станут они мыкаться по темным чащобам, да болотам.
На обратном пути Клеста и Ярослава с Татенем провожал Беляй. Воевода сказал:
— Клест, я распорядился, чтобы тебе на подворье лишнюю одежду принесли. Там еще и Кракша тебе прислал, да и прочие воеводы расстарались. Куда годится воеводе в грязной да прожженной рубахе ходить? Еще велел тебе крупу подвести, мясо да хлеба свежего. У тебя, чай, все припасы сгорели? Вот, тоже поделимся.
— Спасибо, — невесело поблагодарил воевода Клест, а потом, обернувшись к другу, спросил: — Вот скажи-ка мне, брат мой, отчего же так? Ведь ясно же, что Врабий подлец, так почему они его поддерживают?
— А ты думал, что как Врабий свое гнилое нутро покажет, так тебе ко княжескому столу дорожку постелят? — усмехнулся Беляй. — А может, им-то как раз такой князь и нужен? Думаешь, если ты честный да храбрый, так это и хорошо? С честными-то договориться труднее. Так что, брат-воевода, езжай домой и дружину свою собирай. Мы с Кракшей людьми помочь тебе не сможем, клятву давали, но ты и сам справишься. Правда, у Врабия дружина больше твоей — четыре дюжины, но двух ратников уже нет.
Глава 2
Засада
Обратно двинулись утром следующего дня. Заночевали прямо в подворье. Благо сохранились сараи, да конюшни. По-быстрому собрали всё необходимое, а под необходимым подразумевалось
В итоге отряд увеличился на одного человека. Было принято решение брать Серпеня с собой, не оставлять же его на пепелище, а допустить старику быть приживалкой в чужих домах, Клёст позволить себе не мог.
Ехали четырьмя телегами, две из которых удалось спасти из горящей избы. В них и везли спасённое добро. Выехали из Бранска ещё до полудня и довольно долго шагали по пустому пространству. Хотя Ярослав отметил, что слишком уж быстро этот пустырь перерос в густой лес.
Ярослава удивило, что до сих пор вокруг Бранска удалось сохранить лес в таком количестве. Хотя ведь положено бы, чтобы все деревья в округе были подчистую вырублены на день пути, не меньше. Ведь и город растёт, нужно и дома строить, и печки топить, да и много для чего может понадобиться древесина в русских сёлах.
Ярослав вертел эту мысль так и этак, потом пришёл к мнению, что скорее всего лес активно вырубается с другой стороны, которую он не успел изучить. Но так и отмахнулся от этих мыслей. По крайней мере, это не то, о чем следовало думать.
Дорогу Ярослав прекрасно помнил. И, как учил его давешний охотник, что показывал парню, как охотиться и считать следы, Соколов вспоминал обратный маршрут со всеми деталями, которые ему удалось подметить.
И тут Ярослава едва не прошиб холодный пот. Он кое-что вспомнил. На пути уже через пару часов должен будет появиться довольно массивный холм. Почему он о нём подумал? А ещё Татень говорил, что хорошее место здесь для разбойничьей засады. Мол, на них, витязей, вряд ли какая погань сунется. А вот на простых селян или купцов запросто. И надо бы, когда князь появится, попросить, чтобы этот холм срыли, чтобы не создавать столь опасную ситуацию для простых людей.
И у Ярослава эта мысль не выходила из головы. Ведь засаду могут устроить не только разбойники, и не только на простых мужиков или купцов, а и на потенциального князя с немногочисленной охраной. А учитывая ситуацию, которая произошла в Бранске, лучше быть параноиком, чем трупом.
Ярослав ускорил ход своего мерина и догнал воеводу, что шёл впереди отряда.
— Слушай, Клёст, — окликнул его Ярослав, — у меня очень нехорошее предчувствие.
— Что за предчувствие? — искоса глянул Клёст на своего юного советника.
— Там впереди часа через два будет холм. И там очень удобно засаду устроить, — произнёс Ярослав.
— И зачем нам устраивать засаду? Да и на кого? Здесь все свои.
— Да не нам засаду устраивать, а на нас могут устроить засаду, — пояснил Ярослав.
— Думаешь, Врабий на такое решится? — поднял брови Клёст.
— Я не очень хорошо знаю Врабия, но это был бы очень разумный ход. А если он подготовился и взял с собой побольше воинов, то по-тихому убрать тебя и решить все свои проблемы будет лучше всего. Уверен, он уже знает о решении совета, или заранее побеспокоился о таком исходе.