Равки

Мельников Сергей

Волков наткнулся на лукаво сощуренные глаза лопарки, смутился, и уставился в плошку с едой.

"Нет, лет шестьдесят, не меньше, – подумал он, стараясь отогнать наваждение".

Лопарка вложила вторую миску в протянутые руки Шумилова, последнюю

протянула Виноградову. Он сразу набил полный рот рыбой с ягодами, от натуги на глаза выступили слёзы.

– Совсем мальчик. Большой, крепкий, красивый мальчик, – сказала она ласково и провела рукой по жёсткому ёжику светлых волос. – Зачем такому мальчику воевать? Ему надо отрастить волосы, любить красивых женщин, рожать красивых детей.

– Мы ни с кем не воюем, – подал голос Шумилов, а Волков, не чувствуя вкуса, механически пережёвывал еду и видел только руку лопарки на голове лейтенанта.

Виноградов ел, жмурясь от удовольствия, а лопарка стояла, касаясь его головы и задумчиво смотрела за его спину. Волков обернулся. К берегу озера причалила лодчонка с гордо задранным вверх носом. На берег выпрыгнул высокий худой мужчина и ловко притянул лодку концом к чахлой берёзке. Поднял туго забитый мешок со дна и без напряжения закинул его на плечо, в правой руке блеснула острога.

– Муж? – спросил Волков.

Лопарка кивнула.

– А как зовут вас, хозяйка?

– Наталья.

– А мужа как зовут?

– Михаил, – услышал сзади Волков.

Лопарь сильно припадал на левую ногу. Он шёл свободно, с прямой спиной,

будто сочащийся озёрной водой мешок ничего не весил.

– Игорь. – Волков принял острогу и протянул руку. Михаил опёрся и легко запрыгнул на каменистую площадку. Левая рука, изуродованная артритными буграми, крепко сжимала горловину мешка. Лицо слева бороздили рваные шрамы, пересекали впалую глазницу и тянулись по морщинистой щеке до обвисшего угла рта.

– Медведь? – Волков без стеснения рассматривал изувеченное лицо.

Михаил кивнул:

– Хозяин. По весне голодный был.

– Серьёзно. Как спасся-то?

– Спасся? – ухмыльнулся Михаил правой стороной рта. Слева лицо так и осталось безжизненной маской. – Не спасся он. В тупе 6 шкура лежит, у очага.

– Кровью чуть не истёк, но приволок… – Наталья уже выходила из дома с новой плошкой. – Волокуши собрал и приволок. Долго потом откармливать Мишу пришлось, всё лето не вставал.

6

Саамская изба

Михаил принял еду из рук жены и сел на камень. Он жадно ел, засовывая ложку с правой стороны. Скаля зубы, тянул уголком рта воздух. Недожёванная рыба вываливалась слева через безжизненно обвисшую губу. Волков, поморщившись, отвернулся.

Конец ознакомительного фрагмента.