Рай Сатаны
Шрифт:
Зэки ему подвернулись тертые и жизнью битые – не бросились проверять, что там стряслось с их товарищем, но все их внимание было направлено именно в ту сторону. Сержант срезал всех троих одной очередью, одного затем пришлось доправить ножом.
Минус четыре… Неплохое начало. Если еще учесть жертвы растяжек, то как минимум треть охотников вышла из игры.
Еще двоих удалось прикончить без особого труда – повезло, Багиров заметил их издалека, без помощи датчика, когда лагерники, пригнувшись, крадучи двигались вдоль невысокой ограды. Нападения, судя по всему, они ожидали лишь со стороны «Звезды», – там началась перестрелка, раскатисто
Багиров вскинул карабин, дважды нажал на спуск, – готовы оба, можно делать на прикладе две зарубки.
Однако на том везение сержанта и закончилось.
Стоило ему опустить оружие – страшный удар швырнул Бага на землю. Выстрел он не услышал…
Сознание сержант не потерял, но тела своего не ощущал и ничего не видел сквозь кровавый туман, клубящийся перед глазами. Потом чувства отчасти вернулись – он ощутил, как из рук рванули карабин, как грубо, обрывая застежку, с головы тащат шлем. Но помешать ничем не смог, мышцы категорически не желали реагировать на команды мозга.
Потом кровавый туман рассеялся, но лишь отчасти, сержант видел только то, что находилось прямо перед ним. А по краям поля зрения продолжало колебаться алое марево, но противников разглядеть оно не помешало… Оказалось их двое: оба невысокие, но крепко сбитые, головы у обоих бриты наголо, но лица, заросли непонятной растительностью – для щетины слишком длинная, для бороды короткая. Просто братья-близнецы какие-то… И одеты оба одинаково, в лагерные бушлаты с обрезанными рукавами и укороченными полами, причем образовавшиеся излишки ткани нашиты обратно в виде карманов, кармашков и чехлов, – так, что получились грубые подобия армейских тактических жилетов.
Разглядел сержант и оружие, отправившее его в нокаут, – один из близнецов сжимал в руке «дыродел», да какой! «Бергштайн-М14», не больше и не меньше. Хотя нет… судя по чуть измененной форме компенсатора отдачи, лагерник владел всего лишь китайской копией известнейшей марки. Но сути дела это не меняло: восемнадцатимиллиметровая пуля из такой машинки как раз и предназначена поражать в ближнем бою противников, носящих бронежилеты повышенной защиты. Пуля тяжеленная, скорость полета у нее низкая, дозвуковая, – броник, конечно же, не пробивается, но и рикошетов практически не случается, почти вся энергия летящей пули достается обитающему внутри бронежилета организму. Эндодинамические свойства кевлайкры в этом случае почти не задействованы, они проявляются тем сильнее, чем выше скорость ударяющегося о кевлайкровую защиту объекта.
Что при этом происходит с пресловутым обитателем броника, сержант сейчас хорошо ощущал на собственной шкуре. Контузия происходит, и не слабая. Несмертельно, можно за несколько часов отлежаться, а можно гораздо быстрее поставить себя на ноги препаратами из аптечки… Вот только ни отлеживаться, ни пользоваться аптечкой никто ему не позволит.
– Очухался, крысеныш! – констатировал обладатель «дыродела» с нескрываемым торжеством.
Его брат-близнец, внимательно изучавший захваченный «абакан», прислонил автомат к стене. Там уже стоял карабин, второй раз за сегодня сменивший владельца, и арбалет. Близнец подошел поближе, вертя в пальцах десантный нож, в котором сержант опознал свой собственный.
– Ломтями резать будем, – сообщил близнец с ножом. – Долго-долго подыхать станешь.
Голос
Багирову пришла не совсем уместная мысль: хорошо, что больше суток ничего не ел, а то наложил бы полные штаны, при контузиях кишечник опорожняется рефлекторно… Не хотелось проводить последние минуты жизни измазанным в собственном дерьме.
Хотя в переносном смысле обделался сержант по полной программе. Недоглядел, расслабился… Обрадовался, что два зэка сами лезут на мушку, – и не просканировал датчиком близлежащий дом. А близнецы оказались хитрее и умнее своих коллег-охотников. Сообразили, что с их недальнобойным оружием на открытом месте ни с карабином, ни с автоматом не потягаешься, – и засели в доме, крайне удачно выбрав место засады. Или крайне неудачно, если взглянуть на ситуацию глазами сержанта.
Перестрелка у «Звезды» тем временем стихла, и Багиров решил, что помощи с той стороны ждать смысла нет. Не смог ботаник из филармонии долго тягаться с урками, поднатаскавшимися в убийствах…
– Ну, что тебе отчикать для начала? – глумливо спросил близнец с «дыроделом».
И выдернул из ножен тесак весьма солидных размеров. Нож сержанта в сравнении с этим клинком мог сойти за зубочистку.
– Да, колись-ка, чего те не жалко? – подхватил его братец. – Яйца, часом, при ходьбе не трут?
Сержант попробовал заговорить – губы дрогнули, с них сорвался слабый невнятный звук. На том попытка вступить в диалог и завершилась.
Естественно, он не собирался сообщать близнецам, с какой деталью организма согласен расстаться в первую очередь. Хотел лишь потянуть время – намекнуть на важную информацию, которой обладает, дать понять, что он, российский сержант, не один здесь, на Таймыре… Короче говоря, сделать так, чтобы резать его ломтями без обстоятельного допроса Длинным стало никак не возможно. Чтобы успеть хоть немного оклематься от контузии, при большой удаче дотянуться до аптечки… Но не сложилось.
– А вот зачем ему аж два глаза? – поинтересовался близнец с десантным ножом у брата.
– Одного хватит, – кивнул тот. – И одним разглядит, как из него…
Он не договорил. Голова, когда в нее попадает мягкая полуоболочечная пуля из охотничьего карабина, – зрелище крайне неэстетичное, лишающее непривычных людей сна и аппетита. Но Багирову в тот миг показалось, что ничего прекраснее он в жизни не видел.
Близнец рухнул. Его брат метнулся в сторону и исчез из поля зрения сержанта. Пытался ли он сбежать и спрятаться, или же поспешил за дальнобойным оружием, – в следующий миг стало не важно, потому что Баг услышал еще один отдаленный звук выстрела, а за ним – звук близкого падения тела. Близнецов не стало.
Сержант понял, что список его долгов шаману увеличился на два пункта… И решил, что пророчество о поголовном истреблении жителей городка не сбудется. Сержант Багиров сказал, что он единственный здесь представитель российской власти. А самозваные пророки и прочие несогласные могут отправиться в пешее эротическое путешествие по тундре. Точка, обсуждению не подлежит.
С двумя внешними врагами ему помогли, но с внутренним придется справляться самому. С собственным организмом, абсолютно не желающим хоть что-то делать, а желающим неподвижно лежать и неторопливо оправляться от контузии.