Рай — Техас!

Филлипс Сьюзен Элизабет

— Мне очень жаль, Терри Джо, но у меня потерялась приятельница, и я очень за нее беспокоюсь. Вы случайно не давали напрокат машину худощавой светловолосой леди со странной прической? Нет, Бадди?

В городе только Бадди имел привилегию сдавать машины напрокат.

— Нет. Она что — с киношниками?

Бобби Том кивнул:

— Если вы ее увидите, дайте мне знать. Боюсь, как бы она не попала в какую-нибудь беду.

Он поболтал с ними еще несколько минут и пообещал Терри, что займется проблемами разведенной Гленды в следующий раз. Когда он собрался уходить, Бадди снял с пальца перстень и протянул его другу.

Бобби Том сцепил

руки в замок.

— Ты знаешь, Бад, я буду очень занят в ближайшие два дня и боюсь, что не смогу проведать твою мамулю. Я знаю, что она понимает толк в подобных вещах. Почему бы тебе не попридержать его у себя, чтобы показать ей? А в конце недели я его заберу.

Бадди кивнул и снова надел перстень себе на палец.

— Я уверен, что старушка будет довольна.

Уверившись, что Грейси не брала машину напрокат, Бобби Том поговорил затем с Рэем Хортоном, заведующим станцией обслуживания автобусов «Грейхаунд», а также с Доннеллем Джонсом, единственным таксистом в городе, и, наконец, с самой миссис Джоси Моралес, проводившей большую часть времени на ступеньках своего дома, чтобы следить, кто куда пошел. Поскольку Бобби Том частенько играл в мяч со многими черными, белыми и цветными ребятишками, он свободно двигался по городу, пересекая расовые и этнические границы. Он побывал во многих домах, расспрашивая о Грейси, но никто ее не видел.

К одиннадцати часам Бобби Том решил, что Грейси совершила какую-нибудь глупость — ну, подсела сдуру в машину к неизвестному человеку. От одной этой мысли ему стало не по себе. Большинство граждан в штате Техас были добропорядочными людьми, но было много и таких, кто имел более чем сомнительную репутацию. С оптимистическими взглядами Грейси на человеческую природу она вполне могла натолкнуться на одного из таких типов. Он также не мог понять, почему она не попыталась забрать свой чемоданчик. Возможно, у нее и не было такой возможности? А если это так, то с ней определенно что-то произошло.

Следовало предпринять что-нибудь радикальное, и он с неохотой подумал о том, что ему придется пойти на поклон к Джимбо Тэкери, новому шефу полиции Теларозы. Бобби Том и Джимбо ненавидели друг друга с начальной школы. Он не мог вспомнить, с чего это началось, но к тому времени как они перешли в высшую школу и Шерри Хоппер решила, что Бобби Том целуется вкуснее, чем Джимбо, их взаимная нелюбовь превратилась в открытую вражду. Всякий раз, когда Бобби Том приезжал в городок, Джимбо находил повод для какой-нибудь пакости. Нет, Бобби Том не мог представить, чтобы он помог ему в поисках Грейси. Он решил заехать еще кое-куда, прежде чем просить милости у полиции.

Харчевня «Дэйри Куин» находилась на западном краю городка и служила его неофициальным общественным центром. «Дэйри Куин» объединяла всех граждан Тела-розы на равных началах.

Подъезжая к стоянке, Бобби Том увидел обмотанный проволокой пикап — между «фордом-бронко» и «БМВ». На стоянке находилось также несколько «семейных» машин, пара мотоциклов, возле которых припарковалась роскошная «плимут-фьюри» — из нее вылезала пара «испанцев», ему незнакомых. Поскольку вечер был будничным, особого ажиотажа тут не было, но все же, судя по всему, в харчевне обреталось больше людей, чем ему хотелось бы видеть. Если бы Бобби Том не беспокоился о Грейси, ничто не заставило бы его явиться на это кладбище тщеславия, где когда-то он и его школьные товарищи отмечали свои спортивные успехи и заливали горечь неудач.

Он

припарковался на дальнем конце стоянки и вышел из машины, но все еще не мог заставить себя войти в с детства знакомый кабачок. Дверь «Дэйри Куин» открылась, и на крыльце в свете фонаря замаячила знакомая фигура. Бобби тихо выругался. Если бы его попросили составить список людей, которых он не хотел бы сейчас видеть, то Джимбо Тэкери оказался бы на втором месте после Уэйленда Сойера.

Всякая надежда на то, что Сойер не заметит его, пропала, как только владелец «Розатек электроникс» сошел на мостовую и остановился, поигрывая вафельным стаканчиком мороженого.

— Дэнтон!

Бобби Том кивнул в ответ.

Сойер лизнул мороженое, глядя на Бобби Тома ровным взглядом. Всякий, кто увидел бы сейчас хозяина «Розатека», в рубашке из шотландки и в помятых джинсах, несомненно, решил бы, что перед ним простой фермер, тогда как Уэйленд Сойер был одним из видных деятелей электронной промышленности и единственным человеком в Теларозе, состояние которого не уступало состоянию Бобби Тома. Крупный, плотный, в свои пятьдесят четыре года он выглядел молодцом. Его лицо было достаточно выразительным, но несколько грубоватым. Темные с проседью, коротко стриженные волосы торчали из его загорелого черепа ровными плотными пучками, делая его похожим на резинового Карлсона.

Как только по Теларозе прошли слухи о скором закрытии «Розатека», Бобби Том постарался выяснить о хозяине фирмы все, что можно, прежде чем встретиться с ним. Уэй Сойер рос в бедности по другую сторону железной дороги. Как малолетнего нарушителя спокойствия, его часто сажали в кутузку за учиненные им безобразия — от мелкого воровства до стрельбы из рогатки по фонарям. Служба в морской пехоте приучила его к дисциплине, и, демобилизовавшись, он воспользовался законом о военнослужащих, чтобы выучиться на инженера. Затем Уэй перебрался в Бостон, где с помощью смекалки и железной хватки поднялся на вершину социальной лестницы, заняв видный пост в директорате растущей компьютерной промышленности, и в возрасте тридцати пяти лет сделал свой первый миллион. Он женился, состряпал дочку и развелся.

Жители Теларозы с восхищением следили за его карьерой, но он не проявлял к родному городку никакого интереса. И потому все были взбудоражены, когда, оставив высокие посты, он вдруг вынырнул на берегу Ллано с контрольным пакетом акций «Розатек электроникс» в руках и объявил о своем намерении управлять компанией. «Розатек» был слишком мелкой фирмой для человека с репутацией Сойера, и никто не мог понять, зачем он купил ее. Но потом поползли слухи, что он скоро закроет завод и перевезет оборудование в Сан-Антонио. С этого момента граждане Теларозы утвердились во мнении, что Сойер приобрел «Розатек» только затем, чтобы отомстить родному городу за свое плохое детство. Сойер не предпринимал ничего, чтобы развеять эти слухи.

Он указал вафельным стаканчиком на поврежденное колено Бобби Тома:

— Я вижу, ты уже обходишься без подпорки.

Бобби Том шевельнул челюстью. Он не любил вспоминать о том долгом периоде времени, когда приходилось передвигаться с тростью. В марте этого года, будучи еще не совсем здоровым, он встретился с Сойером в Далласе — по просьбе отцов города — с целью отговорить его от переброски завода. Встреча не дала результатов, и Бобби Том возненавидел Сойера. Всякий, кто посягает на благополучие родных мест, является выродком, и этим все сказано.